Какие документы нужны для перепланировки

2020.11.26 17:44 odessnews048 Лечение наркомании в Германии - Феликс Сойбельман отзывы

Лечение наркомании в Германии - Феликс Сойбельман отзывы Моя ужасная наркомания в Берлине и чудесное выздоровление в Одессе
Меня зовут Гарик и это моя история. Хотя думаю, что она очень похожа на тысячи таких же рассказов людей, которые прошли через ад наркозависимости. Из этого состояния есть всего 2 выхода – первый – выздоровление и жизнь в трезвости, второй – смерть. При том второму варианту как правило предшествует тюрьма и психбольница... Так себе перспективы, да?) Но раз вы читаете эти строки, значит я живой)) И возможно всё бы так не получилось, если бы не Феликс Сойбельман в Германии и Вадим Нацынец в Украине.
Родился я в самой обычной семье, в городе Ростов-на-Дону. Ходил в обычную школу и даже любил учиться, я даже участвовал в олимпиаде по физике! Мне нравилось приносить в дневнике хорошие оценки, потому что это радовало моих родителей, особенно радовалась пятёркам моя бабушка. Думаю не будет преувеличением сказать, что я был домашним ребёнком с хорошими перспективами на будущее. И вот мне наступило 15 лет и было такое ощущение, что чего-то очень хочется, а чего именно сам не знал. Это был 2011 год. Мы жили на окраине города и вокруг ничего интересного вообще не было – только гаражи, помойки, стройки, но усидеть дома становилось с каждым днём всё тяжелее. С родителями скучно, в школе вообще нудотня полная. И как-то незаметно появились новые друзья со схожими интересами: новые ощущения, девочки, музыка. С ними я стал выпивать, но как-то никому это особо не нравилось, и как-то когда мы играли у одного парня из компании в приставку Сони кто-то предложил травки. Он сказал, что его старший брат накуривается и гоняет в гонки на компьютере и что нам стоит тоже так попробовать сделать. Должен признаться, что мне не очень понравилось: словно я скурил подряд несколько крепких сигарет и теперь внутри как-то некомфортно и кружится голова. Поиграть нормально не вышло, но насмеялись мы от души тогда. Я сейчас вспоминаю тот далёкий день и понимаю: ведь сам трип то мне не понравился вообще, тошнило, голова кружилась, а день запомнился навсегда как хороший и светлый, потому что мы были молоды, играли, веселились и... познавали что-то новое. Да, мы тогда не считали, что мы делаем шаг навстречу полноценной наркозависимости, а чувствовали себя просто молодыми и нам было кайфово от этого единения, которое даёт употребление вместе наркотика. Кто тогда подумать мог, что из компании из 7 человек – трое станут наркоманами и двое алкоголиками, я вообще буду искать лечение наркомании в Германии, а вылечусь в Украине?))
Феликс Сойбельман
Правда мой первый укол наркотиком случился очень далеко от Ростова. Собственно, в Германии, куда мы с родителями вскоре после исполнения мне 16-ти переехали. Первый год был вообще чудесным. Так получилось, что мы много путешествовали по стране, потому что родители не могли нормально устроиться не на работу, не с жильём. Им было очень тяжело, а мне всё нравилось! Ну знаете, когда тебе 16-17, то море по колено, не видишь вокруг ничего. Так и я и мои родители не заметили, какая бойкая в то время была наркомания в Берлине... Собственно, в итоге в Берлине мы и осели, в очень плохом районе, правильнее даже сказать, что мы жили не совсем то в городе, а как бы в пригороде. Но сейчас это уже не важно. Должен сказать, что родители пока жили в России были обычными практичными интеллигентами, а когда отправились на встречу неизвестной Германии, то несколько стали ветренее, рассеяннее, может даже растеряннее. Само собой им было там не до меня, оба вынуждеы были срочно искать работу. И после несколькомесячных поисков оба устроились на такие работы, где не надо образование. Хотя у обоих высшее, но оно было там никому не нужно. И я стал отдан самому себе. О моём поступлении в какое-то учреждение пока речи не шло, потому что это всё стоило серьезных денег, которых у нашей семьи не было. Я стал часто проводить время в изучении своего района, гулял, шастал по всюду. Пока однажды не познакомился, если выразиться языком наших родителей, с дурной компанией. Жаль мне тогда никто не дал хорошенько по башке и не рассказал, что именно из-за этих препаратов меня ждёт в будущем лечение наркомании в Берлине... Да, нельзя жалеть за прошлое. Да, нужно простить себя того прежнего, Да, нужно принять себя и свою прежнею жизнь... Но, ребята, клянусь знай я тогда, что будет со мной из-за этого дня в будущем, я бы тут же убежал бы с того сквота и никогда бы туда не вернулся. Хотя, если честно, не убежал бы я конечно никуда... Молодость же, огонь в груди, желание жить и испытывать новые ощущения... Хоть родители и были постоянно заняты, работали и в ночные смены, и как угодно, но они всё равно пытались узнать что-то о моём досуге, пытались меня как-то предупредить, оградить от зла. Но было уже поздно, я их просто не слышал. Я был как выпущенный из клетки зверь. Мне казалось, что есть только одно правило, которому я должен следовать – жить нужно в кайф, а остальное, это барахло. Однажды когда я вернулся утром домой закинутым, то как раз с работы пришёл папа, он всё понял, был скандал и я сразу же ушёл обратно на сквот. Там постоянно кто-то был, и всегда можно было достать какой-то наркотик. В тот день я впервые укололся. В тот день я понял, что все мои детские мечты никогда не сбудутся, а я буду жить совершенно иной жизнью. Жизнь вообще стала другой с того дня. Теперь я заранее выяснял график работы родителей, чтобы с ними не пересекаться. Но наркотики стоят денег, очень хороших денег. Родители деньги давали, но мало, чтобы употреблять. Да и наркомания на ранней стадии устроена так, что ты прикармливаешь наркотой и других людей. В общем, нужны были деньги. Я стал воровать и получалось у меня неплохо, но однажды пошли на дело ещё с двумя ребятами, хотели ограбить магазин техники, но сработала сигнализация и оперативно на месте оказались полицейские. Тогда меня не посадили, но через месяц я попался снова и тогда уже получил год. В тюрьме не принимал наркотики, да и не было сильной тяги, ведь к тому моменту я употреблял только месяца 3-4. Как мне казалось, в тюрьме я переосмыслил всю свою жизнь, я много думал о том что буду жить иначе когда выйду, что попробую учиться, найду какую-то подработку, стал строить какие-то вполне радужные планы. ПРошёл год и я думал, что это шанс начать всё с чистого листа, будущее казалось чистым и безоблачным. 
https://vector-plus.org/lecheniye-narkomanii-v-germanii-berlin-otzyvy-forum/
Родители меня встретили как полагается, сделали что-то вроде вечеринки, пришло несколько из старых друзей, которым не был нужен весь год моей отсидки. Свобода вскружила мне голову, я очень хотел оторваться, расслабиться, ведь я страдал целый год. В тот день пили спиртное, на следующий тоже, потом курили что-то, а на день 3-4 с похмелья я снова укололся. Даже не заметил как это произошло. И снова всё пошла по накатанной, за неделю-полторы я вернулся к своей прежней жизни, но только теперь я был хитрее. Я решил переехать к другому такому же как я молодому наркоману на другую часть города. Родителям сказал, что там есть для меня работа, что парень с которым буду снимать квартиру спортсмен и вообще по жизнь очень положительный. Родители поверили, да у них и выбора не было, они постоянно крутились, чтобы хоть как-то удерживаться на плаву. Они даже согласились мне помогать с арендой квартиры. А я в этом тратил кучи денег на наркотики... Квартиру куда я переехал к соупотребителю снимали его родители, а на те деньги, что давали мои – мы наркоманили и развлекались. И попутно приворовывали. Всего за 4 месяца такой жизни я стал мучаться от психических расстройств, я был постоянно раздражён, стал говорить сам с собой, были дикие паранойи. Как-то в таком состоянии встречался с родителями, чтобы забрать денег и они всё поняли по моему поведению. Я постоянно оглядывался, глаза были ввалившимися в черные пятна синяков, говорил какие-то несвязанные фразы. Мама сразу же всё поняла, у неё началась истерика, а отец чётко сказал, что я отправляюсь в один христианский реабилитационный центр в Германии. В нём я пробыл 2 месяца, не хочу называть название, потому что по выходу я снова слетел в употребление, но я знал людей, которым там помогли. Для меня же это лечение было пустым, я знал немецкий, но не чувствовал связи с беседующими со мной врачами, волнтёрами и персоналом. И я снова стал употреблять. Родители снова стали суетиться, что-то искать, куда-то меня возить, но я всё время срывался. Что тут скажешь, героин. Были и другие наркотики опиатного ряда, но главной моей любовью, которая стала заменять мне общение с противоположным полом и даже родителей, стал именно героин. Годы шли, а я продолжал употреблять. Родителям много врал, говорил что давно не употребляю, что голос такой и выгляжу так себе потому что болею, печень. И я действительно иногда делал паузы, чтобы прийти в себя от этого постоянного бреда. Но после таких «каникул» всегда возвращался к любимому героину. Потом от других джанки узнал, что лечение героиновой зависимости в Германии проводится с помощью метадона, который позволяет 2-3 дня вообще не употреблять! Один прием и несколько дней свободен! Чудо! Если кто не знает, то метадон – это тоже наркотик, но он выдаётся тяжелым наркозависимым (а я был именно таким!) государством для того, чтобы зависимый перестал пользоваться услугами чёрного рынка и в целом привыкал жить нормальной жизнью. Ведь как такового прихода у него нет. Но так как я был уже хроническим наркоманом, то через несколько месяцев мне стало просто не хватать выдаваемых в клинике доз и я стал пользоваться услугами дилеров, которые торговали так называемым уличным метадоном. В общем у меня были серьёзные проблемы с наркотиками, если так можно выразиться в моём случае)) У отца же напротив дела пошли в гору, он открыл собственный бизнес, они с мамой съехали с того ужасного места и стали жить в хорошем районе Берлина. Я как стандартный наркоман захаживал к ним, выпрашивал деньги якобы на еду, аренду квартиры, ещё какие-то расходы. Они знали, что я на заместительной терапии и что я по идее не принимаю других препаратов, кроме тех что мне дают в клинике. А потом я сломался. Я больше не мог так жить. Помню как шёл к ним за деньгами для новой дозы, а сам думал, что я хочу умереть. Слезть с метадона практически невозможно и это убивало. Я всё рассказал родителям и попросил помощи. В ту ночь остался ночевать у них, мне было плохо, а утром мы все вместе пошли на [приём к Феликсу Сойбельману](https://vector-plus.org/lecheniye-narkomanii-v-germanii-berlin-otzyvy-forum/). На первой встрече Феликс очень понравился моим родителям, а мне нет. Но оно и понятно, я же был почти на ломках. А суть лечения была немного странной: я НЕ должен был проходить лечение от наркотиков в Германии, а смысл был в отправке меня в Украину, в Одессу-маму на лечение в местную клинику) Клиника называется Vector Plus. Я был крайне удивлён таким новостям, но во время консультации я сидел тихо, лишь кивал и коротко отвечал «да» или «нет». Да ещё мне показалось, что Феликс сильно дотошный и когда ушли, он названивал по несколько раз в день и нас это даже отталкивало, но в итоге мы воспользовались его услугой, не смотря на то что Феликс сильно щепетильный, как профессионал Феликс себя показал с хорошей стороны – это факт. Вечером был семейный совет, я держался только на том метадоне, который мне выдавали в клинике, и после долгого обсуждения я согласился. Кстати, много позже я узнал, что оказывается родители давно изучали в интернете вопрос эффективной помощи наркозависимым, принимающим метадон. И как-то по такому пути вышли на информацию про [Феликса Сойбельмана](https://vector-plus.org/lecheniye-narkomanii-v-germanii-berlin-otzyvy-forum/) и отзывы про его деятельность, заинтересовались, созвонились, всё узнали, а когда я сам пришёл просить у них помощь, то сразу же связались с ним. Он им рассказал про важность правильно проведенной реабилитации, которую должны проводить специально обученные люди, участвовать другие зависимые с большим стажем трезвости, а также должна быть социальная адаптация и последующая поддержка зависимого, потому что наркомания – это болезнь, а не вредная привычка, и еще эта болезнь хроническая. И ещё он сказал, что зависимые люди могут жить всю жизнь трезво, главное не допустить рецидива, т.е. в моём случае – первого укола. Феликс взял на себя все хлопоты по моей отправке в Одессу, абсолютно все, лишь родители раз или два подъезжали к нему, передавали какие-то мои документы. Помню те несколько дней как в тумане и одна только мысль в голове «тебе уже ничего не поможет, ты ходячий труп, покончь с собой». Последние несколько месяцев я ежедневно думал о суициде, я перестал верить что жизнь может измениться, я был готов расстаться с ней. И ради чего мне было жить? Любви в моей жизни не было, сильная зависимость, полностью угробленный организм, долги... Перелёт и встречу в аэропорту почти не помню, потому что был под снотворными и вообще моё самочувствие к тому моменту было совсем плохое. После знакомства, поселения и прочих организационных моментов мне была проведена ультрабыстрая опиоидная детоксикация. Такая процедура необходима когда у человека сильная зависимость от опиатов, в моём случае я был зависимым от метадона. Само же выведение ядов и освобождение моего организма от физической зависимости занял около 6 часов, которые я провёл в медицинском сне. Когда проснулся, то ощутил легкое головокружение и общую слабость в теле, но в остальном я был в очень хорошем состоянии. Потом была беседа с психологом. Само же лечение вначале мне давалось тяжело, жить нужно было по распорядку, что для наркомана вообще невозможный стресс, но через пару месяцев, когда я полностью погрузился в процесс реабилитации, то мне даже стало нравится. Было много письменных заданий, которые разбирались в группе, и это научило меня открываться и доверять ближним, я научился говорить честно о себе и своих чувствах. Я даже не представлял, какой это кайф – просто не врать! Психологи проводили различные тренинги, мы занимались арт-терапией и было много интересных лекций. Всего и не перечислить, но каждый день был наполнен различными событиями так плотно, что отключался после такого дня как убитый) Ещё в клинике есть беседка и дворик для шашлыка. В беседке часто собирались и играли в карты и шахматы, а во дворике был мангал и мы с ребятами делали шашлыки) Сейчас я хорошо понимаю, как сильно мне была нужна эта «перепрошивка», ведь я отказался от своих наркоманских принципах, о которых даже не догадывался. А эти наркоманские убеждения меня всегда возвращали назад в употребление. Вот уже год прошёл как я закончил полный курс лечения и вернулся обратно в Германию. Я продолжаю быть зависимым, но я больше не употребляю и я принимаю эту жизнь точно такой, какая она есть. Я работаю, посещаю Анонимные Наркоманы в Германии, помогаю родителям и другим зависимым. А ещё я подал документы в университет в Мюнхене на программиста, хочу пожить какое-то время в другой части страны. По секрету ещё скажу Вам, что у меня появилась девушка и она беременна, так что всё в моей жизни только начинается! )) 
submitted by odessnews048 to u/odessnews048 [link] [comments]


2020.11.02 07:08 Russian_partisan Перепланировки нужны документы для какие

Александр Гарнаев. СВОЙ ГОРЬКИЙ ОПЫТ: пространственная ориентировка. … Осень 1983 года. Завершается второй год офицерской службы в строевом истребительном полку.
Фото 1 из архива А.Ю.Гарнаева
За спиной – первый год интенсивных полётов в «молодёжной» третьей эскадрилье, тяжкое преодоление всех возникавших там трудностей, успешная сдача на квалификацию «Военный лётчик 3-го класса». И вот теперь – уже полёты в боевой второй эскадрилье, полным ходом идёт близкая к завершению подготовка для сдачи на 2-й военный класс. А в третью эскадрилью уже пришла новая лейтенантская «молодёжь». Начиная именно с этого порога – второго класса, военный лётчик-истребитель ВВС СССР получал право официально претендовать на поступление в Школу лётчиков-испытателей. Принципиально же профессиональную квалификацию «Военный лётчик 2-го класса» от класса третьего отличал гораздо более высокий уровень лётной подготовки. Это включало в себя как уверенное овладение разнообразными видами полётов и боевого применения, так и диапазон условий, в которых лётчик-истребитель весь этот арсенал обязан был уметь использовать: днём вплоть до допустимого минимума метеоусловий, и главное – ночью. По сравнению с дневными, полёты ночью на одноместном самолёте-истребителе, конечно же, намного сложнее. И потому наибольшая часть второго года полковых полётов для нашей эскадрильи проходила в ночные смены. Те полковые лётные ночи по-юношески ярко запомнились своей колоритной эмоциональной окраской. Значительное место в ней занимало, конечно же, романтическое восприятие самого ночного летания. Светлым днём мы спали, под вечер собирались в штабе, но, начиная с сумерек, вспарывали вечернюю тишь резким рёвом двигателей, а меркнущий небосклон – быстро уносящимися вдаль яркими форсажными факелами… и так до глубокой ночи, порой под утренний рассвет. Казалось магическим то, как по-ночному оживала после заката солнца начинавшая-было засыпать во тьме, но тут же зажигавшаяся тысячами больших и малых огоньков поверхность нашей необычной и родной планеты. На востоке от нашего аэродрома всегда манило к себе бескрайнее марево красочных огней Москвы – светлое пятно от которых всегда пробивалось на верхнюю кромку даже десятибалльной облачности. Главным же было, конечно, то, что помимо романтики все эти колоритные картины объединяло одно чувство: они пёстро выстраивались в единую цепь зримых свидетельств нашего лётного профессионального роста. За полётами ночью в простых метеоусловиях следовали полёты по тёмному времени в метеоусловиях посложнее – за облаками и в облаках. Просто тренировочные упражнения сменяло лётное обучение элементам боевого применения. И вот я – в полёте на перехват воздушной цели ночью в СМУ за облаками… Команды наведения выводят на цель – такой же, как и мой, МиГ-21БИС. Это один из ровесников-коллег идёт по заданному маршруту, «подыгрывая» за цель нам, перехватчикам. Глазами его, разумеется, не увидеть – поэтому вперёд я даже и не пытаюсь визуально подглядывать. Всё внимание сосредоточено на приборах, вывод по командам наведения с КП, а поиск цели производится по бортовой радиолокационной станции. Её сигналы высвечиваются на электронно-лучевой трубке, чёрный тубус которой дисгармоничным «сапогом» выпирает из приборной доски. Но собственно на самом «сапоге» дисгармония той электронной индикации не заканчивалась. Если б на её таинственно мерцающую «картинку» бросил бы поверхностный взгляд среднего калибра «знаток авиации», не посвящённый детально в интерфейс того конкретного оборудования, ему многое с виду могло б показаться вполне логичным: в центре – силуэтик самолётика с какими-то меточками по бокам, навроде торчащих «шассей» (но почему-то только сверху «крылышек»), отдельно высвечивающиеся сигналы тех или иных разовых команд… С точки же зрения наших теперешних представлений, та индикация для пилота была вопиющим дезориентиром – гораздо безобразнее, чем если бы она просто использовала символы, совершенно никак не связанные с представлением об условном изображении полёта некоего летательного аппарата, не похожие на него вообще… Тот самый всегда замороженный по крену силуэтик самолёта был абсолютно абстрактен, какие бы маневры лётчик ни совершал. Пара же «шассейных» меточек-индексов по бокам от него индицировала – ни много, ни мало! – условную дальность до цели, измеряемую БРЛС в режиме «Захват». По мере сближения с целью метки просто сходились к центру, а их «вползание» в разрывы на «крылышках» отмороженного силуэтика-самолётика – говорило о входе в диапазон разрешённых дальностей для пуска ракет. Только через много лет, окунувшись с головой в «кухню» создания новых авиационных комплексов, автор – да-алеко не разом-вдруг – смог разобраться, какие же нелепые межведомственные барьеры промеж разными ОКБ, НИИ и амбиции отдельных разработчиков создают столь разнобойные искажения в представлениях созидателей отдельных элементов бортовых комплексов и систем целеуказания / вооружения современных самолётов. Искажения, которые в итоге и приводят к столь абсурдным конструктивным решениям! А «вешается» весь подобный межведомственный бред в итоге на одного крайнего исполнителя – несчастного пилотягу. И он с той или иной, большей или меньшей степенью успеха вынужден всё это «расхлёбывать»… Но бремя знаний, а с ними – и сомнений, пришло к автору намного позже. А в то далёкое советское время никому из нас-гвардейцев и в голову не могло прийти что-то обсуждать и критиковать – только исполнять! Вот такими «служебными обязанностями» в том ночном перехвате привычно озаботился и я. Выполняя команды наведения, занимая заданные высоты, доворачивал на цель, сближался с ней. Обнаруживал мерцающую метку в «сапоге» и захватывал её радиолокационным прицелом. Сближаясь, создавал необходимые для «пуска» условия. И всё это перемежал с контролем по приборам своих параметров полёта, доля внимания для которого по мере сближения с целью, естественно, становилась всё меньше. Но никакого перенапряга у меня это тогда всё же не вызывало – здоровый человек (особенно двадцати с хвостиком лет от роду), как известно, может привыкнуть почти ко всему… И вот – самый загруженный момент перехвата. Атака цели! На этом конечном участке должны быть сведены в допустимые пределы все многочисленные параметры: дальность пуска, скорость сближения с целью, ошибка в прицеливании… Все энергичные довороты необходимо закончить до момента пуска, чтобы сбросить перегрузку – после чего сконцентрировать внимание на выдерживании стабильного режима полёта и заданного времени нажатия на боевую кнопку. Вот и «пущены» две ракеты! Теперь – энергичный отворот, чтобы не нарушить ограничения по минимальной дальности при выходе из атаки! Именно этому моменту предшествовала наибольшая концентрация внимания на абстрагированных от реального пилотирования электронных прицельных символах. И именно за ним следовало наиболее динамичное переключение внимания на кабинные приборы для энергичного маневрирования на отвороте от цели. И всё б было ничего, если бы… Отворачивая от цели влево с креном более шестидесяти градусов, пялясь тупо на прибор авиагоризонта (АГД), я всё ещё находился в стадии привыкания к его показаниям. Белый силуэтик-самолётик на нём, накренившийся влево за риску 60°, ещё продолжал восприниматься так же тупо-абстрактно, как и тот нелепо мерцающий электронный силуэт в «сапоге», навечно замороженный на «нулевом крене». Для того, чтобы начать ассоциировать показания авиагоризонта с реальными изменениями параметров полёта, лётчику в таких случаях всегда требуется какое-то время. Пусть даже считанные секунды, даже их доли – чем опытнее пилот, тем эта величина меньше. Но она – никогда не равна нулю! Самым малоопытным лётчиком в полку в тот момент называть меня, наверное, было бы неверно. Многоопытным – тем более… Но дело было не в том. Для любого пилота в такой ситуации важно, чтобы до момента адаптации к приборному пилотированию, в мир твоего восприятия не ворвалось бы извне нечто неожиданное, экстраординарное, сбивающее с толку… Ко мне «оно» тогда ворвалось! Итак, выдерживая символ АГД на значении крена примерно 60°, я, маневрируя, продолжал ещё индифферентно смотреть на прибор. С реальным положением в пространстве этот белый «самолётик» в моём представлении напрямую пока не связался. Но и смущений он не вызывал, так как никакой из иных внешних признаков с ним «не спорил». (Конечно же, мерцавший в тубусе БРЛС «атавизм» всерьёз при пилотировании после завершения атаки уже не воспринимался.) Посветлевший вдруг левый-передний угол фонаря заставил-таки меня выглянуть за кабину – туда, влево-вниз-вперёд. А выглянув, я обомлел: там, слева-внизу, надсмехаясь надо мной во всю ширь своих полных щёк, ярко светилась… полная Луна! Как она там оказалась? Я ведь совершенно отчётливо запомнил, что ещё перед атакой Луна «болталась» где-то да-алеко справа-вверху. Если я сейчас отворачиваю от цели с большим левым креном, то значит, она должна быть где-то под полом кабины, в районе подошвы моего правого ботинка. И даже если в эти расчёты вкралась плюс-минус ошибочка, то не с «точностью» же 180°-наоборот! Ведь «слева-впереди» в этом отвороте Луна может очутиться только в случае, если я, как-то провернувшись, оказался «вверх тормашками»! Ещё несколько мгновений мой взгляд магически притягивало сие наглое небесное светило. А затем шокировала догадка: отворачивая по-истребительски энергично влево, я, видимо, просто-напросто быстро «перекрутился» через голову. И, перейдя через угол крена сто восемьдесят (то есть «проскочив» через перевёрнутое положение), увидел сей ясный лик там, где он и есть сейчас – слева-впереди. Но… … тогда это означает, что теперь я лечу уже не в левом, а в правом крене больше 90° – в положении, близком к перевёрнутому! Хорошо ещё, что пока общая траектория по тангажу близка к горизонтальной, а то ведь вот-вот самолёт зароется ниже визуально невидимого горизонта. То есть в этом положении– носом вверх относительно Луны. И понесётся с бешеным разгоном навстречу замаскированной ночным мраком и облаками земной твердыне! Скорее нужно докрутиться влево, поставить это роковое светило на положенное ему место, которое и было перед атакой! А что там показывают приборы? Эх, чёрт возьми, да что там они могут показывать, когда здесь и без них, прямо перед глазами – столь бесспорно очевидное свидетельство моей «промашки»?! Кручу крен дальше влево, небесное светило переплывает на мой т.с.«верх». Но вокруг меня вдруг начинается просто какая-то неведомая свистопляска. Именно вокруг: полезность всей информации, отображаемой внутрикабинным оборудованием, в моём восприятии сведена почти к нулю. Раздражающую же реакцию теперь вызывают все чисто внешние факторы, в данном случае – интенсивно нарастающий рёв воздуха за бортом, кричащий о начавшей вдруг резко увеличиваться скорости. Но с какой это стати? Ведь я же нормально «выгреб» машину близко к горизонту – вон и Луна светит теперь как ей это положено – сверху… Взгляд на приборы окончательно меня «доконал»: скорость бешено нарастает, а высотомер, всё ускоряясь, скручивает показания высоты вниз – стрелка вариометра ползёт к непрерывно увеличивающимся значениям вертикальной скорости снижения. За стеклом фонаря нагло ухмыляющаяся «Луна» высокомерно глядит на всё это безобразие «прямо сверху». Вспомнив обессиленно об одной из главных мер безопасности, прописанных нам на данном типе ястребка для всех подобных случаев, судорожно включаю режим автопилота «Приведение к горизонту», убираю обороты и заставляю себя бросить рули. Автопилот как-то там самолётом управляет. И куда-то его вроде бы выводит. Я деморализовано сижу, наблюдаю за происходящим и жду, чем же это всё кончится. Заканчивается всё тем, чем и положено: самолёт, как-то там «неведомо» повращавшись, оказывается в чётко застабилизированном – теперь уже несомненно горизонтальном полёте. Но… Пока, «приводя в горизонт», автопилот как-то там вертел креном, меня смутило быстрое и неравномерное – словно в дурацком калейдоскопе – перемещение вокруг меня Луны. Едва скрывшись за левым бортом, она как-то неестественно быстро тут же выныривала из-за борта правого… А уже пост-фактум, оказавшись в горизонтальном полёте, удерживаемом «железными руками» автопилота, я, оторопело заглядывая за подфонарные панели, оглядел всё закабинное пространство вокруг самолёта и-и… обнаружил с разных сторон две разные Луны!! Одна Луна была, как и положено, сверху. А снизу излучало свет её отражение, причём зрительно по своей яркости почти не уступавшее «оригиналу». Словно в зеркале – это было отражение в необычнейшем атмосферном образовании. В принципе, то были вроде как облака – слоистые, по-осеннему ровные, с верхним краем в районе четырёх километров. Но в те начинавшие вымораживаться октябрьские тёмные ночи, эти облака оказались «сотканными» не как обычно из водяного пара, а из мириадов мелких ледяных кристалликов. Это стало заметным именно после того, как медленно снижаясь, я прошёл по ровной верхней кромке, внимательно всматриваясь в чуть не погубившее меня отражение, попавшееся на глаза в неожиданном месте, в самый неподходящий момент – на выводе из атаки… Затем при заходе на посадку мне пришлось прилагать титанические усилия для того, чтобы выдерживать режимы полёта по приборам. Этот дикий случай сильно «поссорил» с ними моё восприятие полёта, оно сопротивлялось всем приборным показаниям, тянуло то в одну сторону, то в другую. Словно летящего отдельно от самолёта, меня самого внутри кабины начинало «кренить» куда-то, и все остальные вестибулярные анализаторы: ускорений, угловых скоростей, нагрузок на органах управления – «криком кричали» о правоте собственных чувств и неправоте показаний приборов. Я же насильно заставлял-таки себя верить приборам – гигантскими усилиями воли, покрываясь испариной, двигая, словно из последних сил, отяжелевшей ручкой управления.
©️ «Иллюзии в полёте по приборам являются неадекватными реакциями не одного, отдельно взятого анализатора, а представляют такой сенсорный феномен, в появлении которого участвует комплекс анализаторов: вестибулярный, зрительный и кинестетический. В некоторых случаях отмечается преимущественное участие какого-либо одного анализатора, при дающего тому или иному ложному восприятию определённую окраску…»
– так научно был описан механизм подобного явления в психике пилота доктором К.К.Платоновым. И далее он же утверждает:
«Нельзя смешивать понятия “иллюзия в полёте” и “потеря ориентировки”. Потеря ориентировки при иллюзии может быть вызвана не нарушениями восприятий, а некритичностью мышления. Иллюзия же, иногда даже резко выраженная, может не привести к потере ориентировки, если лётчик будет относиться к ней критически».
С правотой последних утверждений автор столкнулся и затем, уже после того ночного кошмара. Иллюзии в приборных полётах преследовали меня ещё некоторое время, с постепенно убывавшей регулярностью. Помнится даже такое: в тренировочном полёте на отработку заходов на посадку по различным системам при установленном метеоминимуме, самолёт ныряет в облака почти сразу после взлёта… и у меня тут же «заваливает» моя вестибулярка – «внутренний гироскоп». Создаются ощущения всё возрастающих кренений. Вся сложная траектория захода проходит сплошь в облачности, самолёт выныривает из неё только на финальном этапе посадочной прямой, меньше чем за минуту до расчётной посадки. А я всё это время мучаюсь – то «лёжа на боку», то «повисая на ремнях»… Но, критически напрягая волю, «по-геройски» борюсь с самим собой и, следуя только показаниям приборов, веду самолёт точно по заданной траектории! И лишь по прошествии некоторого времени, ценой недюжинных усилий от этих навязчивых иллюзий мне удалось полностью избавиться. А вместе с тем автоматически прошло избавление и от иных иллюзий: как о «мифичности» командирских предупреждений, так и о «допустимости» вольно (не)внемлить всем рекомендуемым мерам безопасности! P.S.: по прошествии более сорока (40+!) лет летания автор уверенно констатировал: тот пилот, кто утверждает, что вовсе никогда не подвержен иллюзиям / потере пространственного положения в сложных условиях – либо врёт, либо попросту не обладает достаточным профессиональным опытом и способностью к критичной самооценке… ВАЖНО: не игнорировать и не отвергать, а отчётливо осознавать эту угрозу и всегда быть готовым противостоять ей: «по-армейски (как там по Уставу?) в приказном порядке» при малейшем сомнении давать приказ самому себе – поставить на полный игнор собственные ощущения / представления и строжайше пилотировать по приборам… при этом чисто по-уставному: «стойко переносить и мужественно преодолевать все тяготы и лишения…»!
Фото 2 из архива А.Ю.Гарнаева.
Автор: А.Ю.Гарнаев.
Источник
____________________________________
От меня:
Еще в 30е годы ХХ века, одновременно с появлением первых гироскопических приборов и радиокомпаса, было установлено, что не бывает наполовину визуальных полетов. При ухудшении видимости ниже безопасного предела, нужно полностью переходить на полет по приборам без дальнейших попыток установить визуальный контакт с Землей. Нарушение этого правила очень часто приводит к жертвам. Если в большой авиации развитие средств автоматизации полета и переход к стратосферным маршрутным полетам существенно упростили жизнь пилотам, то вертолетчики, к сожалению, вынуждены каждый год приносить жертву богам осмотрительности. Так как значительная часть полетов вертолетов происходит вблизи земли, то пилоту психологически трудно сменить парадигму управления.
Удивительно, но многое из написанного выше относится и к социальной жизни людей.
Символ современной России: Фемида подглядывающая через повязку
С позиций справедливости, суды должны выполняться обезличено. Сейчас из судебных решений перед публикацией вымарываются все фамилии, а логичнее это выполнять до суда. Любопытно, что удаленная работа во время короноистерии указала путь, как это можно выполнить технически.
Для проведения суда не нужен визуальный контакт, достаточно аудио и печатных материалов. Текстовые документы и изображения приобщаются к делу заранее, их можно прогонять через фильтры очистки. Случайным образом выбранный судья будет видеть дело так: гражданин X совершил такие-то действия против гражданина Y, вот доказательства. Общение подсудимых, защитников и обвинителей с судьей должно происходить из специальных комнат в здании суда с защищенными средствами связи, все аргументы протоколируются. Обжаловать несправедливое решение будет очень просто.
Понятно, что будут попытки деанонимизации дел, но с ними легко бороться. Чтобы еще больше затруднить жизнь коррупции, нужно будет распределять дела по всей России, как сейчас поступают с призывниками военкоматов. Попытки заинтересованных сторон установить контакты с судьей в другом регионе легко отслеживаются и наказываются.
Очевидно, что справедливые суды не нужны современной российской власти, поэтому ничего из описанного выше сейчас невозможно. А вот в будущем об этих идеях можно вспомнить...
submitted by Russian_partisan to Russian_aviation [link] [comments]


2020.09.19 06:57 Alex_Jew Нужны документы какие для перепланировки

Мария Певчих - самая непубличная сотрудница Фонда борьбы с коррупцией, при этом она занимает ключевую должность, возглавляя в ФБК отдел расследований. Певчих - автор или соавтор едва ли не всех расследований, выходивших в блоге политика с 2011 года.
https://preview.redd.it/5shx2kzrw1o51.jpg?width=976&format=pjpg&auto=webp&s=3cf169335b7650df783bc974b2f2b4de21292bbf
Она была вместе с Алексеем Навальным в Новосибирске и Томске, где политик был отравлен. Вместе с соратниками она нашла в томском номере отеля Навального ту самую пластиковую бутылку, которая затем позволила немецким экспертам установить: оппозиционера отравили веществом из группы "Новичок".
Корреспондент Би-би-си Андрей Козенко поговорил с Марией Певчих о том, как ФБК делает свои расследования, о дне, когда отравили Алексея Навального, и том, как тот чувствует себя сейчас.
Би-би-си: Расскажи о себе. Чем ты занималась до того, как пришла работать к Алексею Навальному.
Мария Певчих: Меня зовут Мария Певчих, я возглавляю отдел расследований в Фонде борьбы с коррупцией. Меня набрали по объявлению, как это принято говорить. Я училась на соцфаке МГУ, потом в Лондонской школе экономики - политологии. Жила обычной жизнью, работала.
ФБК уже почти месяц работает без Алексея Навального
Так как по специальности я политолог, то интерес к российской политической жизни у меня всегда был. Как любой образованный и следящий за новостями человек, конечно, в 2009-2010 году читала "Живой журнал" Алексея Навального. У него был классный ЖЖ - все его читали. Там было весело и круто написано про такие достаточно сложные вещи, как коррупция и другие такие преступления. Я его читала как публициста - вместе со всеми.
А потом он опубликовал у себя же в ЖЖ объявление о наборе юриста в новый проект "РосПил".
Би-би-си: Это когда у Навального появились первые сотрудники? Например, Любовь Соболь.
М.П.: Да, по этому объявлению и взяли Любу Соболь, а меня не взяли. Потому что никаким юристом я не являюсь и в госзакупках понимаю мало. Но мы с Алексеем познакомились и решили придумать что-то еще. И этим чем-то еще оказался отдел расследований.
Би-би-си: И с чего вы начали?
М.П.: В "РосПиле" были юристы, которые занимались госзакупками. Это абсолютно специфический, достаточно узкий навык, которого у меня нет, - сидеть и читать какую-нибудь закупочную документацию с какими-то техническими характеристиками и сравнивать: допустим, этот томограф больница купила за сто рублей, а сколько он стоит на самом деле? Можно ли было его купить за сорок рублей в каком-нибудь другом месте - и так далее. Дальше эти ребята направляли жалобы в ФАС, судились - закупки после этого отменяли или не отменяли.
Я начала работать по более классическим, именно расследовательским кейсам. Ну то есть, грубо говоря, вот какая-то очевидная махинация, что-то выглядит сильно не так или просто плохо - и нужно разобраться, кто на этом зарабатывает.
Би-би-си: Давай немного конкретизируем. Какой была первая махинация, которой ты занималась?
М.П.: Когда я только пришла, был уже знаменитый кейс про буровые установки и ВТБ. Мы этот кейс анализировали, доделывали, Алексей очень долго этим занимался. Его авторство я себе ни в коем случае не приписываю.
Би-би-си: Назови те расследования, в которых ты принимала непосредственное участие, и про которые тебе хочется вспомнить и сейчас.
М.П.: Ого! Ну, это как, я не знаю, выбрать любимого ребенка или что-то такое - это невозможно абсолютно. Если вы видели наши расследования на YouTube в канале Алексея Навального, то я имею к этому то или иное отношение.
Не могу выбрать любимое, но, естественно, конечно, просится 45-минутный фильм про Медведева "Он вам не Димон" - наш самый известный и большой фильм. Важный с точки зрения того, что он сделал для политики, общества и для людей.
Половина людей, которые сейчас работают в ФБК и штабах Навального, пришли и начали у нас работать, потому что они так впечатлились тем, что увидели - и не смогли остаться в стороне.
Фильм \"Он вам не Димон\" обернулся протестами в крупных российских городах
Но, если честно, это даже не самое любимое и не самое дорогое, что я когда-либо сделала. Мне, как правило, нравятся какие-то абсолютно дурацкие и глупые расследования типа Насти Рыбки из эскортных услуг, которая плавала на яхте, и у нее случайно в кадр попал чиновник Приходько. Непубличный чиновник, которого я узнала абсолютно случайным образом. Когда-то мы снимали кооператив "Сосны" в Подмосковье: там живут единороссы через забор друг от друга: дворец-дворец-дворец - и один из них был Приходько. Я тогда просто вырезала его фотографию и узнала на этой яхте.
Так что мне нравятся такие, достаточно неочевидные и необычные расследования, которые чуть-чуть выходят за рамки стандартных. Чтобы не только скучная документация, анализ отчетности и сравнения циферки с циферкой. Такое мы тоже делаем, но вот самые мои любимцы - они, как правило, такие.
Ради "эврики" я перелистываю документы Би-би-си: Мария, а скажи, пожалуйста, как вы выбираете героев для расследований? Условно сенатор N выступил с предложением запретить россиянам вообще все, вы сидите в ФБК и думаете: а давай-ка мы, сенатор N, посмотрим, что у тебя есть? Или же Алексей Навальный приходит с инициативой "давайте вот этого жулика разгромим" или же это ты приходишь с такой инициативой? Или же, как говорят конспирологи, вы расследуете одну крупную корпорацию, потому что ее заказала другая корпорация?
М.П.: Чаще всего это, конечно, Алексей, который фонтанирует идеями, кого мы должны срочно расследовать. Это бесконечный процесс: есть такая идея, другая, третья - и мы постоянно пытаемся за что-то зацепиться. Но мы все-таки очень давно вместе работаем и с коллегой моим Жорой Албуровым уже более-менее научились предугадывать желания, повестку и то, что понравится аудитории, а что не понравится. Хотелось бы верить, что у нас уже есть какая-то собственная интуиция, что мы сейчас уже сами понимаем, что сейчас правильный момент, чтобы посмотреть на этого человека, а завтра - на другого.
Би-би-си: Как выглядит работа отдела расследований, что ты там делаешь как руководитель?
М.П.: Отдел работает с помощью любого мессенджера - вставьте любое название, - где мы переписываемся и шлем друг другу скриншотики, когда каждый копается в какой-то своей независимой истории.
Моя работа заключается в том, что я несу ответственность за все, что называется расследованием Фонда борьбы с коррупцией, за фактологическую часть в первую очередь. Я непосредственно расследую сама, и самое большое удовольствие, которое я получаю от собственной работы, - оно в тот момент, когда я что-то долго ищу, а потом нахожу, и это, безусловно, моя самая-самая любимая часть. Если бы можно делать только это, я бы делала только это.
Ну а потом уже как руководитель отдела я отвечаю и за чужую работу: помогаю что-то доделывать, дорасследовать. Ну а потом ту фактуру, которую мы нашли, я аккуратненько складываю, причесываю и вместе с Алексеем пишу сценарий.
Би-би-си: Я могу себе представить, как работает следователь - я видел это в детективах.А как работаешь ты? То есть сидишь, перелистываешь тысячи страниц документов с тем, чтобы на тысяча первой сказать "эврика"?
М.П.: И я счастлива в этот момент, да. Ради этой "эврики" я и сижу и перелистываю документы, и это ужасно такая гиковская, наверное, черта, которая есть во мне, и я так думаю, что во всех журналистах-расследователях - абсолютно точно. Действительно, мне очень нравится работать с большими объемами данных, мне очень нравится копать истории, в которых сначала кажется, что ничего невозможно найти, а потом ты что-то находишь - и, конечно, вот он этот момент, вот он!
Би-би-си: А твое участие в расследованиях часто подразумевает поездки, с Навальным или без Навального, по России?
М.П.: Конечно. Если это не ролик, который записан в студии, а что-то чуть более сложное, снятое на улице или где-то еще, то с вероятностью, близкой к ста процентам, я на этих съемках присутствовала и непосредственно участвовала.
15 августа 2020 года Мария Певчих занималась расследованием о главных застройщиках - и кандидатах в депутаты - Новосибирска
Би-би-си: И с Навальным, получается, ты тоже ездила раньше часто?
М.П.: Да, конечно.
Би-би-си: Вы приехали в командировку на три дня. В Россию или нет. Твоя работа в эти три дня будет заключаться в чем?
М.П.: У меня есть сценарий будущего ролика, написанный и потом отредактированный Алексеем - разбитый на какие-то сцены. Моя работа заключается в том, чтобы найти симпатичное место, с которого это можно снять. В том, чтобы удостовериться, что все фрагменты записаны правильно, что все пролеты на дроне сняты, что мы потом это все можем сложить и смонтировать. Наверное, эту часть работы можно назвать продюсерской, но это не отменяет предыдущую расследовательскую часть, а потом ту часть, которая связана с монтажом и с финальной картинкой, которую видят все на YouTube.
Би-би-си: В Новосибирск и Томск ты поехала делать всю ту же самую работу?
М.П.: Да, свою работу в самом-самом чистом виде.
Би-би-си: Ты полетела туда из Москвы?
М.П.: Да.
"Нет сомнений, что сейчас этих бутылок и след бы простыл" Би-би-си: Давай вернемся к тому утру. Расскажи, как вы узнали, что Алексей был отравлен и что произошло сразу после этого - ваши первые действия. Вы не провожали его в аэропорт, он уехал сам?
М.П.: Нет, мы остались на день дольше с нашими коллегами, потому что надо было доделать то, что мы не успели в предыдущие три дня в Томске. Какие-то подсъемы, надо было полетать на дроне; надо было начинать работать над следующим кейсом, потому что мы должны были проехать еще по нескольким городам...
и-би-си: В которых проходило ваше "Умное голосование"?
М.П.: Даже не обязательно... Нам надо было проехать по нескольким городам, где были выборы и где есть какая-то интересная политическая история, которую можно рассказать. То есть не только "посмотрите, чиновник, а вот его дача, а вот его "Бентли", а вот его часы", а что-то такое... чуть больше контекста, чуть-чуть больше истории региона. Мы хотели показать, что настоящая политика - это не только Путин, Кремль и всякие московские министры, а еще и региональные думы, городские советы, и это все не менее интересно и важно.
13 сентября в российских регионах прошли местные выборы
Наш план был такой - это было как конвейер условно: мы забирали Алексея ровно на столько, на сколько он нужен для съемок, он уезжал, мы оставались, делали следующее расследование, ехали в следующий город, ждали его... Нам надо было выпустить очень много всего в очень короткие сроки.
Би-би-си: Итак, утро, Томск. Что там было?
М.П.: Мы завтракали внизу в ресторане, он прямо при гостинице. Печально известной гостинице Xander. У моего коллеги Жоры есть странное хобби - он очень увлекается самолетами.
Гостиница Xander в Томске
Би-би-си: То есть он просто отслеживал по FlightRadar то, как летел самолет с Алексеем?
М.П.: Да, без какой-либо причины на это. Он просто так делает. Он отслеживает мои самолеты, Алексея, вообще любые.
Он делал ровно это, заметил, что самолет приземлился в Омске и написал какую-то смешную смску Кире [Ярмыш], типа: "Ну че, пацаны, как там Омск?". Подозревая, видимо, что у них что-то сломалось - сработал какой-то датчик на аварийную посадку, ну как это периодически бывает.
Кира некоторое время не отвечала, а потом написала, что Алексею стало плохо в самолете, он потерял сознание… Я уже не помню содержание этого всего... В "Твиттере" все появилось приблизительно тогда же. Алексей, похоже, в коме, его на реанимобиле забрали прямо от трапа самолета и повезли в больницу.
Би-би-си: Как мы узнали в последующие несколько дней, было много опций, где Алексея Навального в теории могли бы отравить. Это и чай в кафе аэропорта, это прикосновения в большой толпе - ведь из Томска одновременно улетали три самолета в Москву, было много опций. Вы, как мы узнали из опубликованного 17 сентября видео, сразу бросились в номер Алексея в гостинице. Как было принято такое решение?
М.П.: Такое решение даже не нужно было принимать - оно абсолютно очевидное, и это единственное, что мы могли сделать в той ситуации. Есть Алексей, здоровый человек, за которым мы наблюдали еще и предыдущие несколько дней в Новосибирске и Томске. И есть очень неприятное видео из самолета, где видно только сидения и слышен его крик. Дальше объяснять было ничего не нужно. Здоровые люди не попадают в кому просто так, у него нет диабета, у него нет никаких заболеваний, которые могли бы привести к этому. Нам было понятно, что что-то сильно не так. И естественно, это Россия. Отравление здесь - это, к моему огромному ужасу, почти норма. С некоторыми людьми это случалось дважды. А если речь идет об отравлении, то значит, у этого могли остаться следы.
"Обернулся и увидел, что Алексей лежит". Рассказ летевшего с Навальным пассажира
Би-би-си: Что вы делали в этом номере, легко ли туда попали?
М.П.: Нас не то чтобы суперлегко пустили, но при этом мы не прорывались через кордоны или еще что-то такое. Мы объяснили ситуацию - и попали туда. С нами была администратор гостиницы. Какое-то время нас не пускали, мы устроили небольшое дежурство перед номером, чтобы туда не пускали никого - буквально в пустом коридоре поставили стул и сидели по очереди.
В итоге мы зашли, все это было достаточно буднично, мы не обсуждали: сейчас мы откроем дверь, ты пойдешь туда, а я пойду туда, и так далее, нет. Мы зашли, мы додумались взять перчатки, спасибо коронавирусу, теперь они есть у всех с собой всегда. Открыли дверь и стали снимать все, что попадает в кадр. Фрагмент этого сегодня был выложен в "Инстаграме".
Би-би-си: То есть вы собирали все, что потенциально может иметь какую-то ценность?
М.П.: Да, к чему человек мог притрагиваться.
Би-би-си: Я видел фрагмент ток-шоу на Первом канале, где ведущий сказал, что вы заблюрили часы на тумбочке, чтобы никто не смог увидеть, сколько времени, а это значит, что видео было сделано раньше, чем стало известно про отравление!
М.П.: Очевидно, что мы не блюрили эти часы. Я думаю, что "гениальные" продюсеры и отвратительный ведущий Первого канала, которые получают свои гигантские деньги совершенно непонятно за что, сами сделали этот смазанный скриншот, сами заблюрили, сами обсудили в студии и поохали. Достаточно просто зайти в "Инстаграм" и посмотреть следующий кадр этого видео, чтобы увидеть, что там ничего не заблюрено.
Отравление Навального: научный разбор (видео)
Ну и в 2020 году достаточно странно думать, что на видео можно что-то скрыть. У них есть исходные данные, метаданные. Можно посмотреть, когда было снято видео и сопоставить, что на часах то же самое время.
Би-би-си: В итоге вы из Томска направились в Омск. Каким способом и с какими мерами предосторожности?
М.П.: Из Томска в Омск не летают самолеты. Я это узнала совершенно недавно, это кажется крайне нелогичным, но это факт. Мы доехали на машине до Новосибирска, а оттуда уже полетели на самолете.
Би-би-си: Все эти бутылки из-под воды - всё, что вы собрали в номере - оно было с вами? В ручной клади, в багаже или как?
М.П.: Оно было стратегически расфасовано в разных местах, потому что мы понимали, что, несмотря ни на что, эти бутылки - просто бутылки, ничего значимого. Но есть микроскопический шанс, что они окажутся ценными. Не забери мы их из Томска, они стали бы мусором. Нет никаких сомнений, что сейчас этих бутылок и след бы простыл.
Но мы понимали: есть микроскопические шансы, что они окажутся полезными. А еще более микроскопические, что мы их привезем, покажем и передадим.
"Не мы должны это расследовать!" Би-би-си: Вы изначально планировали делиться этими материалами с российскими врачами? Или нет?
М.П.: У российских врачей 48 часов был сам Алексей, у которого, насколько мы знаем из их бесконечных пресс-релизов, выступлений, постов в "Фейсбуке" и выступлений на радио, были все анализы, которые нужны. Одна-другая бутылка не играет для российских врачей никакой роли, когда у них есть человек, у которого эти анализы можно взять и с гораздо большей степенью точности все определить.
Я не понимаю всего этого хайпа вокруг этой бутылки, потому что ее смысловая нагрузка достаточно маленькая. На ней нашли остаточные частицы "Новичка" - боевого отравляющего вещества. И это же вещество нашли в организме Алексея Навального три независимые друг от друга лаборатории.
Instagram пост , автор: navalny
Насколько я понимаю, единственная польза от этой бутылки - она позволяет приблизительно понять, когда он был отравлен. И это произошло раньше, чем он приехал в аэропорт.
Я очень надеюсь, что когда-то мы узнаем, как был отравлен Алексей. Но сейчас у нас нет даже малейшего представления об этом. Не мы должны это расследовать!
Би-би-си: Две обсуждавшиеся конспирологические теории: улетела ли ты с Алексеем на частном самолете сразу сюда в Германию? И каким способом ты передала немецким специалистам биоматериалы - ту самую бутылку?
М.П.: Про самолет - это правда. Я действительно улетела на том самом медицинском борте, который увез Алексея. И эти бутылки злосчастные улетели вместе с нами.
Алексея Навального доставили в берлинскую больницу \"Шарите\" в коме
На этом самолете была Юля Навальная. Семье требовалось некое сопровождающее лицо, этим лицом оказалась я. Вот и все.
"Для спецслужб я родной человек" Би-би-си: Прошло несколько дней, наверное, больше недели. В издании "Правда.ру" появляется довольно подробный текст, и первое, что бросается в глаза - это твое имя. Я точно знаю, что ты предпочитала его не афишировать. Как ты думаешь, как они тебя вычислили и сконцентрировались именно на тебе?
М.П.: Хочу поправить тебя. Я себя скрывала не очень усиленно. Сам факт нашего знакомства с тобой и с твоими коллегами несколько подрывает теорию о моей огромной таинственности.
Меня знали абсолютно все в офисе. Меня знало огромное количество людей из журналистской среды. Когда я в Москве - я хожу каждый день на работу в офис. В тот самый офис, где проходят обыски. У меня есть карточка, на которой написаны мои имя и фамилия, я ее каждый день прикладываю к турникету и прохожу через него. Поэтому тот факт, что я как-то связана с ФБК, являлся секретом только для очень широкой публики - и этот секрет не стоил выеденного яйца. Это был мой личный выбор и желание избежать какой-либо публичности.
Ну а плохие люди, которые следят за ФБК - представители всяких там спецслужб, люди, которые ставят нам в офис прослушку, которые, как наружка, непрерывно за нами ходят - ну я для них родной человек. Можно посмотреть все эти помоечные телеграмм-каналы или RT: когда началась вся эта эпопея со мной, было очень мало моих фотографий. Ну а наполнять-то видео чем-то нужно, поэтому все и выкладывали фотографии с наружного наблюдения. Очень странные снимки, они выглядят довольно крипово - все сделаны на улице: я всегда не смотрела в кадр и двигалась как-то странно. Это было наружное наблюдение.
Я узнавала и совсем старые видео, и более свежие - прошлогодние, когда приезжала в отпуск в Москву со своими подружками. Мы ходили там в Кремль, мавзолей и в баню, а наружное наблюдение ходило за нами!
То есть существовали какие-то кадровые сотрудники, которые занимались тем, что снимали, как я просто выхожу из дома или захожу в метро. Они накопили эту папочку, расчехлили и отдали в те мусорные СМИ, которые и публиковали их.
Би-би-си: Там писали, что у тебя есть сеть книжных магазинов в Англии и Австралии, что ты проходишь подготовку вместе с "морскими котиками". Хочешь как-то прокомментировать это?
М.П.: Ну, я могу это прокомментировать, только это абсолютно смешно. Там не было ни слова правды. Я прочитала и подумала: блин, какая я офигенная. Там совпадают какие-то микроскопические детали из пресс-релиза МГУ, а все остальное просто удивительное, я хотела бы посмотреть на человека, который все это писал. Сеть книжных магазинов в Австралии! Но я даже никогда не была в Австралии. Как вы это придумали, объясните мне, пожалуйста!
Би-би-си: Но надо признать: началось все со СМИ, чью репутацию сложно назвать однозначной, но теперь твое имя упоминают чиновники МИДа, а Следственный комитет, если я правильно понял, пока ехал на интервью, хотел бы опросить тебя.
М.П.: Ты неправильно понял, со мной не хочет поговорить Следственный комитет. Со мной хочет поговорить томская транспортная полиция. Да и то, "хотят говорить" - это очень условно. Томская транспортная полиция действительно опрашивала тех, кто был в этой поездке, но происходило это через день после того, как мы улетели. Коллеги, с которыми успели поговорить, потом рассказывали, что это было смешно. Их спрашивали: "Вы заметили что-нибудь подозрительное? Нет? Ну, вы свободны".
Омские врачи не сразу дали согласие на транспортировку Навального в Германию - соратники политика считают, что российские власти таким образом пытались скрыть следы отравления
И сейчас то, что происходит с моим якобы уклонением от общения со Следственным комитетом - это уже перевранная много раз информация. Во-первых, не СК, а томская полиция, во-вторых, не допрос, а опрос - это две огромные разницы. Для допроса требуется дело, которого нет уже почти месяц. А юридических последствий от ухода от опроса никаких, окурок бросить на улице - это и то более серьезное правонарушение.
Би-би-си: Не было такого, что тебе позвонили и сказали: мы из СК, хотим поговорить с вами, Мария?
М.П.: Нет, из СК нет.
Би-би-си: А ты допускаешь возможность взаимодействовать с ними?
М.П.: Зависит от формата взаимодействия, пока все выглядит достаточно паршиво. Опираясь на то, как дело подается в СМИ, ничего хорошего я от них не жду. Если бы у меня была малейшая надежда на то, что Следственный комитет вдруг каким-то чудом проснется, вместо Бастрыкина появится чудесный честный человек, который хочет докопаться до правды, а не кого-то прикрыть, я бы, конечно, с ним взаимодействовала.
Но первоочередная задача все равно остается: найти того, кто хотел убить Алексея Навального. Проблема только в том, что мы все понимаем: это не то, что они пытаются сделать, они делают что-то противоположное.
"За моей семьей в России идет целенаправленная охота" Би-би-си: Твои семья, родственники, друзья столкнулись с каким-то вниманием со стороны правоохранительных органов или кого-то еще?
М.П.: Да, хорошо, что ты задал этот вопрос - с моей семьей происходят ужасные и мерзкие вещи, которые, я считаю, нужно проговорить вслух, чтобы такого больше не произошло.
За моей семьей в России идет целенаправленная охота. За моими 85-летними бабушками гоняются какие-то пригожинские гопники, они скребутся под дверь, разговаривают с соседями в местах, где я никогда не жила, ходят за мамой. Выдумана какая-то жуткая, сумасшедшая история про моего отца, с которым я 15 лет не общаюсь - у меня родители в разводе. А его рисуют чуть ли не ключевой фигурой всего произошедшего.
https://preview.redd.it/j847segfy1o51.jpg?width=976&format=pjpg&auto=webp&s=ffe5f732dc68c2b0190edb8ba188ab4ab70d7018
То, что сейчас делают пригожинские и государственные СМИ с моими родственниками, - отвратительно, и я каждый день переполняюсь ненавистью от того, что они даже думают в этом направлении. То, что они втягивают людей, с которыми я не живу с 14 или 15-ти лет. То, что они выкладывают расшифровки переговоров с моими бабушками, - это отвратительно. Уж лучше пишите про "мои" книжные магазины, а от родственников отстаньте.
Би-би-си: Ты в обозримом будущем собираешься вернуться в Россию?
М.П.: Я, конечно, посмотрю, что и как будет развиваться, но я хочу и буду приезжать в Россию, как я постоянно делала до этого. Часть времени я провожу в Великобритании, часть в России, это комфортная для меня схема, которую я себе выстроила. Я приезжаю в Москву и на выходные, и на большие отрезки времени. Я планирую сохранить эту возможность. И меня даже задевает, что кто-то может говорить: может быть, тебе это не надо, это небезопасно. Это решаю я, у меня есть дела, которые я хочу там делать.
Я не сделала ничего плохого, ничего противозаконного, даже того, что можно было бы наказать административным штрафом. С какой стати я должна менять свою жизнь.
Би-би-си: Несколько лет назад я бы сам посмеялся над этим вопросом, но сейчас все же спрошу: ты не боишься уголовного преследования? Ведь твой сотрудник Георгий Албуров вряд ли хоть когда-то думал, что станет обвиняемым в краже. Или же ваш Руслан Шаведдинов вроде бы не планировал сделать карьеру в вооруженных силах, но он сейчас в армии - против своей воли.
М.П.: Я же не в бессознательном состоянии пришла в ФБК, я их знаю, я с ними дружу. Я видела, что происходило с Любой Соболь прошлым летом, пальцев не хватит перечислять, сколько обысков и неприятностей произошло с каждым из наших сотрудников. Будет неправильно это сказать, но все же: какая-то форма иммунитета к этому вырабатывается.
Любовь Соболь задерживают на московском протесте в августе 2019 года
Би-би-си: Сейчас ты уже видела Навального?
М.П.: Периодически хожу навещать его. Он чувствует себя достаточно хорошо, чтобы передать тебе привет - когда узнал об этом интервью. Он еще очень далеко от полного выздоровления, очень много работы впереди. Он, безусловно, понимает, что происходит. Но любой человек даже в прекрасном и добром здоровье будет долго переваривать события такого масштаба. Я думаю, это еще займет какое-то время, чтобы даже самой светлой головой это осознать, не говоря уж о том, чтобы перечитать новости за такое количество дней. Он это делает, и я надеюсь, что в ближайшее время он вернется в свое нормальное состояние.
15 сентября в \"Инстаграме\" Навального появилось его первое после отравления фото с семьей
Он провел три недели в коме. Даже обычный человек после этого переучивается многим вещам. А последствия отравления таким боевым химоружием на себе испытали только три-четыре человека в мире. Давай так: он выглядит хорошо и замечательно - по сравнению с тем, как это было в Омске.
Би-би-си: Огромный международный резонанс что-то значит для вас?
М.П.: У меня даже не было возможности подумать об этом в последний месяц. Я просто не читала новости, потому что все новости происходили прямо у меня на глазах.
В плане международного восприятия реакция сейчас беспрецедентная, но, простите, какие события, такая и реакция - человека попытались убить боевым отравляющим веществом. Где-то посреди Сибири он почти умер, и, скорее всего, умер бы в Омске, если бы его не выпустили оттуда, где какие-то непонятные люди в серых пиджаках шныряли по больнице и делали все, что угодно, кроме спасения его жизни.
отсюда
submitted by Alex_Jew to CIS_Politics [link] [comments]


2020.09.19 06:44 Alex_Jew Какие документы нужны для перепланировки

Мы не знаем, чем это лечить Как доктора и пациенты в России бьются за препараты от коронавируса — хотя они почти никому не помогают. Расследование «Медузы». ***Длиннопост *** В начале сентября число россиян, заразившихся коронавирусом, превысило миллион. Во многих регионах страны, судя по статистике, уже начинается вторая волна эпидемии. Однако в России до сих пор никто точно не знает, как наиболее эффективно лечить пациентов. Спецкор «Медузы» Светлана Рейтер и научный редактор Александр Ершов изучили, чем лечили (и лечат) россиян от коронавируса, кто зарабатывает на противовирусных лекарствах, почему COVID-19 почти не поддается терапии — и что с этим всем делать.
https://preview.redd.it/s9kspk1bu1o51.jpg?width=980&format=pjpg&auto=webp&s=83cce6f1ac901b4b2d9895a10937c2a3b32d854e
Схватка за лекарства «За время работы в России мы ко всему привыкли, но это был шок. На пике пандемии в регионах нашим дистрибьюторам открыто говорили: не отгрузите нам достаточное количество лекарств от ковида, можете забыть про наш рынок — мы вас выдавим», — рассказывает «Медузе» источник в «Санофи», одной из крупнейших фармацевтических компаний мира.
Весной 2020 года переговоры о закупках лекарств в России были напряженными. Собеседник «Медузы» вспоминает, что Москва и Московская область «подсуетились с заявками на лекарства» первыми, зато в регионах наблюдался «бардак»: нужного объема лекарств у поставщиков уже не было, местные власти осаждали дистрибьюторов. В итоге фармкомпаниям, как они сами утверждают, приходилось изворачиваться, чтобы обеспечить всех.
Основная борьба развернулась за противомалярийный препарат гидроксихлорохин — на пике пандемии он считался главным лекарством от ковида. «Мы договорились об экстренных поставках из Европы на наш склад в течение месяца — службе логистики удалось все протащить через еле работающую в карантин таможню. Пока груз ехал, наши дистрибьюторы выкручивались, как могли: сейчас мы дадим вам меньше, потом — больше, пандемия одним месяцем не ограничится, лекарства будут нужны еще долго», — рассказывает источник «Медузы» в «Санофи».
Опрошенные «Медузой» врачи из разных российских регионов подтверждают эти слова. «Проблемы были в начале: не было лекарств», — вспоминает врач одной из барнаульских больниц, согласившийся поговорить с «Медузой» на условиях анонимности. С ним соглашается инфекционист, доцент кафедры инфекционных болезней Дагестанского государственного медицинского университета (ДГМУ) Саният Магомедова: «Начальство пыталось достать [лекарства], не получалось. Говорили, что приезжали комиссии из Москвы: «Разве вам что-то нужно? У вас по статистике летальность низкая, дополнительно ничего не требуется»». Во время пика эпидемии Саният консультировала одну из больниц Махачкалы.
Бывало, что родственникам больного приходилось покупать лекарства за свой счет — не хватало даже простейшего антибактериального средства азитромицина, рассказывает «Медузе» на условиях анонимности врач Александровской больницы в Санкт-Петербурге.
«Все знали, что где-то там, в Китае, а потом уже и в Европе есть коронавирус. По факту, никто в России не был к этому готов. Доходило до такого: в одной больнице этого лекарства завались, а в соседней — ноль, одна клиника с другой не делится. Нам коллеги из других фармкомпаний, у которых родственники в больницах лежали, писали, просили дать им возможность хоть что-то купить», — вспоминает источник «Медузы» в «Санофи».
На пике эпидемии никто не знал, что лекарства, которых так не хватало, не в состоянии победить коронавирус. Не появились они и сейчас — но все их ждут.
Из пушки по воробьям 40-летний топ-менеджер Егор заболел коронавирусной инфекцией в конце апреля. Началось с температуры: в первый день она поднялась до отметки 37,5, за четыре дня дошла до 39 и не снижалась.
Егор, решив поначалу, что он простудился после бани, лечился чаем с лимоном и медом. Когда народные средства не помогли, сделал рентгенографию грудной клетки и компьютерную томографию (КТ): исследование показало двухстороннюю пневмонию. «Из поликлиники меня отправили домой и велели вызывать врача. Дальше я весь вечер вызванивал скорую помощь. По полису ОМС [обязательного медицинского страхования] меня положили в больницу частной компании «Медси» в Красногорске — ее как раз переоборудовали под ковидную инфекционку», — рассказывает Егор.
В больнице он провел две с лишним недели, и за это время ему трижды меняли план лечения. В больничных листах, которые Егор переслал «Медузе», в качестве препаратов первого выбора указаны антибиотики широкого спектра действия — «Амоксиклав» и азитромицин. В дополнение — витамины и отхаркивающий сироп «Лазолван». Температуру этот набор скинуть не давал, и Егор, посоветовавшись с братом, попросил врачей назначить ему гидроксихлорохин — препарат, изначально созданный для профилактики и лечения малярии, ревматоидного артрита и красной волчанки.
«Брат сказал: «Максимально настаивай на том, чтобы тебе его давали». В тот момент это было самое модное лекарство от «короны». Я сказал об этом врачу: «Брат советует, может, попробуете?» И мне начали давать гидроксихлорохин», — вспоминает Егор.
Список побочных действий от гидроксихлорохина довольно большой — от обильной диареи до фатального сбоя сердечного ритма, психозов и суицидального поведения. Медбрат одной из ковидных больниц в Нижнем Новгороде в разговоре с «Медузой» вспомнил пациентку, у которой от приема гидроксихлорохина была мышечная атония: «Не просто слабость, как у многих, а прям вставать не могла».
У Егора скакало давление: «верхнее» до 160 при норме в 119. Он пил новое лекарство шесть дней, но температура так и не упала. Врачи убрали гидроксихлорохин и вернули антибиотики. «Мне честно говорили: «В принципе, мы не знаем, чем тебя лечить. Долбим как из пушки по воробьям — может, попадем», — рассказывает Егор. Мужчина все-таки вылечился: организм, сделали вывод врачи, сам победил инфекцию.
«Мы начинали работать в апреле, Минздрав только утвердил методические рекомендации, по которым гидроксихлорохин следовало использовать в качестве противовирусного средства. Были работы, которые показывали, что он может быть эффективен — слабые доказательства, но ничего другого не было. При лечении пациентов в нашем стационаре какого-либо выраженного эффекта мы не наблюдали. К тому же многим он не подходил из-за риска сердечных осложнений, — рассказывает Дарья Камышова, клинический фармаколог Пироговского центра. — Позже появились данные исследований, что препарат, скорее всего, неэффективен — я этому даже не удивилась. Когда мы сократили использование гидроксихлорохина в лечении наших пациентов, не все врачи этому радовались — доктору сложно побороть желание лечить, даже если подходящих препаратов в принципе нет».
Обновление. После выхода текста директор по корпоративным связям «Санофи» в евразийском регионе Юрий Мочалин заявил «Медузе», что в первой половине года компания наблюдала «ажиотажный рост спроса на гидроксихлорохин» из-за публикации материалов, где рассказывалось «о потенциальной антивирусной активности препарата при COVID-19». «Однако эти публикации были основаны на предварительных результатах небольших исследований», — сказал Мочалин. По его словам, в этот период повышенного спроса «компания решила приоритетно обеспечивать пациентов по зарегистрированным показаниям», то есть не в связи с лечением ковида. Поставки же по заявкам региональных органов здравоохранения, которые заказывали гидроксихлорохин для антикоронавирусной терапии, компания «осуществляла в качестве исключения», сказали в «Санофи». 
Цена рекомендаций Несмотря на противоречивые клинические исследования, гидроксихлорохин до сих пор остается в клинических рекомендациях Минздрава — вместе с другими препаратами, рекомендованными ведомством для лечения COVID-19.
«Пандемия, ажиотаж, невероятное ожидание в части поиска какой-то панацеи, которая может всех спасти. Понятно, что это происходит во всем мире — и даже Трамп зачем-то принимает гидроксихлорохин для профилактики ковида. Но в России мы столкнулись с тем, что те правительственные институты, которые должны выступать в качестве буфера между производителями и потребителями, берут на себя, по сути, функции рекламных агентств и вносят в методические рекомендации то, что им нравится», — возмущается Светлана Завидова, представитель Ассоциации организаций по клиническим исследованиям.
В качестве примера она упоминает антималярийный препарат мефлохин: его производит предприятие «Химзащита» Федерального медико-биологического агентства (ФМБА); препарат был в рекомендациях Минздрава до начала сентября, в новой версии рекомендаций его нет.
Данные: Минздрав России, NIH
Глава ФМБА, бывший министр здравоохранения Вероника Скворцова несколько раз называла мефлохин действенным средством для лечения ковида. «Он полностью подавляет вирус за 48 часов и снижает действие вируса на 75% при профилактическом применении», — говорила Скворцова.
С февраля по апрель больницы закупили мефлохина на сумму в 7,6 миллиона рублей. В аптеках на него потратили 236 тысяч рублей. В 2019 году закупки мефлохина исчислялись всего 10 тысячами рублей (данные DSM).
«Препарат старый, тяжелый, с побочными реакциями, но в России он активно применяется при той же малярии. И у ФМБА возникла идея, что нужно его поставить в рекомендации для лечения ковида — вместе со схожим по действию гидроксихлорохином. Надо понимать, что мы, как ассоциация, никогда не влезали в вопросы лечения. Но тут мы даже написали в Минздрав, потому что сил терпеть не было: 10 апреля ФМБА опубликовало громкое заявление, что ими доказана вирусная активность мефлохина в отношении возбудителя COVID-19. Оказалось, они имеют в виду лабораторные исследование и влияние препарата на клеточную культуру в пробирке. Вы меня извините, но если клетки полить той же «Белизной», тоже будет вам нехилая противовирусная активность», — говорит Завидова.
«Медуза» поговорила об использовании лекарств с несколькими врачами из Москвы и регионов. Врачи из Барнаула, Краснодара, Петербурга и Нижнего Новгорода, говорившие с «Медузой» на условиях анонимности, ни разу не упомянули мефлохин в своих схемах лечения COVID-19. Не слишком активно им пользовались и в московских больницах.
«Мефлохин? Ой, нет, мы им не работали, — сказала «Медузе» Дарья Камышова, клинический фармаколог Пироговского центра. — Мне казалось, использовать мефлохин — сомнительная идея, если учитывать, что при COVID-19 его никто не исследовал. Не было рекомендаций по его использованию у зарубежных коллег. Зато у мефлохина есть побочные эффекты — в частности, развитие серьезных неврологических расстройств».
Мефлохин не используют и в ГКБ № 15 имени О.М. Филатова, главном ковидном госпитале Москвы, в котором на пике лечились 1700 человек, говорит главный врач клиники Валерий Вечорко. «Мы не давали мефлохин», — сказала «Медузе» главврач московской ГКБ имени И.В. Давыдовского Елена Васильева.
Представитель ФМБА Анна Спрогис не ответила на вопросы «Медузы», отправленные ей в мессенджер.
Лечение и бюрократия В начале пандемии, рассказывает источник «Медузы» в «Санофи», процесс получения лекарств замедляло то, что препараты, которыми врачи лечили COVID-19, были изначально зарегистрированы для других заболеваний. Из-за этого в больницах шли на хитрость: в заявках на закупки, которые согласовывались в профильных ведомствах, указывали заболевание строго по инструкции к лекарству. Так, заявки на тоцилизумаб — препарат, используемый при ревматоидном артрите, которым лечили тяжелую форму COVID-19, — подписывали ревматологи, вспоминают два собеседника «Медузы» в фармкомпаниях; эту информацию «Медузе» подтвердил врач в одной из региональных клиник.
«В начале больницы закупались по заболеванию, которое было указано в инструкции, иначе бы эти закупки не были оплачены. Дальше стали работать по новым правилам», — объясняет источник «Медузы», близкий к руководству Минздрава.
В конце марта министерство финансов упростило порядок закупок на время пандемии. В регионах сильно легче не стало. «Нам говорили, что стратегический запас держит Москва», — вспоминает Саният Магомедова из Дагестана. «Если бы постановление приняли раньше, люди не умирали бы от цитокинового шторма без тоцилизумаба», — категоричен источник «Медузы» в «Санофи».
В столице перебоев не было: тот же тоцилизумаб, рассказывает главврач московской ГКБ № 52 Марьяна Лысенко, показывал неплохие результаты в лечении пациентов с тяжелым течением болезни. Правда, клинические исследования говорят об обратном.
«Поскольку в Россию COVID-19 пришел позже Китая и Италии, мы уже имели их ценный опыт, нам было проще. Например, в Москве в протоколы лечения в большинстве клиник сразу вошли блокаторы цитокинового шторма. Мы широко и рано, при первых признаках шторма вводили тоцилизумаб. У многих больных клинический эффект был несомненным», — убеждена Елена Васильева, главврач московской ГКБ имени И.В. Давыдовского.
В больницы, как правило, попадали те, кто уже некоторое время лечился дома — под наблюдением участкового врача из ближайшей поликлиники. В поликлиниках лечили по рекомендациям Минздрава. «Росздравнадзор и фонд ОМС требуют дословного соблюдения методических рекомендаций Минздрава. Раньше это была просто бумажка, но правительство РФ издало распоряжение, что с 8 июля рекомендации обязательны для применения — вместе со всеми арбидолами, что там налеплены», — рассказывает врач из Петербурга, говоривший с «Медузой» на условиях анонимности. При этом доктора должны были еженедельно отчитываться руководству — с точным указанием количества выписанных препаратов.
45-летний журналист Ильяс заболел ковидом в мае одновременно с мамой — она переносила болезнь гораздо хуже, чем сын. «Я просто просидел дома на карантине, принимая все лекарства, которые мне дали в поликлинике. Там ты делаешь КТ, садишься в кабинете врача, он говорит: «У вас есть показания к приему препаратов от коронавируса», ты подписываешь согласие на экспериментальное лечение, получаешь азитромицин и гидроксихлорохин. У меня был один побочный эффект — сильная диарея. Маму лечили тем же — но у нее пульс был 130 (при норме 60-100), она начала задыхаться. Ее госпитализировали в Пироговский центр и две недели лечили».
Телеведущий Павел Лобков переболел COVID-19 дома. «Мне врачи из поликлиники сразу нанесли всяких разных препаратов — и «Калетру», и гидроксихлорохин. Мой сосед по дому Денис Проценко сказал: ничего не пей, просто наблюдай за собой, будут проблемы с дыханием — положим». Сам Денис Проценко — главврач ГКБ№ 40 в Коммунарке, где централизованно лечили COVID-19 — не нашел времени для разговора с корреспондентом «Медузы».
Противовирусную «Калетру», комбинированный препарат лопинавира и ритонавира, активно использовали в самом начале пандемии — и заметной эффективности в лечении пациентов не наблюдали, отмечает Камышова. «В нашей больнице в локальный протокол мы не включили «Калетру» и гидроксихлорохин, поскольку на мой взгляд уже в апреле было ясно, что доказательств пользы от этих препаратов нет, а побочных действий много», — добавляет главный врач ГКБ имени И.В Давыдовского Елена Васильева. «Калетра» присутствовала в рекомендациях Минздрава с апреля до сентября — сейчас этого препарата там нет. Очень жаль, что там до сих пор остался гидроксихлорохин, добавляет Васильева.
Равны перед болезнью У терапевта Василия Купрейчика руки покрыты татуировками. При встрече с корреспондентом «Медузы» Купрейчик берет татуированной рукой сигарету, закуривает — и цитирует фильм «Изображая жертву»: «Как я в такое ********** [идиотство] вляпался?»
В апреле Купрейчик работал в приемном отделении Первой Градской больницы в Москве. Его первая смена была 17 апреля; за четыре дня после этого все места, отведенные под ковид, оказались заняты. «По первости основные лечебные силы направлялись на «Калетру», гидроксихлорохин и антибиотики, — рассказывает Купрейчик. — В какой-то момент акцент стал смещаться, а я по картине поступающих пациентов заметил, что у них есть склонность к тромбозу, и надо заниматься профилактикой тромбоза, а не давать почем зря «Калетру», от которой пользы ноль, а побочек много. Я написал об этом в фейсбуке». (Среди побочных эффектов «Калетры» — диарея, тошнота, рвота, мигрень и повышение артериального давления.)
Медики московской больницы № 52 изучают протокол лечения от COVID-19 и пневмонии. Июнь 2020 года
Закуривая очередную сигарету, Купрейчик вспоминает: «Дальше понеслось. Куча комментариев. Алексей Свет, главврач [моей] клиники, говорит мне: «Может, тебе попробовать поработать в отделении терапии?» Я иду в отделение терапии. Там люди работают как машины. В отделении — сто пациентов. Врачи в три смены заполняют четыре вида разных дневников». (Главврач Первой Градской Алексей Свет отказался разговаривать с корреспондентом «Медузы».)
В итоге Купрейчик ушел из Первой Градской — и теперь, по его словам, консультирует «всяких топчиков», то есть обеспеченных людей; мэр Москвы Сергей Собянин в начале пандемии обвинял именно «топчиков» в том, что они завезли в страну «чемодан вирусов» из Куршевеля.
Терапия, которую им назначают, часто не отличается от стандартной. «Медузе» удалось ознакомиться с протоколом лечения мэра столицы одного из южных регионов России. Чиновник заболел в конце июля (официально об этом не сообщалось), ему сразу назначили «Калетру».
«Все надеялись, что если есть бабло, тебя откачают, — рассказывает на условиях анонимности помощник живущего в Европе олигарха, входящего в первую сотню списка Forbes. — Когда шарахнуло, стало понятно, что протоколов нет, доказательств нет, где и что покупать, как и чем лечиться — непонятно. Начальник купил парацетамол и пару упаковок гидроксихлорохина — кажется, он их даже не открыл. Попытался зарезервировать палату в госпитале, но ему отказали». По словам помощника, сперва у его начальника были иллюзии, что можно купить домой аппарат ИВЛ, но быстро стало понятно, что аппарат без специалистов бесполезен.
Российские чиновники и бизнесмены спасались от ковида по-разному — от иглоукалывания до тибетской медицины. Один из крупных российских бизнесменов на всякий случай забронировал за собой палату в частной клинике недалеко от Рублевского шоссе: реанимационную палату он держал за собой с начала и до конца карантина, что обошлось ему в несколько миллионов рублей. Об этом «Медузе» на условиях анонимности рассказал сотрудник больницы и подтвердил врач другой клиники, знакомый с руководством той больницы.
Многие выбирали для лечения комфортабельную клинику «Лапино» — она принадлежит известному акушеру-гинекологу, деловому партнеру Сергея Чемезова Марку Курцеру. В этой клинике, в частности, лечился старший партнер GHP Group и бывший член совета директоров ОАО «Роснефть-Сахалинморнефтегаз» Марк Гарбер.
Он переболел COVID-19 в марте и лечился по следующей схеме. «Протокол лечения изначально — «Калетра». Потом — наше все, антималярийный гидроксихлорохин, антибиотик азитромицин и витамины поддерживающие — C, D, цинк», — сказал сам Гарбер «Медузе». В дополнение он пил противотревожные лекарства, «поскольку антималярийные препараты могут вызывать депрессию, вплоть до суицида». Все это время Гарбер был на связи со своими однокашниками в Израиле и Америке — «они работали в [лос-анджелесском госпитале] Cedars Sinai и присылали протоколы лечения, по которым работали; протоколы были примерно такими же, как у нас».
Миллиардер Дмитрий Босов принимал для профилактики ковида несколько таблеток гидроксихлорохина в день, рассказали «Медузе» двое его близких знакомых. «Я не буду комментировать жизнь своей семьи», — так вдова Дмитрия Босова (он покончил с собой в начале мая) Катерина ответила на вопрос «Медузы».
Американская панацея По словам Ярослава Ашихмина, терапевта и советника гендиректора Фонда Международного медицинского кластера, его обеспеченные клиенты готовы выложить 10 тысяч долларов за коробку ремдесивира — американского противовирусного препарата, который считается главным фармакологическим оружием в коронавирусной войне. Клиенты говорили ему, что всерьез собираются добыть препарат, рассказывает Ашихмин. В ответ он объяснял им, что эффективность ремдисивира — под вопросом.
Специальным препаратом, «который производится только в США», в мае лечили от коронавирусной инфекции и премьер-министра Михаила Мишустина, утверждала «База»; опровержения этой информации не было. Глава правительственной пресс-службы Борис Беляков не ответил на вопросы «Медузы» о том, в какой клинике лечился Мишустин и получал ли он ремдесивир.
«На пике ремдесивир, на который возлагали большие надежды, в нью-йоркских больницах можно было получить только двумя способами. Организовать клиническое исследование и получить на него одобрение комитета больницы — стандартный протокол, но он занимает время. Второй вариант — compassionate care, то есть помощь из сострадания. Производитель препарата, компания Gilead Sciences, заявила, что для молодых пациентов, а также для детей и беременных они готовы сделать исключение и дать им этот неизученный, но, возможно, работающий препарат. Таким образом мы получили четыре курса — очень маленькая выборка», — рассказывает «Медузе» реаниматолог The Brooklyn Hospital Centre Евгений Пинелис.
Результаты интерпретировать трудно. «Одна пациентка после того, как мы ей стали давать ремдесивир, совершенно невероятно улучшилась, исход ее госпитализации был неожиданно хорошим — хотя до этого ей было очевидно плохо и были сомнения, что она выживет. Была ли в этом заслуга ремдесивира или какие-то силы природы и ее организма, сложно сказать», — объясняет Пинелис.
Когда пациентку уже выписали, вышло исследование, доказавшее, что в реанимации ремдесивир не подходит. «Он действует, как и положено противовирусному препарату, только на ранней стадии: если пациента поймали до развития тяжелой дыхательной недостаточности или в самом ее начале, исход улучшается. Позже — препарат, похоже, не работает. Проблема в том, что пациенты на таких ранних стадиях редко попадают в больницу — так что у нас в реанимации, скорее всего, пациенты улучшились благодаря поддерживающей терапии, а не ремдесивиру», — объясняет Пинелис.
Флаконы с ремдесивиром. США, Калифорния. Март 2020 года
Несмотря на это, правительство США выкупило у компании-производителя Gilead Sciences почти весь запас препарата.
Летом в России начали клинические исследования препарата. Одно из исследований — по лечению ковида комбинацией тоцилизумаба и ремдесивира — сейчас проводит компания Roche совместно с компанией Gilead Sciences. В клиническом исследовании — 160 пациентов из шести российских медучреждений.
Российский ответ Вероятно, за ремдесивир в России можно будет не переплачивать: сейчас идет наблюдательная стадия клинического исследования его первого российского дженерика, препарата «Ремдеформ» иркутской группы компаний «Фармасинтез».
«Фармасинтез», который производит «Калетру» для терапии ВИЧ-инфекции, во время пандемии нарастил обороты — с февраля по июнь включительно компания заключила контракты на сумму около двух миллиардов рублей. В 2019 году цифры за тот же период были в полтора раза ниже (данные DSM). Основатель «Фармасинтеза» Викрам Пуния с гордостью называет корреспонденту «Медузы» финансовые показатели своей компании: в 2010 году ее оборот составлял один миллиард рублей, сейчас — 30 миллиардов.
Уроженец индийского Джайпура, Сингх Викрам Пуния в Россию попал в 18 лет по бесплатной программе для студентов — и остался. В прошлом студент Иркутского мединститута, на жизнь Пуния зарабатывал мелкой торговлей и возил в Иркутск все, что пользовалось спросом — от индийских колготок до индийского же пива. Позже, влюбившись в иркутянку Ирину Полякову, Викрам основал компанию «Фармасинтез» вместе с ее троюродным братом Русланом Поляковым.
Дженерик ремдесивира «Фармасинтез» сделал еще в феврале. Несмотря на то, что патент на оригинальное лекарство принадлежит компании Gilead Sciences как минимум до 2031 года, Пуния считает свои действия правильными: «На сегодня компания Gilead Sciences не предприняла каких-либо мер для того, чтобы ремдесивир был доступен на рынке. Я не знаю, насколько компании Gilead Sciences важны жизни россиян, но они важны для нас. Мы хотим, чтобы у нас тоже была возможность получить эффективное лечение и шанс на полное выздоровление. «Фармасинтез» неоднократно обращался в Gilead Sciences с предложением выплаты роялти в размере 2% от объема продаж за добровольную лицензию, но обратной связи мы не получили».
В клинических испытаниях «Ремдеформа» участвуют 23 российские клиники. 220 участников получили по 10 флаконов препарата. На пятый день, рассказывает Пуния, у тех, кто получил препарат, «произошло явное улучшение по категориальной шкале ВОЗ [шкала тяжести симптомов] и снизилась вирусная нагрузка». Ни одного летального случая, утверждает Пуния, не зафиксировано. Все участники, сообщили «Медузе» в компании, были «средней степени тяжести» и выздоравливали за неделю — вместо стандартных двух. Проверить эти слова, пока не опубликованы результаты исследования, нельзя.
Среди крупных ковидных клиник, получивших «Ремдеформ» для исследований, — Центральная клиническая больница управделами президента. Больница не входила в список клиник, перепрофилированных под массовое лечение COVID-19. Здесь стандартно обслуживают «спецконтингент» — чиновников аппарата правительства, премьер-министра и президента. Заведующий инфекционным центром ЦКБ Георгий Сапронов в телефонном разговоре сказал «Медузе», что в больнице «проводилось лечение коронавирусной инфекции у контингента» — и что больница была «одним из центров, где проводилось исследование» ремдесевира. Вопрос о том, сколько пациентов участвовали в исследовании, Сапронов назвал «провокационным». В ответ на просьбу корреспондента «Медузы» уточнить количество пациентов, лечившихся в ЦКБ от COVID-19, Сапронов сказал, что журналист «некрасиво с ним играет» и заблокировал его номер.
Массовое производство ремдесивира обещают наладить в октябре-ноябре. Для этого Пуния планирует обратиться в правительство за получением принудительной лицензии (которая позволяет в определенных случаях использовать изобретение без согласия того, кто владеет патентом), чтобы «Фармасинтез» производил ремдесивир без разрешения Gilead Sciences.
Свой дженерик ремдисивира недавно сделала и российская компания «Р-Фарм» — один из крупнейших поставщиков препаратов, рекомендованных Минздравом для лечения COVID-19. Глава «Р-Фарм», председатель «Деловой России» Алексей Репик сказал «Медузе»: «Мы закончили с мышками и сейчас будем проводить клиническое исследование с людьми».
Субстанцию ремдесивира собирается производить петербургская фармкомпания «Активный компонент», поставляющая сырье крупным российским производителям — «Фармстандарту», «Нижфарму» и «Вертексу». По словам президента компании Александра Семенова, разработку субстанции «инициировали в марте — на случай, если осенью она будет востребована в связи с новой волной пандемии».
Японский вариант »Нам сильно помог »Авифавир» (действующее вещество фавипиравир), люди стали выписываться не за три недели, а за неделю», — хвалится в разговоре с корреспондентом «Медузы» чиновник городской администрации в одном из регионов центральной России.
Применять фавипиравир против коронавируса без особого успеха пробовали в Японии — при помощи препарата «Авиган». Самые известные российские дженерики этого препарата — «Коронавир» и «Авифавир» — разработали две компании: «Р-Фарм» и «Химрар».
В июне Минздрав упомянул фавипиравир в своих рекомендациях: до этого ведомство одобрило клинические исследования «Коронавира» от «Р-Фарм» и «Авифавира» от «Кромис» — совместного предприятия «Химрара» и Российского фонда прямых инвестиций (РФПИ). Фонд активно инвестирует в бизнес, связанный с коронавирусом — от тестов до вакцины, разработанной в исследовательском центре эпидемиологии им. Н.Ф. Гамалеи. Глава РФПИ Кирилл Дмитриев дважды переносил интервью корреспондентам «Медузы» — а в итоге так и не нашел времени для разговора.
Новые упаковки «Авифавира», который активно используют в России для лечения ковида
В «Кромисе» «Медузе» сказали, что дженерик «Авифавир» для клинических исследований получили в 51 регионе 30 тысяч пациентов: все они «внесены в регистр, на основе которого составлен промежуточный отчет». Препарат, сказали в компании, помогает врачам подавить заболевание на ранней стадии и не дать пациенту перейти в стадию более тяжелую.
«В начале эпидемии китайские врачи перепробовали несколько десятков лекарственных препаратов для лечения больных COVID-19. В середине марта только по одному препарату было уверенное заявление о его эффективности для лечения коронавирусной инфекции. Это был фавипиравир», — добавила представитель «Кромиса». Теперь компания готова производить до 600 тысяч курсов лекарства ежемесячно.
У главврачей больниц, которые вошли в клиническое исследование по фавипиравиру, единого мнения нет. Лекарство хвалит главврач московской ГКБ № 52 Марьяна Лысенко: «В «клинике» препарат давали 20 пациентам, в наблюдательном исследовании — 60 пациентам. Он, безусловно, требует медицинского сопровождения из-за тератогенного эффекта (препарат запрещен к применению у беременных и планирующих беременность женщин из-за высокого риска пороков развития у плода, — прим. «Медузы»), но по ПЦР [полимеразной цепной реакции] мы видим явное снижение вирусной нагрузки».
«Мне рано четко занять позицию: есть больные, которые выздоравливают на приеме фавипиравира, но есть больные, которым мы отменили этот препарат — увеличились печеночные ферменты», — объясняет главврач ГКБ № 15 имени О.М. Филатова Валерий Вечорко.
«К тому моменту, когда появился фавипиравир, я стала гораздо более осторожно относиться ко всему, что не имеет доказанной эффективности, а доступных исследований с хорошей доказательной базой по препарату нет. По итогам нашего опыта какие-либо выводы делать сложно: в рамках клинического исследования препарат получали только шесть пациентов стационара. Вау-эффекта не было: был пациент, состояние которого ухудшилось до развития цитокинового шторма, у кого-то отмечено развитие нежелательных реакций. Были пациенты, у которых можно было отметить клиническое улучшение на фоне приема лекарства», — рассказывает Дарья Камышова, клинический фармаколог Пироговского центра.
«Я убил коронавирус за три дня фавипиравиром», — убеждает корреспондента «Медузы» председатель совета директоров «Р-Фарм» Алексей Репик (49-е место в списке Forbes, состояние 1,2 миллиарда долларов). Коронавирусную инфекцию Репик выявил у себя в июне сам: принимая дженерик фавипиравира «Коронавир» миллиардер делал тесты — тоже самостоятельно. К четвертому дню вирусная нагрузка, по его словам, «полностью исчезла». Несмотря на многочисленные побочные эффекты, Репик считает фавипиравир однозначным «препаратом выбора для амбулаторных пациентов» — потому что в этом случае можно будет поймать болезнь «на раннем моменте». Раньше фавипиравиром лечили только в больницах — с 17 сентября он разрешен Минздравом для амбулаторного лечения, препарат может поступить в аптеки уже 21 сентября.
Мощную рекламную кампанию — а «Коронавир», «Авифавир» и еще один российский дженерик фавипиравира «Арепливир» СМИ объявляли «первыми эффективными российскими препаратами от ковида» — испортило исследование университета Fujita. Фавипиравир в лечении коронавируса не помогает, сказали ученые. В «Химраре» ответили, что корректным это исследование считать нельзя, и вместе с РФПИ начали масштабные поставки дженерика фавипиравира в Бразилию.
Российские больницы уже потратили на фавипиравир 367 миллионов рублей (данные госзакупок). «Мы лично продали 17 тысяч упаковок по 12 тысяч рублей. Получили порядка 200 миллионов рублей», — подсчитывает Репик.
При этом считать доходы фармкомпаний от пандемии неправильно, уверен бизнесмен: «Во-первых, упали продажи лекарств, которые требовались нашим пациентам с хроническими заболеваниями — они сидели на карантине и не могли даже дойти до больницы, поликлиники или аптеки. На самом деле, трагедия. Во-вторых, можете посчитать сами: на начало сентября мы заработали на препаратах от коронавируса около миллиарда рублей. При этом объем инвестиций в эти лекарства — в разработку, клинические исследования, производство — пять-семь миллиардов рублей».
Старый знакомый По подсчетам компании DSM Group, выполненным по просьбе «Медузы», на лекарства от коронавируса с февраля по июнь включительно в больницах и аптеках было потрачено больше 10 миллиардов рублей.
В расчет брались противовирусные препараты, рекомендованные для лечения именно COVID-19 (а не его осложнений) из действующих на тот момент рекомендаций Минздрава (предпоследняя, седьмая версия). Подсчет делался с февраля, поскольку в конце января в России были зафиксированы первые случаи заражения коронавирусом и резкий рост числа внебольничных пневмоний.
https://preview.redd.it/u1omcxz0w1o51.jpg?width=980&format=pjpg&auto=webp&s=f58f17a4c74b32021affa65ef8b8f7d5f1c61b03
По этим данным в аптеках на противовирусный «Арбидол» (действующее вещество умифеновир) с февраля по июнь включительно потратили почти четыре миллиарда рублей — в четыре раза больше, чем в 2019 году. Производитель лекарства — компания «Отисифарм» — связана с компанией «Фармстандарт», который принадлежит Виктору Харитонину, давнему знакомому семьи вице-премьера Татьяны Голиковой. Сама она возглавляет федеральный оперативный штаб по борьбе с коронавирусом.
Рекламу «Арбидола» в качестве лекарства от COVID-19 признала незаконной Федеральная антимонопольная служба, он не зарегистрирован в США и отсутствует в рекомендациях ВОЗ по лечению гриппа, но продажи препарата только растут: «Арбидол» есть во всех рекомендациях Минздрава, его выдают больным ковидом в поликлиниках и приносят на дом участковые врачи.
Десять лет назад его искал в аптеке президент Владимир Путин; теперь его скупают в Москве и регионах. «Даже всякие «топчики», которые консультировались у лучших врачей — даже англоязычных, ели гидроксихлорохин и — по привычке — «Арбидол»», — говорит «Медузе» терапевт Василий Купрейчик.
В бизнесе по производству лекарств от коронавируса участвует и компания «Нанолек». Ее президент Владимир Христенко — сын Виктора Христенко, мужа Татьяны Голиковой и бывшего главы Минпромторга. До «Нанолека» Христенко-младший работал в «Фармстандарте» (а эта компания, как уже отмечалось выше, принадлежит знакомому семьи Голиковой-Христенко Виктору Харитонину).
В мае 2020 года «Нанолек» подал в Минздрав РФ документы на регистрацию дженерика гидроксихлорохина, в июне выпустил первую партию препарата на заводе в Кирове. Вдобавок крупнейший российский производитель гидроксихлорохина — компания «Биоком» (принадлежит АФК «Система» и «Ростеху») — зарегистрировала «Нанолек» в качестве дополнительной площадки для производства своего препарата. Как сказал «Медузе» представитель «Биокома», сделано это для того, «чтобы максимально подстраховаться и обеспечить страну необходимым количеством препарата на случай, если ситуация с COVID-19 ухудшится».
До пандемии, сказали «Медузе» в «Биокоме», объемы производства гидроксихлорохина составляли до четырех тысяч упаковок в год; с начала пандемии до апреля 2020-го это число выросло до 170 тысяч.
Вторая волна Главврач больницы в Коммунарке Денис Проценко обещал, что второй волны в России «не будет», но страна по-прежнему остается на четвертом месте в мире по числу зараженных COVID-19. В России каждый день выявляют больше пяти тысяч новых зараженных, и этот показатель плавно растет (с 4 828 до 5 762 человек в день за последний месяц).
«Мы в ноль никогда не уходили, но у нас в середине лета было меньше ста пациентов [с ковидом одновременно], а сейчас — 200», — рассказывает исследователь Дагестанского медицинского университета Саният Магомедова про больницу, которую она консультирует. В терапии, говорит говорит Магомедова, появился новый фаворит — гормональный препарат «Дексаметазон». Он доступен, недорог, и, как говорят, помогает подавить цитокиновый шторм.
В Москве число пациентов с COVID-19 тоже увеличивается: в сентябре в городе начали фиксировать более 700 случаев заражения ежедневно (мэр города Сергей Собянин заявил, что это связано с увеличением количества тестов). В ГКБ № 15, главном ковидном госпитале Москвы, в июне было меньше тысячи пациентов, сейчас их — 1300.
У самого главврача ГКБ № 15 Валерия Вечорко в анализе обнаружились антитела к ковиду, хотя он и принимал регулярно для профилактики гидроксихлорохин. Переболела и клинический фармаколог Пироговского центра Дарья Камышова. Болезнь, сказала она «Медузе», протекала в легкой форме: сильная головная боль и повышенная температура.
— И чем вы лечились?
— Обычным пломбиром.
— Мороженым?
— Да, обычным мороженым. Это приятно и жар снимает.
Больше Камышова, по ее словам, ничем лечиться не пыталась.
Главврач одного из самых крупных «ковидариев» столицы — ГКБ № 52 — Марьяна Лысенко считает, что доктора научились бороться с осложнениями от вируса, хотя пока и не могут его убить в самом начале. «Вы хотите, чтобы вам сказали, как лечится коронавирус — при этом, чтобы это была одна таблетка, и чтобы мы с этим вирусом научились жить. Но так произойти не может, средства Макропулоса нет, пока коллективный иммунитет не сформирован, помочь может только вакцина», — рассуждает она. Однако в широком доступе вакцина появится в лучшем случае только в феврале 2021 года; пока вакцины нет, врачи лечат тем, что есть.
Вся территория ГКБ № 52 уже несколько месяцев остается «красной зоной». У входа в корпуса устало переговариваются медики в защите, в парке при больнице стоят «редеры» — белоснежные полевые госпитали со свежеотделанными палатами, куда положат новых больных.
отсюда
submitted by Alex_Jew to CIS_Politics [link] [comments]


2020.09.05 18:44 Alexandry707 Какие документы нужны для перепланировки

Какие документы нужны для подачи на алименты на ребенка в 2020 году - полный перечень submitted by Alexandry707 to u/Alexandry707 [link] [comments]


2020.08.23 19:32 trempolets78 Satbayev University

Углубленное изучение востребованных технологий производства для работы на ведущих промышленных предприятиях страны. Профессиональная специализация, гарантированное трудоустройство #Satbayev #University. Интересует ? Ищите информацию ? Как это сделать ? Какие нужны документы ? Сколько стоит ? Всю эту и другую информацию изучайте по ссылке на сайте #SatbayevUniversity https://satbayev.university/ru/graduate
submitted by trempolets78 to u/trempolets78 [link] [comments]


2020.07.24 18:13 DarkRedFist Какие документы нужны для перепланировки

Тотальная слежка - Проект "Умный город 2030" - Москва . Слежка в России. Тотальный контроль и управление людьми.

Часть 2 - "Умный город" или "Старший брат"? Как мэрия научилась знать о москвичах всё.
Андрей Захаров Би-би-си BBC News Русская служба
10 апреля 2020
https://www.bbc.com/russian/features-52219260

Начало тут: Часть 1 - "Умный город" или "Старший брат"? Как мэрия научилась знать о москвичах всё
https://www.reddit.com/True_Russia/comments/hx6sah/



Еще один источник данных о поведении горожан в интернете - сайт mos.ru и связанные с ним ресурсы вроде "Активного гражданина" или "Нашего города". В 2018 году общая посещаемость порталов и мобильных приложений семейства mos.ru составила 652 млн визитов (так, через сайт мэрии прошли почти 300 млн обращений за госуслугами). В марте 2020 года, на фоне эпидемии коронавируса, трафик mos.ru вырос более чем на 50% по сравнению с предыдущим месяцем и составил почти 60 млн визитов.

Для собственных ресурсов мэрия в 2017 году начала разработку специальной системы анализа интернет-активности пользователей с шипящим названием "СТАТС".
Правообладатель иллюстрации Кухмарь Кирилл/TASS

Через собственный трекер мэрия не просто собирает базовую статистику о том, сколько пользователей заходят на городские ресурсы. В отчеты идет о информация об IP, стране и браузере пользователя. Следующая задача - составить портрет посетителей.

СТАТС умеет работать даже с теми посетителями mos.ru, которые сознательно включили режим "инкогнито" в своем браузере, тем самым лишив владельцев сайта собирать cookies. Для этого используется технология fingerprint (от английского "отпечаток пальца"), которая является своего рода цифровым аналогом взятия отпечатков пальцев. Только вместо рук - уникальные свойства конкретного смартфона, планшета или ноутбука.

Например, fingerprint сообщает часовой пояс устройства, языковые настройки, размер экрана, класс процессора. С помощью нее можно понять, кто приходит к тебе на сайт даже в том случае, если он использует разные браузеры на своем компьютере.

Собирая детальную информацию, СТАТС может определять, впервые ли гражданин на mos.ru или уже заходил на него. Если это не первое посещение, система объединяет все сессии вместе и выводит закономерности из действий человека - например, какие услуги ему необходимы или чем он интересуется. Базовые группы, доступные в системе: одиночные посетители, домохозяйства, схожие социальные группы (например, работники одной компании или представители одинаковой профессии).

Как следует из госконтрактов, внутри этих статистических отчетов могут содержаться и социально-демографические показатели: пол, возраст, доход, семейное положение. Система также умеет находить связь между пользователями внутри группы - например, объединить вместе мужа, жену и детей, если они тоже посещают mos.ru.
Правообладатель иллюстрации Zakupli.gov.ru

При подготовке этой статьи корреспонеднт Би-би-си впервые зашел на сайт "Активного гражданина" и проглядел его в течение нескольких секунд, не производя никаких действий. На следующий день мэрия прислала письмо на личную почту, указанную при регистрации в системе столичных госуслуг. "Более 2 миллионов москвичей стали участниками проекта "Активный гражданин". Мы очень рады, что вы тоже проявили интерес к проекту", - говорилось в нем.

Мэрия также собирает их биометрические данные москвичей - их изображения и образцы голоса.
Камеры узнают вас

В конце февраля в Москве был зафиксирован первый официальный случай заболевания коронавирусом. Выяснив, что инфицированный прилетел рейсом из Милана, власти решили посадить на карантин всех его пассажиров.

Один из них, молодой человек по имени Артем, честно исполнял предписание врачей и несколько дней не выходил из квартиры. Но потом все же решил вынести мусор. Контейнерная площадка, куда он отнес пакет, находится "в пяти секундах медленного шага от подъезда", рассказывал Артем изданию "Медиазона". Но уже через два дня к нему приехали полицейские и выписали штраф "за невыполнение предписаний должностного лица".
Правообладатель иллюстрации MAXIM SHIPENKOV

Среди документов, приложенных к протоколу, была распечатка с фотографией Артема, на которой он выходит из подъезда, писала "Медиазона".

К середине марта городская система видеонаблюдения помогла столичным властям выявить более 200 нарушителей карантина, рассказывал в Мосгордуме глава московской полиции Олег Баранов.

Городская система видеонаблюдения - еще один масштабный проект эпохи Сергея Собянина. В конце 2013 года - через два года после его назначения - на площадях и самых популярных улицах Москвы работали около 1700 камер, еще 95 тысяч наблюдали за всем, что происходит во дворах и возле подъездов (годовой отчет ДИТа).

В начале 2020 городская система видеонаблюдения объединяла уже более 175 тысяч камер, подключенных к единому центру хранения и обработки данных (ЕЦХД). В ближайших планах - увеличить их количество до 200 тысяч. Это не только уличные камеры, но и те, что установлены в учреждениях, поликлиниках, рынках и школах.

И это без учета мобильных камер: мэрия закупает планшеты и телефоны, с помощью которых сотрудники полиции и чиновники могут вести прямую трансляцию с массовых мероприятий - например, с митингов. Видеопотоки с мобильных камер подключены к ЕЦХД.

Даже сейчас Москва - далеко не мировой лидер по количеству камер: в августе 2019 года российская столица занимала лишь 18 место в рейтинге городов с самой разветвленной сетью видеонаблюдения (11,7 камер на 1000 жителей), подсчитал исследовательский портал Comparitech на основании открытых данных. Первые восемь мест занимают китайские города, выше Москвы - Лондон, Атланта, Сингапур, Чикаго.
Правообладатель иллюстрации ГУ МВД по Москве

Но Москва уже повсеместно внедрила технологию распознавания лиц и сделала это, например, раньше Лондона. Как следует из отчета Comparitech, активнее всех такие технологии запускают в Китае. Делегация столичных чиновников в 2019 году посетила несколько китайских городов и изучила их системы обработки записей с уличных камер, рассказывал замглавы департамента внешнеэкономических связей Москвы Илья Кузьмин.

Для Москвы была выбрана российская технология от компании NTechLab, которая в свое время разработала FindFace - неработающий сейчас портал для поиска людей во "ВКонтакте" по изображению. Нейросеть NTechLab позволяет обнаружить четырех из пяти разыскиваемых, лица которых хоть раз были зафиксированы хотя бы одной камерой, а время поиска человека в базе из 1 млрд снимков занимает не более 10 секунд, следует из презентации компании.

В интервью The Bell сооснователь сервиса Александр Кабаков говорил, что алгоритм распознает лицо, даже если человек использует для маскировки очки, усы или бороду. "У нас уже были истории, когда распознавались люди в мотоциклетных шлемах, так что [медицинская] маска вряд ли сработает для защиты от алгоритма", - говорил он.

Тестирование системы распознавания лиц началось в Москве в августе 2017 года - сначала на 1500 камерах. Во время чемпионата мира по футболу в 2018 году на входах на стадионы и фестиваль болельщиков работали уже более 450 специальных камер, которые автоматически сверяли лица всех заходящих с предварительно загруженной базой из 45 тысяч фотографий. За время чемпионата было задержано 19 человек, находившихся в федеральном розыске, и 49 человек, которых власти отнесли к опасным футбольным фанатам.

В начале 2020 года Сергея Собянин заявил, что городская система видеонаблюдения уже полностью подключена к системе распознавания лиц, а к сентябрю "умными" станут и все камеры в метро (видеокамерами оснащены все станции и все вагоны метро). Распознавать лица умеют все камеры, которые сейчас устанавливаются на турникетах.
"Свой" или "чужой"

Сейчас система обрабатывает несколько десятков миллионов лиц в сутки, миновать ее практически невозможно за счет оснащения камерами большей части подъездов, уверяет бывший высокопоставленный сотрудник мэрии, который занимался ее внедрением. В начале февраля 2020 года в Москве работало более 100 тысяч камер, подключенных к системе распознавания лиц, говорил представитель ДИТа.

Чтобы найти в потоке видео нужного человека, нужна его фотография-образец, и у мэрии она обычно есть. Для Артема из материала "Медиазоны" образцом, вероятно, было его фото из загранпаспорта: на принесенной полицией распечатке оно стояло рядом с изображением из системы видеонаблюдения.

"Допустим, мы знаем фамилию пассажира и его телефон. Если человек живет в Москве, он не мог не использовать государственные сервисы, и там не могла не сохраниться фотография, пусть и старая", - рассказывает экс-сотрудник мэрии. В ход идут не только фото из паспорта, но даже те, которые были сделаны когда-то для льготных проездных школьника или студента, говорит он.

В случае с заболевшими коронавирусом искать старые фото не нужно: врачей обязали делать фотографии всех находящихся на карантине, говорит высокопоставленный собеседник в мэрии. Об этом же Би-би-си рассказала москвичка, у отца которой обнаружили коронавирус в легкой форме: врачи скорой сфотографировали на планшет семью заболевшего и обязали всех не выходить из дома в течение двух недель.

Поиск людей по фотографии-образцу идет внутри всей системы видеонаблюдения, человека можно поставить на контроль, даже если он не живет по адресу регистрации. Машина, ежедневно обрабатывая изображения москвичей, ранжирует их по принципу "свой - чужой": тех, кто входит и выходит из одного и того же подъезда постоянно, относит к "своим", новичков - к "чужим", рассказывает собеседник Би-би-си.
Правообладатель иллюстрации ГУ МВД по Москве

Судя по фрагменту размещенной в открытом доступе презентации замначальника ГУ МВД по Москве Александра Половинки, пользователь системы может уточнять и детализировать поиск в системе - заставить ее искать человека только среди "своих", только среди "чужих", или искать похожие изображения. Можно указать, за какой период нужны снимки и даже выставить точность совпадения с образцом - от 50% до 100%.

Системы московской мэрии умеют анализировать и голоса москвичей: с 2015 года все беседы горожан с сотрудниками единой городской диспетчерской службы не только записываются и затем автоматически расшифровываются в текст, но и оцениваются алгоритмами с точки зрения "эмоционального фона беседы", следует из годового отчета ДИТа. Назначение технологии - определить, какие проблемы вызывают самую сильную реакцию москвичей, указано там же.

В 2018 году подведомственное мэрии АО "Электронная Москва" провело апробацию технологии по автоматическому распознаванию бесед сотрудников сервиса "Мои документы" с посетителями центров госуслуг.

Задача, поставленная мэрией перед подрядчиком, - уметь выделять в беседах "стоп-слова", "стоп-фразы" и "слова-конфликтогены", чтобы в дальнейшем автоматизировать оценку качества обслуживания. Согласно контракту, система должна записывать все разговоры сотрудников с клиентами, чтобы отслеживать негативные ситуации по ключевым словам.

В этом проекте тестировалась технология компании "Агат-РТ". Один из ее собственников Дмитрий Ветошкин не стал отвечать на вопросы Би-би-си.

В стратегии "Умный город - 2030", принятой в 2018 году, указано: для борьбы с преступностью, помимо системы видеонаблюдения, будут внедрены средства "акустического контроля". Какие именно средства, не уточняется.

Возможно, речь идет о чувствительных уличных микрофонах: такие устройства уже установлены в ряде городов США и других стран. Их основная задача - распознавать звуки выстрелов, с помощью триангуляции определять их местонахождение и отправлять координаты оператору или ближайшему патрульному экипажу. Они также способны "узнавать" человека по образцу голоса и записывать разговоры: таким образом, с мест совершения преступлений полиция может получать записи не только видео, но и аудио.

12 марта Би-би-си запросила профильный департамент информационных технологий об интервью с главой ведомства Эдуардом Лысенко, прислав блок тем, о которых планировалось поговорить. Интервью не состоялось, 6 апреля Би-би-си отправила список из конкретных вопросов. В ДИТе пообещали ответить в течение семи дней, Би-би-си обязательно добавит ответ к этой статье.
"А что говорят данные?"

За десять лет задачи IT-команды Сергея Собянина сильно изменились. В первые годы она больше занималась созданием цифровой инфраструктуры: закупкой компьютеров для учреждений, затем базовыми электронными системами вроде интеллектуальной транспортной или единой медицинской.

"На совещаниях по многим проблемам Собянин стал говорить: "А что говорят данные?" Часто получалось - докладывается одно, а по данным картина получается совершенно иная", - вспоминает бывший сотрудник мэрии. Постепенно менялось отношение и к IT-команде мэрии, участников который сначала воспринимали едва ли не как людей, которые должны заниматься настройкой компьютеров.
Правообладатель иллюстрации Красильников Станислав/TASS

Приблизительно в 2015 году мэрия пришла к идее, что пора создавать обобщающие системы, которые смогут использовать данные из разных источников. Задача таких систем - не хранить однотипную информацию вроде разрешений на строительство и номеров свидетельств о браке. Они, словно искусственный интеллект из фантастических фильмов, должны отвечать на сложные вопросы и уметь предсказывать будущее.

Внедрение сложных алгоритмов, которые принимают решения за человека, - логичный этап, следующий за простым сбором данных, говорит глава АНО "Информационная культура" Иван Бегтин, такие системы есть уже во многих странах мира.

В Москве разработаны несколько "обобщающих систем", призванных отвечать на любимый вопрос мэра и запросы других чиновников.

В 2015-2016 годах департамент территориального развития получил инструмент за контролем ситуации в префектурах: в официальных документах он называется ИАС ДТОИВ. Как указано в госконтракте, его задача - "выявление, мониторинг, предупреждение, планирование действий и принятие решений по ситуациям, связанным с реализацией государственной политики в сфере территориального управления".

Примерно тем же самым занимается известная американская компания Palantir, которая по заказу американских силовиков переваривает огромный массив данных из разных источников и ищет в них признаки готовящихся преступлений или терактов.

ИАС ДТОИВ умеет аккумулировать и прогонять через себя данные из нескольких источников.

Во-первых, из системы мониторинга криминогенной ситуации, совместной базы данных мэрии и полиции, куда стекается информация обо всех преступлениях и хранится архивная информация о примерно 5 млн правонарушениях. Данные о штрафах, грабежах и убийствах собираются в ней не только для статистики: система умеет выявлять нетипичную динамику по преступлениям, а также мониторить общественное мнение об уровне безопасности в Москве. В том числе - на основании поисковых запросов граждан в интернете.

Во-вторых, из "Единого геоинформационного пространства города Москвы" - это еще один большой проект мэрии, решившей нанести на электронную карту все городские объекты, в том числе в виде полноценных панорам.

В-третьих, ИАС ДТОИВ подгружает и анализирует данные из СМИ и соцсетей. Раньше для этого использовались ресурсы компании "Медиалогия", но мэрия решила создать свой инструмент для анализа публикаций в интернете - сейчас это часть "системы управления информационными рисками аппарата мэра".

Как ДТОИВ использует весь этот массив данных? Из госконтрактов следует одна из ее задач - предупреждение возможного недовольства жителей новым строительством в своем районе, то есть выявление потенциальных конфликтов.
Правообладатель иллюстрации Григорьев Максим/TASS

Для этого в ДТОИВ есть весь набор данных: программа проводимых слушаний, в том числе по программе реновации, сводка по правонарушениям, в том числе связанным с акциями протеста, и полная выгрузка из медиа и социальных сетей по ключевым словам.

В самом департаменте территориальных органов власти не ответили на запрос Би-би-си. В общей сложности на создание и поддержку ИАС ДТОИВ было потрачено более 300 млн рублей.
Нейросеть мэрии

Если ДТОИВ направлена на решение узкопрофильных задач, то "система управления данными в распределенной вычислительной среде" (ИС УДРВС) может использоваться для очень разных целей - от медицины до анализа интернет-активности горожан.

Она анализирует все данные, содержащиеся в информационных системах и ресурсах мэрии, без их объединения в рамках одной платформы, объясняет руководитель IT-компании, сотрудничающий с ДИТом.

"Такая форма более безопасна - данные не объединяются в одну баночку, просто пишется алгоритм, который знает, где их брать", - объясняет собеседник Би-би-си. Система работает по принципу машинного обучения, то есть сама учиться решать поставленную задачу.
Правообладатель иллюстрации Zakupki.gov.ru

Разработка ИС УДРВС началась в 2016 году, а уже в 2018-м она использовалась на практике. Например, для выявления "серой аренды" квартир - когда люди сдают свое жилье, но не платят налоги. В официальном отчете ДИТа за 2018 году этот механизм назван "Прогнозирование фактов в отношении аренды".

Для поиска "серых" квартир система анализировала информацию о регистрации людей, сотовые данные, данные о парковках, а также просматривала историю коммунальных платежей, платежей за детский сад и другие образовательные услуги, рассказывает бывший сотрудник мэрии. "Допустим, вы зарегистрированы в одном месте, а за садик и электричество платите в другом, где одновременно еще и паркуетесь", - объясняет он принципы анализа.

Как мэрия использовала новое знание, неизвестно. "Насколько я знаю, это был всего лишь эксперимент", - скептичен руководитель IT-компании, которая сотрудничает с ДИТом

Еще один пример использования машинного обучения при работе с большими данными мэрии - медицина. В 2018 году был проведен эксперимент: в систему были загрузили 100 тысяч ретроспективных снимков больных раком, и затем пыталась определить, когда именно началось развитие болезни. Параллельно ту же задачу выполняла группа онкологов (врачам не сказали об участии в проекте искусственного интеллекта). В результате в 6-7% случаев люди не заметили отклонений, которые могли привести к раку, а искусственный интеллект сообщил о них. "Эта машина спасла человеческие жизни", - рассказывает собеседник, знакомый с этим экспериментом.
Правообладатель иллюстрации Zakupki.gov.ru

Осталось ли хоть что-то, чего мэрия не знает о москвичах?

В ДИТе изучали возможность подписания соглашений с несколькими банками для получения финансовой информации их клиентов, однако в итоге от проекта решили отказаться, говорит экс-сотрудник мэрии. С какими именно банками и почему договориться не удалось, он не уточнил.

Но примерное представление о финансовом положении каждого москвича у мэрии все равно есть. Во-первых, через городские ресурсы идут платежи за ЖКХ и другие госуслуги - более 6,6 млн транзакций на 19 млрд рублей в 2018 году. Во-вторых, власти города знают, какими квартирами и автомобилями владеют (или не владеют) горожане, добавляет собеседник Би-би-си.

Мэрия Москвы обладает практически всей информацией о горожанах и использует ее для собственных, очень разных целей. Насколько законно столь массовое использование личных данных миллионов людей?
Все на "пробив"

"Все это обезличенные данные", - этим словами высокопоставленный сотрудник мэрии заканчивает рассказ о системе контроля за соблюдением карантина теми, кто общался с зараженными коронавирусом.

Обезличенные данные в системе, которая следит за перемещением людей по их фото и запрашивает их контакты у сотовых операторов? Звучит странно.
Правообладатель иллюстрации Карпухин Сергей/TASS

И мэрия Москвы, и все остальные участники российского рынка персональных данных все время подчеркивают, что работают с "обезличенными" данными. К этому их обязывает действующий закона "О персональных данных", в котором нет четкого регламента их оборота, но указано, что обезличивание - это форма обработки личной информации, в результате которой человека нельзя будет идентифицировать.

С 2018 года, в рамках программы "Цифровая экономика", правительство пытается уточнить правила оборота "обезличенных персональных данных". Однако обширного изменения законодательства в этой области так и не произошло, отмечает партнер юридического бюро Pen&Paper Екатерина Тягай.

В этих условиях многое зависит от позиции регулятора, которым в этой сфере является Роскомнадзор, говорит топ-менеджер крупной data-компании. "Все спорные моменты обсуждаются с ними [Роскомнадзором]", - говорит он.

Например, когда в начале апреля министерство цифрового развития утвердило порядок контроля за носителями коронавируса, то к письму ведомства, направленному в субъекты РФ, было приложено разъяснение Роскомнадзора, сообщали "Ведомости" и "Медуза". В ведомстве указали, что слежка на основе сотовых данных не противоречит закону о персональных данных - геолокация не позволяет установить личность пользователя.

По действующим нормам, эпидемия не освобождает от обязанности на получение согласия субъекта персональных данных на их обработку, уверен руководитель юридической практики общественной организации "РосКомСвобода" Саркис Дарбинян. А сведения о передвижении человека по территории России и за ее пределами относятся к персональным данным, добавляет Екатерина Тягай.

Помимо закона, существует еще один действенный инструмент противодействия злоупотреблениям с данными граждан. Это - общественный контроль, который есть во многих европейских странах, и которого практически нет в России, полагает глава АНО "Информационная культура" Иван Бегтин.

Московские власти и сами не всегда уверены в законности своих проектов. В середине 2019 года мэрия, уже вовсю внедряя систему распознавания лиц, решила выяснить, насколько она соответствует законам. И заключила контракт на подготовку юридической справки - о том, как законодательство регламентирует проблему получения согласия гражданина на использование его изображения при видеонаблюдении.
Правообладатель иллюстрации Гердо Владимир/TASS

Позже суд решил, что юридически проблемы нет: в конце 2019 года активисты оппозиции пытались оспорить использование этой системы на акциях протеста и дважды проиграли. Аргументы судов похожи на разъяснения Роскомнадзора: система лишь сравнивает изображение с камер с фотографией, а чтобы установить личность человека, нужны и другие параметры - например, рост и вес.

Но есть и другая проблема - данные из некоторых систем московской мэрии уже можно купить на так называемом рынке "пробива".

"Пробивом" на жаргоне называется покупка персональных данных, в основном на специализированных форумах в интернете с простой системой регистрации. Как рассказывала Би-би-си, для покупки доступны информация из баз сотовых операторов, банков, МВД, ФНС и прочих государственных органов. Из систем московской мэрии там можно встретить предложение купить данные о парковочных сессиях, выписку из ЗАГСа или домовой книги, а также записи с любой видеокамеры из почти 200 тысяч, развешанных по городу.

За несколько тысяч рублей корреспондент Би-би-си купил информацию о парковочных сессиях и справку из домовой книги на своих коллег (с их письменного согласия). А в конце декабря 2019 года корреспондент "МБХ медиа" успешно купил данные из системы видеонаблюдения.

Правда, справку из системы ЗАГС купить не удалось: посредник, с которым корреспондент Би-би-си связывался в Telegram, посетовал, что "исполнитель" - то есть, сотрудник государственной организации - не отвечает. Скорее всего, из-за карантина.
Дворники на великах против системы

В России Москва выглядит абсолютным лидером и своего рода испытательным полигоном для систем по сбору и анализу данных жителей города. Примеру столицы следуют другие регионы.

Обезличенные сотовые данные уже покупают Ленинградская, Липецкая и Пермская области, республика Башкирия и Санкт-Петербург (данные сайта госзакупок). Росстат уже тестировал использование геоаналитической информации от операторов "большой четверки" и планирует полноценно применять их при проведении масштабной переписи 2020 года - если ее не перенесут из-за коронавируса.

Минцифра уже несколько лет разрабатывает проект единого цифрового профиля россиян, который будет объединять 57 видов личных данных, необходимых для идентификации каждого гражданина и предоставления госуслуг. Несмотря на общий тренд на цифровизацию, идея объединения такого массива данных в одном месте вызывала критику даже в ФСБ - как раз из-за угрозы утечек.
Правообладатель иллюстрации Исаев Алексей/TASS

В планах мэрии, согласно стратегии "Умный город - 2030", - создание "общегородской платформы данных", которая помогала бы чиновникам принимать "быстрые и обоснованные решения". Big data должна уметь предсказывать очереди, заторы, пробки, аварии и несчастные случае, а также "поведение отдельных лиц", указано в документе.

Означает ли это, что "Умный город" окончательно превратится в "Старшего брата"? Многое зависит от того, как эти амбициозные и одновременно пугающие планы будут реализованы.

"Никто [в Москве] не стремился сделать "Большого брата". Если бы "Большой брат" в городе был, то смска прилетевшему из Барселоны не приходила бы через неделю после прибытия. А приходила бы сразу, да еще всем, кто с ним контактировал", - говорит один из подрядчиков ДИТа.

Иногда самые инновационные идеи глобального контроля часто разбиваются о российскую специфику. "Уже на этапе проектирования та часть команды, которая будет отвечать за проектирование системы, думает о том, как ее обмануть", - объясняет экс-сотрудник мэрии.

В качестве примера он привел проект внедрения системы мониторинга коммунальной техники: снегоуборочные машины и трактора по всему городу оснащали спутниковыми навигаторами, благодаря которым можно отслеживать работу техники в режиме онлайн.

В одном из районов Москвы была зафиксирована аномалия: техника вроде ездит, а жалобы на неубранный снег - растут. "Потом через систему видеонаблюдения мы заметили, что в тот момент, когда должна проехать машина, проезжает узбек на велосипеде", - вспоминает собеседник Би-би-си.

Оказалось, что в организации, ответственной за уборку улиц, решили обмануть систему - вырвали датчики из уборочной техники, поставили их на велосипеды и даже рассчитали нужную скорость, чтобы для наблюдающей машины все выглядело достоверно.

Так что запоздавшая на две недели sms'ка, обязующая москвича немедленно поместить себя в карантин, - не единственный сбой системы.

В конце марта 2020 года мэрия выпустила мобильное приложение для больных коронавирусом, проходящих лечение на дому, оно должно было контролировать каждый их шаг. Для завершения регистрации нужно было позволить приложению сфотографировать лицо. Редактор Би-би-си пытался сделать это несколько минут подряд и уперся в надпись: "Ошибка идентификации. Осталось попыток: 0".

Редактор все равно продолжил, но сдался на сообщении "Осталось попыток: -19".

При участии Светланы Рейтер

***
еще по теме:

Найти в вагоне: что московская мэрия знает о пассажирах метро
https://www.bbc.com/russian/features-53450439

Что общего у приложения для слежки за детьми и "Социального мониторинга"
https://www.bbc.com/russian/features-52763005

Где спят, где работают. Какие данные о москвичах сотовые операторы передают властям
https://www.bbc.com/russian/features-47453311
***

***
Сохраняйте анонимность в сети - руководства и советы по инфо безопасности читайте тут:
https://www.reddit.com/True_Russia/comments/g5c68i/
и в Коллекции:
https://www.reddit.com/True_Russia/collection/a6b3c648-7de0-4c52-a1b2-5c41edc583ac

Рассказывайте всем о тотальном контроле, ведите себя всегда с учетом того и зная, что все данные о вас собирают.

IT Анонимность Инфо безопасность - руководства и советы. Обход блокировок сайтов и цензуры в России. Как защищаться от слежки и сбора данных. СОРМ
Cybersecurity cybercrime privacy security and surveillance
Информационная безопасность Защита данных Защита от слежки
***
submitted by DarkRedFist to True_Russia [link] [comments]


2020.07.13 18:19 Amidas89 Документы перепланировки для нужны какие

Рейдер https://preview.redd.it/hrvgrgy42oa51.jpg?width=560&format=pjpg&auto=webp&s=4340f57fe2de78e0b9a7ead947597f7f08f9aeff
– Да шевелитесь уже, дебилы снулые! Обленились в край за три недели! – орал на весь ангар бригадир механиков. – Хаксли! Какого хрена фильтры ещё не осмотрены? Меня не ебёт, что у тебя нет времени! Меньше к вейпу прикладываться надо! Ганс! Где сверхлимитные запасы продуктов и воды? Да иди ты акуле в сраку со своими нормативами! Смотри на документы не как на туалетную бумагу! Сверхлимит проставлен в заявке? Где он? Найди! Джулия! Какого лешего стоим уши свои кошачьи греем и пандус не поднимаем, не крепим? Не таращись на меня, как на разумный член! Живо подняла пандус и проверила механизмы крепления.
Бригадир посчитал, что здесь всех мотивировал достаточно. Вразвалку он направился разносить остальных техников и механиков, работавших ближе к носу корабля. Но, несмотря на шум, скрежет, топот и разговоры всё равно по всему ангару разносились его крики:
– Напрягаем булки и работаем так, будто не жрали и бабу год не трахали. Иначе выебут меня, а я потом вас! Панасюк, паскуда ленивая!..
Видимо, он ушёл ещё дальше и хриплые, злобные вопли наконец-то окончательно потонули в окружающем шуме механизмов. Юля вздохнула, привыкла она уже к этому крикливому вечно суровому мужику. Даже зауважала. Своё дело знал и ребят в кулаке держал, но она тут не за этим. Задание, конечно, было самоубийственным, но выбора у неё не было. Платили хорошо, а долги перед Пиратским Бароном никто ей не спишет. Так что либо смертельный риск, либо смерть уже от бывших компаньонов... или того хуже.
Пандус в грузовой отсек «Филина» поднимался нормально. Девушка незаметно провела рукой по панели и металлические стойки оглушительно грюкнули и застопорились, высветив красным сигнал о нарушении работы.
– Какого лешего?! – крикнул её мастер-техник.
– Должно быть какой-то сбой, я посмотрю, – девушка глянула на работника верфи своими большими светло-карими, почти жёлтыми глазами.
– Ладно, иди, – махнул он рукой.
Юля хитро улыбнулась. Всегда срабатывало: невинный и виноватый взгляд, а дальше – всё отлично. Она взяла мультитестер и, легко вскочив на пандус, включила его. Окружающая суета была только на руку, никто и не заметит, что девушка надолго куда-то пропала. Пандус плавно поднялся, и шпионка очутилась внутри корабля. Огромный трюм был уже заполнен всем необходимым – в основном это были продукты и расходники, да некоторое оборудование для проверок. В дальней части отсека прятались в нишах два маленьких, законсервированных сейчас дрона-ремонтника. Она бы могла попробовать пробраться туда, но заказчикам нужны были данные из центрального мозга корабля.
Сроки поджимали, работодатели давили, а она ничего не могла поделать. Да устроиться на верфь оказалось легко, поддельных документов вполне хватило, чтобы её взяли младшим техником. А вот дальше всё встало намертво. Никого к кораблю не допускали до того, пока сюда не подберётся экипаж. Ну там – секретная разработка, повышенный режим безопасности и всё такое. Заказчику это не объяснишь, на Юле уже висел нехилый штраф, но всё равно сумма награды за добытые сведения перевешивала. Она могла расплатиться не только со штрафом, но и со всеми своими долгами.
Сканер в руках мигнул зеленым – «чисто» и девушка отправилась вверх по металлической лестнице, уходя на вторую палубу. Добытая ценой жизни двух хакеров карта корабля штурмового класса Пилигримов высвечивалась на крохотной панели. Проект «Филин» в девичестве бывший штурмовым фрегатом, обзавелся ещё и немалым брюхом грузового отсёка, набором сенсоров от разведывательно-диверсионных корветов и движками от легкого крейсера. В итоге получился внеклассовый дальний рейдер с хорошей автономностью, неплохим главным калибром и сенсорами, спокойно обозревавшими половину средней системы. План был неточным, но за неимением лучшего, приходилось рассчитывать на удачу. Её цель – кают-компания.
Вдалеке послышалось жужжание привода двери, кто-то вошёл в коридор. Юля быстро огляделась, метнулась к дальней переборке, сканер в руке задрожал. Если её тут поймают, то сидеть она будет долго, а то и рудники светят. И это если её обнаружит кто-то из членов экипажа Империи, а если это Пилигримы... Лучше не думать об этом.
Девушка рванула назад, в соседний отсек, стараясь не топать по металлическим конструкциям, и схоронилась под лестницей. Вскоре послышались голоса, они приближались, но потом снова зазвучал привод двери, и опустилась тишина. Так, следовало поторопиться и добраться до кают-компании как можно быстрее.
Теперь пришлось пересекать коридор согнув спину и трусцой. Вскоре она очутилась в зале с центральным столиком и ещё тремя маленькими, выдвижными из стен. Девушка подошла к стойке, где стояли аппараты для приготовления пищи: плита, кофемашина, синтезатор для приготовления из сублимата хоть чего-то похожего на еду.
Именно отсюда разумнее всего было пробраться в техническое помещение. Небольшой люк находился на том же месте, что и у модификации пилигримского "Палома МК-2". Этакой большой, неповоротливой, плоской в фас и почти треугольной в проекции сверху бандуры, вытянутой горизонтально. «Феникс» же был более «толстым», в миделе, и сужался к краям, ведь рассчитывался он на разведывательно-исследовательскую миссию, а не на подавление противника. Ему плоский силуэт был не так критичен. Но это было к лучшему – технический этаж больше и удобнее, не надо ходить вечно пригнувшись и изображать червя или сколопендру, занимаясь ремонтом в узких коробах магистралей.
Открыв люк, девушка спустилась по выдвинувшейся лестнице и принялась искать взглядом ближайшую панель. Она оказалась неподалёку – всего пять шагов пройти. Питание на неё уже подали, а вот нагрузки ещё не было и это было к лучшему – проще подключиться. Вытащив из рабочего серого комбинезона тонкие жальца отмычек и щуп-тестер, и попутно перетянув каштановые волосы резинкой, Юля стала аккуратно вскрывать электронно-механический замок панели. Никто не знал что безобидном мультитестере скрывался аппарат для взлома сетей.
– Нет, ну нормальный вообще парниша, – ворчала Элис, быстро собирая самое необходимое в стандартный армейский чемодан. – Припёрся, ни здрасте, ни до свидания и потопал довольный на корабль.
– Алис, – миролюбиво позвала её Славя. – А, Алис…
Она, конечно, понимала, что подруге надо выговориться, в противном случае, выплёскивать эмоции она будет немного иным способом. И вряд ли заступничество Слави поможет на этот раз.
– Что «Алис?» – возмутилась она, кидая в чемодан какую-то безделушку и захлопывая. – Ну, Алис, и что? Скажи еще – я не права!
Робот-сервисник взял ношу и спокойно потащил чемодан к выходу с этажа и дальше вон из казармы к их новому кораблю. Подруги покинули каюту, заперли на ключ-карту и пошли к коменданту.
Славя достала из кармана простенький браслет из кожи, переплетённый толстой серебряной цепочкой с висюлькой – нефритовой кошкой. Элис усмехнулась на это, но ничего не сказала, талисман всё-таки.
Конечно, обе были радостны, возбуждены, им хотелось опробовать этот корабль, как ковбою на ранчо хочется оседлать нового непокорного жеребца. Но если Славя тихо радовалась, то Элис эмоций сдержать не могла и объектом нападок стал прилетевший Пилигрим.
– Нет, ну где это видано? – не унималась она. –То есть ему наших досье было достаточно. А мне вот недостаточно! Я же не с картинкой с монитора буду работать, а с человеком, пусть и киборгом.
– Лисён, подумай сама, думаешь он в восторге от моего командования? – грустно улыбнулась Славя, входя в узкий пассажирский лифт.
Пара этажей пролетели быстро. Верфь находилась дальше по коридору, чуть в стороне от центральной станции, где располагались жилые казармы, диспетчерская, гидропонная ферма и прочие прелести цивилизованной жизни.
Первым делом они подошли к грузной тётке-коменданту. Она приняла ключ-карты у Слави и Элис, сунула им в ответ планшет для электронной подписи и снятия отпечатков. Безопасность превыше всего, как и бюрократия связанная с ней.
– Док №8, – сурово буркнула тётка, – счастливого полёта, птички.
– Спасибо, – дежурно отблагодарили её девушки.
Традиции. Традиции и суеверия, которые нельзя нарушать, иначе могут произойти непредвиденные обстоятельства. Славя, как и многие, поначалу смеялась над этими глупыми предрассудками в век межзвёздных перелётов. Ну, смешно было, когда отец – суровый мужчина, прошедший ни одну заварушку с пиратами и едва не ставший участником столкновения с Пилигримами, – всегда носил с собой брелок с выгравированным морским фрегатом. Он не выходил из каюты без него и не летел в назначение, пока не найдёт и не заберёт с собой.
Элис тоже рассказывала, что её отец – звероватого вида, густо покрытый шрамами, как воин маори, диверсант – всегда, когда летит на задание, припадает на одно колено и благодарит экипировку за отличную службу. Она, когда это увидела, чуть со смеху не умерла.
Воистину чем опаснее профессия, тем более суеверными становятся люди. И тем больше они стараются соблюдать неписанные правила и традиции, которые передаются из поколения в поколение.
До восьмого дока они добрались в кабинке пассажирской вагонетки, ползущей по нитке магнитной ленты. Пешком идти было далековато, да и остальной экипаж уже ждал. Незачем лишний раз расслаблять подразделение. Славя решила провести инструктаж уже на корабле, надо привыкать к новой и пока непривычной обстановке сразу.
Вагонетка мягко открыла двери, подруги, не мешкая, вышли и направились в док. Да, на верфи для их «Филина» выделили целый отдельный док! Хотя тут свободно могла уместиться ещё пара кораблей. Славя и Элис, подходя к среднему причалу, невольно залюбовались рейдером.
Теперь они смотрели на него иначе, чем даже вчера. Тогда было еще неясно: будет-не будет, разрешат-не разрешат. Всё осталось позади. Теперь эта хищная, изящная махина –их дом. На взгляд Элис корабль выглядел пижонски – нос напоминал вытянутый треугольник, но, в отличие от стандартных Пилигримских, имел более острую форму. Корабль как бы состоял из двух равнобедренных треугольников. Первый – малый, острый шпиль – носовая часть. Второй – большой, почти равносторонний треугольник – основной корпус корабля. Дизайнеры тоже постарались, вместо стандартной цветовой гаммы: красно-чёрно-золотого, они использовали серебряный цвет. Нейтрально и не слишком подходит для кораблей Империи, предпочитающих сине-зелёно-белую гамму. Плюс не похож ни на те, ни на другие.
Славя однажды пожаловалась на огромные габариты имперских кораблей, ведь на радарах их порой невозможно отличить от обычного грузовика. Настолько они были громоздкими, прямоугольными, хоть и бронированными.
Это корабль, и правда, походил на нечто среднее, он был более элегантен, поджар и неширок. В общем, Инженеры и Наблюдатели сделали всё, чтобы взять самое лучшее от конструкции обеих сторон. «Филин» величественно покоился на антигравитационных кильблоках причала. Шасси у корабля не предусматривалось. Хоть он и мог входить в не слишком плотные атмосферы и даже вполне неплохо там маневрировать, но садиться на неподготовленные поверхности ему крайне не рекомендовалось. Только на посадочные пятки оборудованные гравикомпенсаторами и катапультами. Стихией «Филина» была пустота.
– Знаешь, я смотрю на него с надеждой, – сказала Элис, когда они подошли ближе. – По-моему я в него уже влюбилась!
Поднявшись по узкому пандусу к боковому входному люку, Славя услышала звук удара. Да, Элис делала так перед каждым вылетом. Это – её ритуал.
– Да? – картинно удивилась Славя. – И когда же ты успела? Вы же ещё толком не знакомы!
Элис смутилась и дернула головой в раздражении. Она очень не любила проявления чувств, и уж тем более демонстрировать их самой. Даже лучшей подруге.
– Пошли нашего бога-из-машины представлять экипажу будешь, – перескочила со скользкой темы Элис.
– Сомневаюсь, что он придёт на инструктаж.
– Так, Славь, – вдруг посерьёзнела подруга. – Я, конечно, всё понимаю, но надо ему показать, что главная здесь – ты, флаг-коммандер Ясенева, а не он. Согласна, что без него эта лохань выдаст процентов сорок от заявленных функций, но надо искоренять его недовольство женщиной-командиром. Иначе он тут из нас всех верёвки вить будет. А я не хочу, как цирковая собачка, за кусочек колбаски на задних лапках перед ним прыгать.
– Знаю я, – вздохнула Славя. – Инструктаж через пять минут. Если не явится, то позову по внутренней связи и потребую присутствовать. Так что прошу не опаздывать.
Элис вытянулась по стойке смирно, приложила ладонь ко лбу и ответила: «Есть!» Далее чеканным шагом двинула в сторону грузового отсека. Инструктаж перед полётом Славя решила провести там. Места больше, да и акустика хорошая. Поправив висюльку-кошку на браслете, девушка оправила мундир, убедилась, что он идеально сидит на теле, выровняла спину и последовала за подругой.
– Становись! Равняйсь! Смирно! Капитан на палубе! – звонко и громко скомандовала Хеллен экипажу.
Все тут же встали в линию, завели руки за спину, расправили плечи и посмотрели строго вперёд. Команда, конечно, подобралась что надо. Стоящий в начале Эл явно был смущён, на бледном лице белокурого парня проступил румянец, но он смотрел вперёд, не скашивая взгляд. Ещё бы! Единственный мужчина в таком гареме и в ограниченном пространстве корабля. Сэма и его помощника не было видно. Славя встала перед строем и уже хотела включить громкую связь, но тут послышались тяжёлые шаги.
Пилигрим не отказал себе в удовольствии пафосно спуститься по лестнице, наблюдая, как молодые девушки скосили взгляды и следили за каждым его действием. Славя же пристально наблюдала за реакцией экипажа: Ульяна постаралась спрятаться за соседку и очень радовалась тому, что была самой низкой в строю. А вот Мику, откинув один из аквамариновых твинлейтов, во все глаза разглядывала вновь прибывших, едва не выйдя из строя. Первый помощник Слави, а по совместительству штурман – Хеллен Тихонова делала то, что у неё получалось лучше всего в незнакомой ситуации, смотрела в пустоту и убеждала себя, что всё в порядке. Элис окинула обоих Пилигримов уничижительным взглядом и тряхнула головой, откидывая рыжие волосы назад.
Тяжелее всего пришлось Элу, поскольку пилигримский механик встал рядом с ним. Тот едва подавил желание, чтобы не отшатнуться. А вот Сэм, как самый высокий, встал в начало строя, полностью удовлетворённый вызванной реакцией.
Славя выдержала паузу, оглядела вновь прибывших членов экипажа с ног до головы и, едва приоткрыв рот собираясь начать, услышала негромкое:
– Можете начинать, командер, – тонко улыбнулся Пилигрим. В его дежурной улыбке явственно читалась снисходительность.
Девушка прищурила глаза и сжала нефритовую висюльку-кошку. Ну, вот и пошло веселье!
– Равняйсь! – скомандовала Славя. Все кроме правофлангового Сэма повернули головы в сторону. – Смирно!
Все взгляды снова были устремлены на неё. Что ж, этот раунд остался за ним, но Славя не собиралась так просто сдаваться. В конце концов, она знала на что шла, отправляя заявку на командующую должность этого корабля. Её отец любил говорить фразой из древнего мультика дозвёздной эры: "Всё, что не убивает – закаляет!"
– Итак, сегодня мы приступаем отработке задания тестового полёта. Наша задача вывести рейдер на марш и протестировать его. Первыми – системы навигации и гипер-ускорители. Во вторую очередь щиты и орудия. Все инструкции были вами получены при распределении и приёме дел.
Славя краем глаза увидела усмешку на лице Сэма, но сделала вид, что не заметила.
– Через двадцать минут отстыковка от верфи, после – час на планетарной маршевой тяге на безопасное расстояние. Все данные будет получать наш Аватар, Симеон Сычёв. Действуем строго по инструкции и в соответствии с указаниями. Вопросы?
– Никак нет! – ответил экипаж.
– Тогда по местам, готовимся к отлёту. Вольно! Разойдись!
Мужчины галантно пропустили девушек, хотя Эл, да и Александр НК-3310 это явно сделали для того, чтобы оценить вторые девяносто всех представительниц прекрасного пола. Ульяна честно постаралась сохранить лицо, но едва поравнявшись с Симеоном, едва не ойкнула и быстро взбежала наверх. Ну, боялась она аугментированных людей, а вот Мику невзначай остановилась неподалёку и старалась сделать вид, что поправляет мундир, а не разглядывает новых членов экипажа.
Славе же хотелось сказать что-нибудь колкое Сэму. Два слова и он уже поставил себя в доминирующее положение перед экипажем. Потому девушка сдержалась, она ещё найдёт возможность отыграться за унижение.
Юля проснулась от звука маршевых двигателей, об этом известила едва ощутимая вибрация на техническом уровне. Она быстро подключилась к панели и приготовилась скачивать данные. Очень хотелось запустить программу прямо сейчас, чтобы не терять времени, но разумнее было немного потерпеть и подождать. Девушка слышала, что первым заданием будет трёхчасовой полёт в соседнюю зону до сигнального буя, а оттуда к приграничному форпосту. Вот тогда и следовало начать скачку данных, чтобы у неё было время скрыться среди обслуги и выскочить из корабля.
Три гранаты со слезоточивым газом были взяты ей на самый крайний случай. Основным её планом было спрятаться и переждать хоть где-то. Хоть экипаж пока и не очень хорошо знал корабль, но Юля его не знала почти совсем. А терпения ей не занимать, так что она улеглась поудобнее и уснула, прислушиваясь к мерному гудению и мягкой вибрации.
– Двигатели работают стабильно, – сказала Хеллен, осматривая графики тестовых срезов.
– Система защиты включена и готова к запуску, – отозвалась сидящая за соседней панелью Элис.
Славя внимательно смотрела на центральный монитор, где вырисовывалось состояние корабля, попутно поглядывая на пока ещё не открывшиеся ворота внутреннего люка. Было даже страшновато улетать со станции, которая стала почти родным домом.
– Всем занять места, готовимся к отстыковке и выходу в открытый космос. Симеону по готовности перейти в режим Аватара, – приказала Славя.
Мужчина уже находился в закрытой камере для глубокого сна. Он расслаблено лежал на месте, пристроив голову в специальную выемку. Контактный штырь шунта должен войти без перекосов и задержек, иначе пострадает нейроимплант или мозг. Поэтому Сэм лежал и медитировал, гоняя перед глазами приятные образы. Сегодня ему привиделась ладная фигурка его нового командира, и Сэм невольно улыбнулся. Перед глазами появилось голографическое окно запроса на подключение. Мужчина коротко бросил: "Подтвердить" и увидел, как за пределами камеры плавно опустилась гибкая суставчатая штанга с нейрошунтом на конце.
Он закрыл глаза и полностью расслабился. Короткий приступ боли заставил слегка вздрогнуть, а потом мир изменился и померк. Теперь его тело и разум – это корабль. Он был самим кораблём. Глаза стали сенсорами, ноги – двигателями, руки – орудийными системами. Он ощущал его габариты и экипаж, проносился сквозь тесты систем, проверяя, всё ли функционирует нормально: охлаждение, жизнеобеспечение, безопасность.
«Подключение выполнено,» – всплыло на экране Слави и та спросила себя: «Интересно, а каково это? Что он чувствует?» Симеон не услышал её мысли, но он чувствовал прилив сил и готовность работать. Как и всегда, когда он уходил в режим Аватара, он чувствовал себя превосходно. Мужчину переполняло умиротворение и желание работать.
– Шлюзовые ворота ангара готовы к открытию, стартовая камера готова к приёму, начать отстыковку, – послышался голос Ольги Дмитриевны по внутренним динамикам громкой связи. – Удачи вам!
– Эй, глянь, – обеспокоено сказала Лена, указывая на док.
А там собралась большая толпа, все забросили работу, даже офицеры охраны и обычные рабочие. Конечно, когда ещё удастся увидеть, как уходит в свой первый полёт такая красота?! Славя кивнула, сжимая висюльку-кошку, скрывая волнение.
«Мне самому вывести корабль?» – всплыло сообщение от Сэма.
Конечно, он сейчас был в качестве ИИ и мог в любой момент перехватить управление. Только сейчас Славя осознала всю жуть ситуации, и спина похолодела от понимания, отчего люди в Империи так сопротивляются вводу технологии нейрошунтов и систем управления под неё. Ведь с тобой общается не бездушная машина, не безмозглая программа, которую можно заменить, перезагрузить, задать новый алгоритм, наконец. С тобой общается живой, эмоциональный человек, который в этом корабле царь и бог. Собственно он и есть этот корабль! И они все в его чреве. Досадная помеха, бесполезные, по сути, пассажиры. Девушка нервно хихикнула и сразу почувствовала, что руки покрылись «гусиной кожей». Славя тряхнула головой, решительно отгоняя неуместные мысли и ввела короткое сообщение: «Нет». В ответ – тишина.
Посадочная пятка всей своей многотысячетонной махиной поехала вперёд, медленно поднося корабль к открывшемуся промежуточному люку, почти воротам, величаво, будто на параде. Лепестковая диафрагма заднего люка схлопнулась, оставив экипаж в небольшом ангаре, куда рейдер еле влезал по габаритам. Несколько секунд ничего не происходило, а потом отливающим матовым сиянием защитный экран погас. То, что антиграв подпорки, удерживающие «Филина» на весу, убрались, известил едва слышный скрежет механизмов. Корабль висел в пространстве камеры свободно, удерживаемый собственными антиграв-поплавками и опорно-коррекционными дюзами.
– Малый вперёд, – приказала Славя и провела рукой по панели, дублируя на пульте команду.
Корабль мягко подался вперёд, девушка боялась его разбить и потому старалась идти абсолютно прямо пока ворота не окажутся на расстоянии хотя бы полукилометра. Она ещё не знала габаритов корабля, не знала его динамики, приемистости прочих возможностей, потому предпочитала перестраховаться.
– Пункт назначения? – деловито спросила она. – Подготовить маршрутный карт-лайн!
– Система А-4, долететь на маршевой до центрального буя, протестировать системы сканирования и скачивания информации, а так же провести тесты систем наблюдения и слежения, – тут же отозвалась штурман Хеллен, всё это время вжимаясь в кресло и боясь произнести хоть звук.
«Ну да, в любой непонятной ситуации притворяйся опоссумом. В этом вся Леночка». – с какой то теплой насмешливостью подумала Славя.
– Приступайте. Сэм, проложите курс с учётом известных маршрутов и последних данных о трафике в системах.
– Минута двенадцать на расчёт карт-лайна – ответом было глухое машинное эхо из динамиков.
Ощущение жути усилилось и девушка, отдав последние указания, покинула мостик, отправившись осматривать корабль и проверять других членов экипажа. Хеллен прекрасно справится сама, если что Сэм её поддержит, по крайней мере, надежда на это есть.
Коридор шёл сквозь весь корабль и переходил в кают-компанию, здесь всё было нормально, ничего не попадало с мест, не разбилось, не сгорело. Однако пройти дальше помешала завывшая сирена, и вторил ей механический голос Сэма: «Несанкционированное подключение к центральной инфомагистрали! Технический этаж, сектор 21В. Смотровой пост генераторного зала».
Девушка не стала дожидаться подмоги, мгновенно кинувшись к люку, ведущему на технический этаж.
– Да давай же! – Юля никак не могла отцепить переносной терминал от порта инфомагистрали. Он внезапно «окирпичился», высунутые разъемы будто прикипели к порту, а настенная панель тоже отрубилась.
Она проклинала всё на свете, стоило Аватару подключиться, как он тут же стал сканировать и отслеживать всё в пределах корабля. Ведь знала же, что те, кто пытаются стащить хоть что-то у Пилигримов, возвращаются крайне редко, киборги с такими не церемонятся. Но нет, она же умная, она не попадётся! Ага! Все так говорили!
Неподалёку открылся люк, спустилась лестница. Юля вытащила гранату и кинула туда. Раздался громкий хлопок, а газ пополз во все стороны. К чёрту устройство, жизнь дороже всего. Рванув по узкому коридору в заднюю часть корабля, как перед носом в секунду захлопнулась дверь. Не успев затормозить, шпионка влетела в неё, больно ударившись плечом и боком. Она упала, но бежать назад уже не могла, там её схватят, коридор был один.
Шаги приближались, девушка взялась за вторую гранату, чтобы дорого продать свою жизнь. Но внезапно дверь за её спиной распахнулась. Победно вскрикнув, она развернулась, и последнее что увидела – тонкий взмах хлыста. Боль резкой парализующей волной прошила тело, заставив снова упасть на пол. Медуза остановилась прямо над Юлей, помахивая плетьми-щупальцами. Последнее её желание было донельзя глупым –поиграться с этими прикольными жгутиками, словно кошечке.
– И что мы имеем? – услышала Юля тяжело выплывая из беспамятства.
В глаза светила лампа, наверное, её тут сейчас будут допрашивать как в тех дешёвых ретро-фильмах. Но нет, свет притух и лампа убралась в паз, став частью большого железного шара. Она не успела удивиться, как ложе под ней начало перестраиваться, принимая форму кресла с откинутой спинкой. Ничего себе сервис!
Девушка быстро обвела взглядом отсек. Эх, вот бы сюда хоть одного инженера с Санктари-9, вот бы они тут разгулялись. Сидящий на стуле медик старательно делал вид, что изучает что-то в планшете, хотя погладывал на нависшую над Юлей рыжую девушку.
Вторая стояла с другой стороны облокотившись о стену, и у неё оттенок волос был больше медно-красный, чем лисий. В такой ситуации Юле ничего не оставалось кроме как заискивающе и глупо улыбаться. Поскольку жутко кусачий и опасный дрон-медуза завис неподалёку и покидать помещение не спешил.
– На кого работаешь? – спросила рядом стоящая рыжая девушка.
– Не понимаю о чём вы, – пожала плечами Юля.
Да, ответ донельзя глупый! Но ей надо было потянуть время. Однако, судя по налитому кровью лицу рыжей, сейчас её будут бить и очень больно.
– Сейчас я быстро тебе объясню, и ты всё поймешь! – она хрупнула суставами на кулаках и размяла шею.
– Элис, хватит! – послышался приказ от двери. – На тебе и так дисциплинарки висят, хочешь ещё одну?
Вперёд вышла статная блондинка с длинной белокурой косой, перекинутой через плечо. Она улыбнулась и миролюбиво спросила:
– Как твоё имя?
– Юлия, – ответила шпионка.
– И всё?
– Просто Юля. И всё.
– Ладно, это неважно.
– Кто тебя послал, и какие именно данные ты должна была у нас стянуть? – угрожающе вступилась снова рыжая, но в этот момент дверь в медотсек снова отворилась.
Стоящая с другой стороны невысокая девушка вдруг торопливо попятилась с прохода. Раздались тяжёлые шаги и место в отсеке вдруг как-то сразу закончилось. Юля сжалась и попыталась провалиться сквозь кресло. Пилигрим. Высший. И он явно был не в настроении.
– Саша, – позвал он по внутренней связи ещё кого-то. – Проверь систему подсоединения, шунт подлагивает по беспроводному каналу, а такого быть не должно.
– Есть, – донеслось до них.
Мужчина подошёл ближе, Юле нестерпимо захотелось уменьшиться ещё, но сжиматься дальше уже было некуда. Она во все глаза смотрела в красные провалы глазных сенсоров мужчины и понимала, что здесь уже невинным взглядом и улыбочкой точно не отделаться.
– Здорово! Первый полёт и у нас саботаж, – всплеснула руками Элис. – Не успели отстыковаться и нате вам, жрите!
– По возвращении на станцию, сдадим её службе безопасности – поспешила высказать своё решение Славя. – Вреда она причинить не успела.
Девушка не любила проводить допросы, да и в принципе не знала, как это надо делать. Давить? Угрожать? Бить? Нет, она не могла просто до такого опуститься.
– Нерационально, – заметил Пилигрим, не отводя взгляд от Юли.
– Да? – решила передразнить его Элис.
Её дико бесила ситуация на инструктаже и вообще его самоуверенная непрошибаемая невозмутимость. Очень хотелось хоть как-то поддеть этого человека-машину, вывести из равновесия.
– И что же наш мудрый Наблюдатель предложит?
– Ничего, – он сделал широкий шаг к отвлёкшейся на входной люк Ульяне и, выдернув из её кобуры игольник, направил Юле в голову.
По счастью для шпионки её закрыла сама Ульяна. Хоть и дрожала всем телом перед лицом Сэма, но отступать не собиралась.
submitted by Amidas89 to Pioneer_Camp_Owlet [link] [comments]


2020.07.03 17:31 srz2010 Перепланировки какие документы для нужны

— Что будем с ним делать? — Лейтенант Марченко, которого коллеги называли исключительно Марусей, задумчиво поскреб в затылке.
В отделе полиции №5 видели многое, но с подобными случаями еще не сталкивались. Даже капитан Синицына застыла в молчании, меланхолично выстукивая пальцами дробь по столу, вытертому форменными рукавами. У нее должен быть план, иначе дела совсем плохи.
— Что-что… Поедем к гражданину Никитину в гости. Ничего не найдем – вызовем психбригаду на адрес. — Может, сюда вызовем? У него вон и справка имеется, – Маруся умоляюще уставился на начальницу. Стрелки часов тикали к обеду, а внеплановый выезд означал, что о пирожках с капустой на сегодня придется забыть. Еще бы – из палатки тети Тани они разлетаются как… горячие пирожки? Сравнения не подберешь – пробовать надо. — Кто о чем, а Маруся о жратве. Не пора еще дырки бить, кстати? — На погонах? — Хорошая шутка. В ремне.
Синицына нетерпеливо зажала в зубах сигарету, а лейтенант обреченно вздохнул – теперь точно придется ехать. — У меня дома котлеты есть, – подал голос гражданин Никитин, торопливо рассовывая по карманам документы. — Это ответ на вопрос, где тело?
Полчаса назад виновник торжества, среднего роста, славянской внешности, из-за джинсовой куртки напоминающий то ли слесаря, то ли маньяка, нерешительно опустился на краешек рассохшегося стула возле стола капитана.
— Я хочу сделать признание. Или как это правильно называется?.. Не хотел бы зря беспокоить, но не знаю, куда обращаться надо. Вы же расследуете убийства? — Ближе к телу! – одновременно рявкнули Синицына и Маруся. Наверное, капитану тоже хотелось отведать Таниных пирожков. — Мне кажется, я убил человека.
Кого и как, Никитин не знал. Он проснулся утром на диване и уже собирался сварить кофе, в турке, с двумя ложками сахара, а потом выйти на работу – понедельник, как-никак. Но зеркало в ванной открыло ему картину, достойную фильма ужасов – лицо и руки покрывали бурые следы засохшей крови. — А что вы вообще делали вчера?.. – Синицына уже тогда одарила скептическим взглядом и подозреваемого, приложившего к паспорту справку из психдиспансера, и лейтенанта, отстукивающего показания на клавиатуре. — В том и дело, что не помню! Какой-то провал, а потом сразу утро…
Полицейская «девятка» бойко пробивалась сквозь оживленное движение – Маруся включил «люстру», не желая застрять в пробке на полдня. — Вы простите, если я вас отвлекаю зря. Но я уверен – все было по-настоящему. Я уже давно в ремиссии, и… — Зачем тогда смыли кровь? – капитан щелчком пальцев выбросила окурок в окно. — Ну как… Неприлично в автобус в таком виде.
Аргумент был настолько железным, насколько и извращенным. Какого черта, спрашивается, не вызвать полицию домой? Но этот вопрос, кажется, сегодня уже звучал, потому Синицына только махнула рукой.
— О, я здесь когда-то учился. – Когда «девятка» проползла мимо экономфака, Никитин оживился и завертел головой – то в окно, то на полицейских. — И кем стали? – лениво спросил лейтенант – кажется, на черной заднице внедорожника полномочия «люстры» кончились. — Бухгалтером. Так отец хотел. Но по специальности и года не проработал – начал видеть и слышать всякое… Теперь вот дворничаю – там на справку плевать. — Да уж, бухгалтеры сейчас не те… – увидев презрительный взгляд начальницы, лейтенант поспешил исправить положение. – Что? Если бы я пошел сводить все эти цифры с таблицами, тоже смотрел бы на звезды без крыши. — Я, честно говоря, тоже таблицы не люблю. Я читать люблю – философию, о том, как мир устроен. Разве не интересно? Так удивительно – у каждого свой взгляд, а где-то там, в книгах, прячется истина. Вот бы узнать, кто прав на самом деле… — Помню мою преподшу по философии – странная дама была. За простую зубрежку сразу отправляла на пересдачу. Не можешь привести свой пример – свободен – предмет не понимаешь, – Синицына щелкнула зажигалкой и снова выпустила дым на улицу.
Лейтенант удивленно косился на нее – раньше она не вдавалась в воспоминания. «Жесткая баба» – так характеризовали ее коллеги. Да и сам Маруся за год совместной работы не слышал от начальницы ничего, кроме издевок. — И как вы справились с экзаменом? – Никитин на заднем сидении даже наклонился вперед, чтобы ничего не пропустить. — Нормально. Я-то понимала. — А я в академии вместо философии на тренировки ходил, – наконец не выдержал Марченко. — По поеданию хот-догов? Лейтенант выдохнул – Синицыну не подменили.
Никитин жил в двухэтажке с уютным двориком и цветущими клумбами. Пенсионерки, облепившие скамью, как осы конфету, выпучили глаза, но все равно поздоровались – наблюдать соседа в сопровождении полицейских им явно не доводилось. — Вам нужны понятые? Я могу найти… – Никитин явно хотел помочь следствию, вот только капитан мотнула головой. — Сначала сами осмотримся.
Действительно, чего поднимать лишний шум? Убийства, может, и не было, а осадочек в головах жильцов останется. Первой в квартиру номер 15 на втором этаже вошла Синицына. — Выключатель слева вверху. Осторожно – бьется током. — Какого черта здесь так темно? – спросил лейтенант, закрывая за собой дверь. Больше всего в своей работе он ненавидел темные помещения – неизвестно, что может скрываться там – человек с пушкой, граната на растяжке, привидение… А еще бомжей – Марченко терпеть не мог бомжей. — Я задернул шторы, чтобы меня никто не увидел. Ну, когда обнаружил кровь. То еще зрелище, знаете ли.
Лампочка на потолке вспыхнула оранжевым светом, выставляя внутренности жилища на всеобщее обозрение. Было что-то не так в этой квартире с коричневыми обоями в мелкую загогулину, доверху заполненным книжным шкафом со стеклянными дверцами, диваном с отчетливой вмятиной посередине. Сюда органично бы вписались пара мертвых проституток и отрезанная голова в серванте.
— Где одежда, в которой вы были вчера? — Я не знаю… сейчас. Никитин полез в шкаф, и дверца протяжно скрипнула. Вещи были аккуратно развешены и сложены на полках – казалось, даже одинаковые пары носков лежат по линеечке.
“Чтобы иметь такой порядок, нужно однозначно быть психом”, – подумал лейтенант, но через секунду столкнулся с растерянным взглядом подозреваемого. — Здесь не хватает рубашки и брюк. Рубашка серая была, а брюки… — Маруся, посмотри в стиралке. Или в корзине для белья. Вы уверены, что ваша одежда пропала? – Синицына вздохнула, сделав нажим на слове «уверены». — Конечно. У меня не такой уж большой гардероб, а эту рубашку я купил с последней зарплаты. Недели две назад, точно. Где-то должен быть чек…
Вещей в стиралке не оказалось, как и в корзине для белья, на сушилке, под диваном и за шкафом. — Нашел! – торжествующе воскликнул Никитин, подняв над головой клочок бумаги и опрокинув коробочку с чеками на пол. — Рубашка муж. серая, 1500 руб… Да, две недели назад, – капитан положила единственное доказательство на журнальный столик и меланхолично уставилась на стенные часы – стрелки не двигались. — Ну может он ее выкинул. Или купил приятелю. Или нашел чек. У нас по-прежнему нет дела! – Марченко, которому довелось покопаться в грязном белье почем зря, начинал закипать. — Нет дела? Так поищи у соседей. Узнай, кто видел Никитина вчера, в чем он был одет, куда направлялся, с кем говорил. Живее! А мы пока побеседуем.
Лейтенант возмущенно фыркнул, но приказ есть приказ. Может, Синицына тоже спятила, а может, хочет выбить признание. С нее станется. — Теперь по порядку, – капитан присела на стул – не менее рассохшийся, чем в отделе, и жестом предложила подозреваемому его же диван. – Последнее, что вы помните из вчерашнего дня. — Я просыпаюсь утром. Была хорошая погода, прямо летняя. Птица села на подоконник. Я посмотрел на часы… потом ничего. — Сколько было времени? — Кажется… четверть десятого. Я не уверен, – Никитин нахмурил лоб в отчаянных попытках вспомнить. — У вас были планы на этот день? Ваш выходной, верно?
Из подъезда донеслась дребезжащая трель звонка, а затем еще одна – лейтенант упорно пытался вытащить соседей на разговор. — Вроде нет. Я собирался остаться дома. — Как вы обычно проводите выходные? — Ну… никак. Читаю всякое, радио слушаю. Иногда гуляю в парке, если погода хорошая. Кормлю кошек вон, во дворе, – Никитин указал на занавешенное окно и собирался встать, чтобы распахнуть шторы, но в последний момент передумал – разрешения подняться с дивана не было. — Почему своих не заведете? Живете один, площадь позволяет, – капитан прошлась вдоль книжного шкафа, изучая ассортимент – Кант, Гегель, Ницше, немного русской классики, наверное, потому, что так принято, справочник радиолюбителя… — Отец всегда говорил, это большая ответственность. В общем, не сложилось как-то.
Теперь подозреваемый опустил взгляд, изучая трещины в паркете или собственные носки. Да уж, самостоятельности хоть отбавляй. Дела по-прежнему не было, однако опыт подсказывал Синицыной отложить вызов «психов». Если у кого и имеются скелеты в шкафу, то у подобных тихонь там запросто можно найти целые кладбища. — А телефон проверяли? Может, были какие-то звонки?
Никитин вскинул брови, будто поймал гениальное озарение, вытащил из кармана кнопочный самсунг и протянул капитану. Он держал мобильник двумя пальцами на вытянутой руке, словно не желал наследить отпечатками, или опасался, что он взорвется.
Последний звонок, входящий, был сделан с номера, подписанного «Сменщик», три дня назад. В телефонной книге насчитывалось не больше десятка контактов – социальная жизнь подозреваемого плавно переходила в социальную смерть. — Ничего… Я вот не пойму, – Синицына вернула телефон Никитину, который снова застыл в обреченной позе, – чего вы вообще надумали сдаваться? Другие, вон, тела посреди ночи в ковре выносят, или через мясорубку пропускают, годами прячутся, а вы, может, и не убивали никого вообще. — А если убил?! – он возмущенно вскинулся и посмотрел на капитана так, что впервые в его признание по-настоящему верилось. – Отец учил, что за свои поступки нужно отвечать. И если в люди я не вышел, то должен хотя бы не стать сволочью.
Синицыной вспомнился семинар с психологом – коллеги скучали, не понимая, на кой черт им сдалась лекция мозгоправа, некоторые пялились в телефоны, а кто-то даже бросил по аудитории бумажный самолетик, на крыле которого красовалось «Полиция» – совсем как в школе. Капитану ужасно хотелось спать, но отдельные фразы лектора долетали до ушей. «Человеку свойственно вытеснять травмирующие воспоминания – так мозг защищается от помешательства». От чего защищался Никитин?
— Где ваши родители? На шкафу стояли две фотографии – женщина и мужчина, обоим не больше тридцати, оба слегка похожи на подозреваемого. Отец с полковничьими погонами и строгим лицом, во взгляде матери – скорбь. Или страдание. А может, смирение. Капитан подумала, что таким взглядом обычно смотрят с икон. — Умерли. Мама ушла в тридцать два. Покончила с собой. Надо же, отцу вчера бы исполнилось шестьдесят четыре… — Он был для вас примером? — Не знаю… Я с ним не спорил, но походить на него не хотел. Он был жестоким. Нам с мамой часто доставалось. — Почему он заставил вас идти на экономический, а не в армию? Никитин улыбнулся от нелепости вопроса: — Ну какой из меня военный? Даже он это понимал.
— Осмотритесь еще раз, внимательно. Может, кроме одежды еще что-то пропало? Не торопитесь. Конечно, времени еще вагон, и других дел, разумеется, нет. И утренней планерки не будет, и начальство не поинтересуется, на что доблестные стражи порядка убили вчерашний день. Наручные часы Синицыной натикали за три, и только сейчас она заметила, что нетерпеливо пожевывает фильтр сигареты. — Курите прямо на кухне, я форточку открою.
Вспомнилось, как после первого своего трупа, пока ждали скорую, еще лейтенант Синицына так же курила в форточку. Подоконник в кухне покойного, правда, был в липких пятнах, присыпанных пылью, и в бычках, перевалившихся через край заполненной банки из-под «Нескафе». Воняло там знатно – куревом и пивом, прокисшими огурцами, давно не мытым телом, и все это великолепие ароматов дополнял приторный запах разложения. Собутыльники в драке проломили хозяину квартиры голову, и закурила Синицына тогда не от избытка впечатлений, а чтобы отогнать тошноту.
— Кажется, все на месте, – рассеянный взгляд Никитина блуждал по кухне. Ничего лишнего – одна ложка, вилка, нож, по одной тарелке разной глубины, сковорода над идеально чистой плитой, старый, но вымытый до блеска чайник. — Знаете что… – капитан выдохнула струйку дыма, и взяла подозреваемого за плечо. – Я думаю, вы ни в чем не виноваты. Отоспитесь хорошенько, навестите доктора. И заведите кошку – от одиночества и не такое привидится, точно вам говорю. — Правда? Вы правда так думаете? – губы его дрожали, будто он вот-вот заплачет. — Насчет кошки? – улыбнулась Синицына. – Конечно. Вы с ней отлично справитесь.
Хлопнула дверь, и спустя секунду на пороге кухни возник лейтенант с лицом, не выражающим ничего, кроме уныния. — Соседка снизу сказала, что видела его, – Маруся кивнул в сторону подозреваемого, – с тортом при полном параде. На вопрос, куда идешь, он ответил, что к отцу на день рождения. Поедем к нему? Сначала у Синицыной округлились глаза, но потом она вздохнула и закурила еще сигарету. — Как давно умер ваш отец?
В голове Никитина вспыхивали и гасли отдельные кадры, и голос, ненавистный или любимый, но, как обычно, пьяный, снова начал выкрикивать знакомые слова: — Слабак! Тряпка! Ни на что не годен! Ты ничтожество! Вырастил психа! Задушить бы тебя в роддоме!..
Вот мама падает на пол от сокрушительного удара в челюсть, вот одноклассники смеются над ним из-за очередного фингала, вот он проходит на цыпочках мимо родительской спальни – только бы отец не проснулся, злой после попойки, вот холодное мамино тело накрывают простыней врачи. Вчера отцу исполнилось шестьдесят четыре – он прожил вдвое больше супруги. Никитин пришел с тортом, по-прежнему стараясь проглотить горечь. Но что-то пошло не так.
— Он умер вчера. Я помню.
© Iren Stein
submitted by srz2010 to SafeArea [link] [comments]


2020.06.25 09:08 smagylof Недвижимость на Пхукете. Отдых на Пхукете 2020. Аквапарк Blue Tree Пхуке...

Недвижимость на Пхукете 2020. Отдых на Пхукете 2020. Аквапарк Blue Tree Пхукет. Жизнь на Пхукете - https://youtu.be/Bs829KPzbDA ✅Связаться со мной в один клик через WhatsApp 👉 https://wa.me/66950601312 👉 https://wa.me/79835100529 Мой сайт - https://realty.newlandphuket.com Аренда авто на Пхукете - https://rentcar.newlandphuket.com/ 👋Всем привет, меня зовут Андрей Кривоусов, я являюсь экспертом по продаже недвижимости и создателем инвестиционного агентства New Land Asia. Рад видеть вас на своем канале о недвижимости и жизни в Тайланде! Здесь вы увидите самые выгодные предложения для инвестиций покупки и аренды. Наша компания предоставляет своим клиентам полный спектр услуг: - Встреча в Аэропорту - Трансфер - Подбор апартаментов, квартир и вилл для покупки. - Подбор апартаментов, квартир и вилл для проживания. - Полное юридическое сопровождение на всех этапах. - Подбор объектов недвижимости для инвестиций. - Доверительное управление недвижимостью. - Дистанционная покупка и продажа недвижимости. ✅Подписывайтесь на наш канал 📺 ✅ Жмите колокольчик 🔔 ✅ Держите пальцы вверх 👍 ✅ Пишите ваше мнение!✍️ По всем вопросам звоните: 📲 +79835100529 WhatsApp/VibeTelegram 📲 +66950601312 WhatsApp/VibeTelegram Мой сайт - https://realty.newlandphuket.com Я в социальных сетях: ✅ Instagram - https://www.instagram.com/phuketandrei/ ✅ Вконтакте - https://vk.com/id549547807 ✅ Facebook - https://www.facebook.com/NewLandAsiaPhuket/ ✅Связаться со мной в один клик через WhatsApp 👉 https://wa.me/66950601312 👉 https://wa.me/79835100529 Сколько стоит недвижимость в Тайланде? Какие цены на недвижимость Пхукета? Как купить дом на Пхукете? Как купить квартиру на Пхукете? Как купить квартиру в Тайланде? Как купить виллу или дом в Тайланде? Как получить вид на жительство в Тайланде? Какие нужны документы для покупки недвижимости в Тайланде? Как оформить ипотеку в Тайланде? Какие расходы на содержание недвижимости в Тайланде? Важные моменты, которые должен знать каждый покупатель недвижимости в Тайланде? Какая она, жизнь в Тайланде? Какой он, отдых в Тайланде? Что нужно знать при переезде в Тайланд? Какие расходы на проживание в Тайланде? Дома в Тайланде, Виллы в Тайланде, Апартаменты на Пхукете, Апартаменты в Тайланде, Квартиры в Тайланде, Квартиры на Пхукете, Виллы на Пхукете, Ответы на эти вопросы Вы найдете на моем канале - Недвижимость в Тайланде New Land Asia. #недвижимостьвтаиланде, #недвижимостьвтайланде, #недвижимостьпхукета, #элитнаянедвижимость, #виллынапхукете, #снятьвиллувтайланде, #инвестициивнедвижимость ,#бунгаловтайланде, #арендаавтопхукет, #купитьнедвижимостьвтайланде, #отдыхвтайланде2019, #недвижимость, #пляжипхукета, #таиландпхукет ,#жизньвтайланде, #отелипхукета, #недвижимостьпхукет, #недвижимостьтайланд, #пхукет, #пхукет2019, #таиланд, #пхукетпляжи, #пхукетночнаяжизнь, #андрейкривоусов, #Влог, #NewLandAsia.
submitted by smagylof to u/smagylof [link] [comments]