D перепланировка в муниципальной квартире как узаконить 2016

Президиум регионального политсовета «Единой России» в Иркутской области исключил из партии мэра Нижеудинского района Сергея Худоногова за дискредитацию. По оценке однопартийцев, он совершил аморальный поступок ... В Иркутской области уволили мэра, спасавшего дачу от паводка 15 июля 2019 Поделиться сообщением в Facebook В России 09:20, 28 октября 2019 Мэра района в Иркутской области, где экс-глава уволился из-за скандала во время ... В Иркутской области президиум политсовета регионального отделения Единой России исключил из партии главу Нижнеудинского района Сергея Худоногова из-за сообщений о том, что во время наводнения чиновник в личных ... Мэр Нижнеудинского района Иркутской области Сергей Худоногов исключен из «Единой России» за дискредитацию партии в связи с событиями, связанными с наводнением в регионе Иркутского депутата исключили из Единой России за приседания на фоне гробов ... она была депутатом от ... Когда факты подтвердились, он потребовал отстранить мэра от должности. Из-за «недостойного поведения» чиновника исключили и из «Единой России». Несколько человек из кандидатов на пост мэра Иркутского района видел этот район только проезжая мимо к местам отдыха!!! ... Иркутянам мстят за выбор!!! [только для пользователей сайта] — «Городская среда», «Народные инициативы», «Культура малой Родины» и многие другие проекты «Единой России» помогают Иркутской области стать красивее, комфортнее и привлекательнее для ... Российская домохозяйка стала мэром города в Иркутской области, обойдя на выборах кандидата от "Единой России". Это подтверждают данные областного избиркома.

2019.07.10 13:23 Russian_partisan D перепланировка в муниципальной квартире как узаконить 2016

«Единая Россия» исключила из партии мэра Нижнеудинского района Иркутской области Сергея Худоногова за использование муниципальной техники при расчистке своего подтопленного участка. Об этом говорится на сайте регионального отделения партии.
«Когда жители, партийцы все силы и ресурсы направили на помощь пострадавшим, буквально сутками собирали и сортировали гуманитарную помощь, он решил помочь себе. Этот аморальный поступок не достоин партийца и мэра», — заявили в «Единой России».
Причиной стало опубликованное 3 июля видео, в котором рассказывается, что коммунальщики в первую очередь устраняли потоп на территории коттеджа Худоногова.
После этого вице-премьер Виталий Мутко потребовал отстранить Худоногова от должности. Губернатор Иркутской области Сергей Левченко попросил Следственный комитет проверить действия мэра. Худоногов же утверждает, что живет в квартире, поэтому никакой дом он не спасал, а в том районе у него только огород с картошкой и баня.
В нескольких районах Иркутской области с конца июня действует режим ЧС. По последним данным, из-за наводнения погибли 25 человек, более 480 — госпитализированы. Всего за это время подтопило более десяти тысяч жилых домов.
Источник
submitted by Russian_partisan to PikabuPolitics [link] [comments]


2019.06.09 14:21 YaskerMos Перепланировка как d в квартире муниципальной узаконить 2016

Россия. Кусочек земли на Сейшелах
2016 году у традиционных похоронных компаний и холдингов появился хорошо организованный и высокотехнологичный конкурент, — по словам его представителей, он собирается делать ставку на обычную рекламу для потенциальных клиентов, а не на нелегальную покупку информации о смертях. Олег Шелягов, бывший топ-менеджер того же НПФ «Благосостояние», где работал Андрей Марсий, выкупил половину акций «Ритуал-Сервиса» — той самой компании, основанной в 1993 году женой Семена Могилевича и мэрией Юрия Лужкова, — и решил делать ритуальный бизнес по-новому. Как рассказывает операционный директор компании Валерий Пильников, за два года с момента сделки количество заказов у «Ритуал-Сервиса» выросло с 20 до 1200 заказов в месяц. Пильников утверждает, что новый менеджмент отказался от практики покупки информации об умерших, положившись на продвижение в интернете, рекламу в районных газетах и листовки в почтовых ящиках. Для похоронных агентов компания разработала специальную цифровую платформу вроде той, что сделало «Яндекс.Такси» для водителей.
Шелягов стал широко известен в прошлом году, устроив вечеринку во Владимирском дворце в Петербурге в честь десятилетия свадьбы со своей женой Викторией. Торжество проходило в русском стиле: гостей встречали 15 балалаечников в народных костюмах. В интервью журналу Tatler, который подробно рассказывал о вечеринке, Виктория Шелягова сообщила, что у ее семьи есть «кусочек земли на Сейшелах, в глубокой старости я буду выращивать там зелень и помидоры». Согласно декларации о доходах, Олег Шелягов в 2017 году заработал всего 9,2 миллиона рублей, а его жена — 0 рублей; на двоих они владеют двумя квартирами в Москве и одним автомобилем.
Конкуренты утверждают, что «Ритуал-Сервис» также не брезгует традиционными правилами игры на рынке. В начале 2018 года поток тел, проходящих через морг Центра травматологии и ортопедии (ЦИТО), резко вырос. Ритуальные услуги в нем на тот момент оказывала компания «Бруно», созданная в январе 2017-го. Ее основатель и гендиректор Олег Пеняев одновременно являлся сотрудником «Ритуал-Сервиса» (в компании подтверждают эту информацию, но отрицают связь между собой и «Бруно») — а агенты «Бруно» представлялись клиентам сотрудниками муниципального «Ритуала», из-за чего весной 2018 года против компании возбудили уголовное дело о мошенничестве.
Теперь Шелягов собирается масштабировать свой бизнес на разные регионы России — хотя принято считать, что на похоронном рынке нет федеральных игроков, потому что он строится на связях с местными чиновниками. В начале 2018 года владелец «Ритуал-Сервиса» зарегистрировал компанию в Санкт-Петербурге, однако на рынок пока не выходил: по его словам, приходится учитывать «монополизм на этом рынке». Пока бизнесмен пытается «обкатать технологию» в других регионах — и везде его партнерами становятся влиятельные люди. В Челябинске это бывший глава местного ритуального госпредприятия; в Нижнем Новгороде — бывший вице-мэр. В Екатеринбурге Шелягов работает с Виктором Бубликом — раньше он был юристом в компаниях, связанных с организованной преступной группировкой «Уралмаш».
Глядя на успехи Шелягова, ставку на цифровые технологии начали делать и старые игроки рынка. Дети владельца холдинга «Горбрус» Юрия Манилова — Артем и Илья — создали компанию «Честный агент», которая запустила собственную IT-платформу для комплексного оказания ритуальных услуг — от транспортировки тела в морг до выбора места на кладбище. Впрочем, главное преимущество компании — все равно налаженные связи с кладбищами: «Честный агент» управляет муниципальными кладбищами в нескольких районах Подмосковья. А земля — наряду с информацией об усопших — это по-прежнему главный актив похоронной отрасли.
Москва. Опекуны могил
На одной из центральных аллей Ваганьковского кладбища в Москве в 2012 году появилась могила молодой девушки Марины Красильниковой. Монумент, на котором выгравированы письма родственников покойной, занимает сразу несколько участков на пересечении двух центральных аллей. Сбоку участка стоят четыре обветшалых памятника с другими фамилиями.
Отец Марины — Сергей Красильников, один из совладельцев снесенного в 2016 году вещевого рынка около метро «Петровско-Разумовская», — получил участок земли в рамках программы «опекунства могил». Согласно изданному в 2009 году постановлению, могила может быть признана бесхозной и передана под «опеку» другому человеку. Он должен отреставрировать памятник или поставить новый; если он решит кого-то похоронить на участке, на тыльной стороне нового памятника должна быть написана фамилия покойного из прежнего захоронения. Принимает решение о передаче могилы в опекунство комиссия, состоящая из сотрудников «Ритуала» и «представителей общественности» (каких конкретно, неясно).
Эту схему придумал тот же Алексей Сулоев, когда был главой «Ритуала». За несколько лет до старта программы опекунства компания Сулоева «Спот.ру» выиграла тендер на проведение инвентаризации старых кладбищ Москвы. Когда Сулоев перешел на госслужбу, он объявил программу перерегистрации могил и выдачу электронных паспортов захоронений для родственников усопших. По его словам, это должно было помочь забывчивым людям найти могилы близких — для этого на кладбищах предполагалось установить электронные терминалы (этого так и не произошло). Если владельцы могил не успевали пройти перерегистрацию, то их могилы признавались бесхозными и могли получить «опекуна».
При Сулоеве, в конце 2000-х годов, старые кладбища начали активно переустраивать — сносить хозяйственные постройки и сужать дорожки, продавая освободившуюся землю под могилы. Большинство кладбищ не были зарегистрированы в земельном кадастре, а значит, не имели четких границ, что позволяло их администрации захватывать прилегающие земли. Так, в 2011 году природоохранная прокуратура обнаружила, что Бутовское кладбище незаконно захватило три гектара леса, на которых к тому времени было расположено 4 тысячи могил. (Конфликт урегулировали мировым соглашением.)
В 2014 году правительство Москвы лишило «Ритуал» возможности продавать земли под новые могилы, отменило программу опеки и запустило электронные аукционы по продаже земли под семейные захоронения на старых кладбищах. За несколько лет на них выставили более 2 тысяч участков. Впрочем, ажиотажа эта процедура не вызвала. Самый дорогой участок — 4 квадратных метра у входа на Троекуровском кладбище — за 4,65 миллиона рублей приобрел бывший акционер газового холдинга «Итера» Валерий Коротков. На самый дешевый лот — 0,88 квадратных метра за 24 тысячи рублей на Черкизовском кладбище у аэропорта Шереметьево — покупателей так и не нашлось.
Еще один важный ритуальный актив — торговые точки вокруг кладбищ. Как показывает расследование «Медузы», наиболее привлекательные участки для такой торговли принадлежат людям, которые аффилированы с бывшими чиновниками «Ритуала» и заведующими кладбищами.
Наибольшая торговая конкуренция — на крупнейшем кладбище Москвы, Хованском, где работает более 35 точек. Две из них принадлежат Игорю Дашдамирову, которого связывали с Солнцевской ОПГ и задерживали по подозрению в убийстве телеведущего Влада Листьева. Крупнейший же здешний торговец — «Ритуал-1», одна из старейших компаний рынка, которая до сих пор является заметным продавцом ритуальных товаров и гранитных памятников. О владельцах «Ритуал-1» известно немного. Среди них — православная меценатка Вера Слепухина и уроженец Солнцево Павел Руднев, который вместе с федеральным МВД продюсирует документальные фильмы и художественные сериалы про полицейских.
Москва, Тольятти, Омск. Суицид на кладбище
Ежегодно для новых захоронений Москве необходимо 5 гектаров земли. Власти решили расширить несколько существующих кладбищ — однако этот процесс идет не без затруднений. Против расширения на 43 гектара Хованского кладбища — крупнейшего в городе — выступили жители расположенных неподалеку коттеджных поселков. А против увеличения Домодедовского — подмосковные власти: они считают, что 60 новых гектаров могил привлекут слишком много птиц, которые будут мешать посадке самолетов в аэропорту Домодедово.
Сейчас правительство Москвы намерено решить проблему радикально — создав в 35 километрах от МКАД рядом с законсервированным мусорным полигоном «Малинки» второе по размерам кладбище в мире на 580 гектаров (самое большое находится в Ираке). Называться оно будет «Белые березки»; в ближайшие годы на его создание будет потрачено около 2 миллиардов рублей.
В регионах зачастую нет денег не только на создание новых кладбищ, но и на содержание действующих. В середине июня 2018 года места официально закончились на всех кладбищах Тольятти (каждый месяц в городе умирает около семисот человек). В последние годы местные жители хоронили родственников на частном кладбище, которое появилось на территории бывшего колхоза «Россия», — открыл его в 2010 году совладелец местного судоремонтного завода. Там уже расположено несколько тысяч могил — однако в начале 2018 года новые захоронения суд на этой территории запретил, мотивировав это тем, что частных кладбищ быть не должно. Мэрия Тольятти должна выкупить землю и открыть кладбище вновь, однако денег в бюджете на это пока не предусмотрено.
Сейчас единственное место в Тольятти, где можно рыть могилы, — участок на месте сгоревшего соснового бора, расположенный за оградой городского Тоазовского кладбища. Формально эта земля принадлежит лесничеству, но с начала 2010-х там хоронят людей самовольно, а в последнее время участки там начала выделять и администрация кладбища. Убирают территорию сами родственники: нанять подрядчика, чтобы, например, разгрести упавшие деревья, администрация не может — это не ее территория.
Многие жители Тольятти теперь хоронят родственников на сельских кладбищах вокруг города: неофициально это может стоить до 30 тысяч рублей (официально — бесплатно). Однако, согласно выводам депутатской комиссии Самарской губернской думы, из четырнадцати таких погостов только пять зарегистрированы в земельном кадастре. Другая альтернатива — кремация, но в Самарской области собственного крематория нет: местные похоронные компании несколько раз в неделю отправляют тела на автомобилях в Москву — в частный крематорий «Горбрус».
Попытки создать полностью частные кладбища упираются в правовую неопределенность. В начале 2010-х создать свое кладбище решил омский предприниматель Игорь Малышев, занимавшийся до того скупкой металлолома. Его компания арендовала 40 гектаров земли под Омском, официально выделенных под кладбище, обустроила участок и согласовала все документы. На въезде должен был быть построен храм; место для церкви и для кладбища освятил местный митрополит в присутствии районных чиновников. Осенью 2012 года на кладбище начали хоронить людей.
Похорон состоялось всего три — после этого деятельность кладбища была остановлена: решение о его создании отменил новый глава района. 19 ноября 2012 года администрация подала в суд иск о расторжении договора аренды, переносе уже существующих могил в другое место и приведении участка в исходное состояние. Через две недели Малышев позвонил своему партнеру и сообщил, что едет «погонять куропаток и отвезти рабочим еду и зарплату». Вместо этого он приехал на кладбище, выстрелил себе в грудь и вскоре умер в больнице. В его офисном сейфе была обнаружена десятирублевая монета и записка, адресованная главе района и фермеру, выступавшему против создания кладбища: «Забираете у меня землю, заберите тогда и жизнь».
Через несколько лет после смерти Малышева на том же месте появилось новое кладбище. Участок, где хоронят людей, принадлежит сельсовету, однако подъезды к кладбищу и здание администрации расположены на частной территории. Она теперь принадлежит омской компании «Авалон». Один из владельцев «Авалона» — Григорий Горовой, «мусорный король» Омска, контролирующий крупнейшие свалки региона.
Екатеринбург. «Дондики» против администрации президента
Во многих крупных российских городах передел ритуальных рынков еще продолжается. Иногда это происходит стремительно — в этом случае новым игрокам чаще всего требуются самые высокие покровители.
В 2016 году после серии поджогов катафалков и других нападений на конкурентов в Екатеринбурге прошел громкий судебный процесс над создателями группы ритуальных компаний, которых в прессе называли «Дондики». Их сотрудники, притворяясь работниками муниципальной похоронной службы, забирали тела умерших у родственников, а потом требовали от них деньги за проведение похорон (формально — за сопутствующие услуги вроде перевозки трупа). В ходе суда выяснилось, что обвиняемые бизнесмены были связаны как с муниципальными ритуальными чиновниками, так и с людьми, проходившими по уголовному делу так называемой Уралмашевской организованной преступной группировки.
В том же году были арестованы заведующие несколькими екатеринбургскими кладбищами. К тому, что администрация требует денег за предоставление места под могилу, внимание публики привлек Дмитрий Малышев — он дважды пытался похоронить разных друзей на разных кладбищах и дважды поднимал шум в прессе, когда ему не давали сделать это бесплатно.
Позже выяснилось, что и у самого Малышева есть интересы в похоронном бизнесе — как в его родном Пермском крае, так и в Екатеринбурге, где он возглавляет компанию «Мемори Энималс», создавшую кладбище домашних животных и колумбарий для хранения урн с прахом людей. Партнером Малышева по этому бизнесу является Ольга Курченкова — жена бывшего высокопоставленного сотрудника Ростехнадзора Константина Курченкова, который, в свою очередь, является бизнес-партнером бывшего чемпиона мира по шахматам и депутата Госдумы Анатолия Карпова (приветствия Курченкова и Карпова размещены на официальном сайте кладбища домашних животных).
Основали же компанию, которую возглавляет Малышев, другие активные игроки на екатеринбургском ритуальном рынке — владельцы группы «Вознесение» Наталья Домрачева и Алексей Анисимов. Прославилась компания, в частности, тем, что их похоронный дом перекрывал дорогу в единственный в Екатеринбурге морг судебно-медицинской экспертизы — и катафалки конкурентов «Вознесение» пропускало только за деньги. Дошло до того, что тела в морг по ночам перекидывали через забор; решать конфликт пришлось мэру города.
Алексей Анисимов стал соучредителем «Вознесения», когда ему был 21 год. Его дядя — тоже Алексей Анисимов — в тот момент работал замглавы управления внутренней политики администрации президента России, а весной 2014 года стал руководителем исполкома Общероссийского народного фронта. Судя по данным, которые выкладывала в открытый доступ хакерская группировка «Шалтай-Болтай», Анисимов-старший обсуждал работу «Вознесения» в своей переписке.
Россия. Общественник из «Оккупай-педофиляй»
С конца 2016 года в московских СМИ стало появляться необычно много статей о ритуальном бизнесе. Рен-ТВ, канал «360», «Лента.ру» и другие издания писали о «вечеринке в гробу», устроенной в морге, о гробах, выкопанных после конфликтов с ритуальщиками, и о «ямах из грязи», в которых хоронят людей в Подмосковье.
Источником всех этих новостей было общество защиты прав усопших «Верум». По словам его президента Владимира Горелова, он решил создать правозащитную организацию после того, как, подобно екатеринбуржцу Малышеву, занимаясь организацией похорон своего друга, столкнулся с «беспределом». В социальных сетях «Верум» размещает объявления о покупке видео с противоправными действиями работников ритуальных агентств; в штате организации, помимо президента, работают два юриста и пресс-секретарь, который распространяет информацию по СМИ.
По словам Горелова, зарабатывает «Верум» на юридических консультациях для людей, у которых возникли проблемы при организации похорон. Корреспондент «Медузы», побывавший в офисе «Верума», заметил там лишь несколько сотрудников ритуальных компаний, пытавшихся урегулировать ситуацию после шума в СМИ и соцсетях. «Вот с Рузы [люди] — видели, мы недавно выкладывали ролик [о них]? — объяснял Горелов. — Теперь приехали познакомиться и рассказать, как исправляются».
За полтора года работы «Верума» героями их публикаций стали почти все крупнейшие игроки похоронной отрасли Москвы и Подмосковья. К кому-то приходили проверки; по словам собеседников «Медузы», у нескольких компаний фактически рухнул бизнес. Ритуальные предприниматели, попавшие в фокус внимания «Верума», подтверждают «Медузе», что ездили к Горелову на переговоры — но не говорят, чем переговоры закончились. «У них, вероятно, очень высокая крыша, — объясняет один из них свое нежелание рассказывать подробности. — Они точно не с рынка. Мы нанимали частного детектива, чтобы узнать, кто за ними стоит».
«[Президент «Верума»] Горелов — это зиц-председатель, отставной военный с орденами, который был найден по резюме на сайтах поиска работы», — объясняет «Медузе» человек, знакомый с работой. Как выяснила «Медуза», ранее Горелов возглавлял управление по привлечению инвестиций компании «Социальная инициатива», подписывая договоры с дольщиками. Дома для них так и не были построены; пострадавшими от деятельности компании были признаны более 9 тысяч человек. Сам Горелов, владевший4% «Социальной инициативы», проходил по уголовному делу против компании как свидетель; ее основного владельца в итоге посадили на 10 лет.
Управляет же деятельностью «Верума» совсем другой человек. До 2016 года юрлицо, которое потом станет «Верумом», называлось «Костромская общественная организация по защите прав потребителей». Ее учредили трое жителей Костромской области. Как рассказал «Медузе» один из них, несколько лет назад организация была продана москвичу по имени Денис. Несколько людей, общавшихся с «Верумом», рассказали «Медузе», что в переговорах от имени организации участвовал Денис Логинов.
Денис Логинов ранее возглавлял межрегиональное отделение движения «Реструкт», созданного неонацистом Максимом «Тесаком» Марцинкевичем. Участники движения, в частности, проводили акции «Оккупай-педофиляй» — от имени несовершеннолетних знакомились в социальных сетях с потенциальными «педофилами», а во время личных встреч избивали и запугивали, снимая это на видео и затем вымогая деньги у жертв, которые не хотели огласки. В августе 2014 года Марцинкевича осудили на пять лет колонии. Был фигурантом одного из уголовных дел и Денис Логинов — но в итоге его перевели в статус свидетеля. Несколько участников «Реструкта» рассказали «Медузе», что уже после суда они узнали: раньше Логинов работал в управлении полиции по борьбе с экстремизмом.
Многие сторонники Тесака после этого перестали общаться с Логиновым — но не все. Вместе с другими соратниками, как рассказывает один из бывших участников «Реструкта», они начали задумываться о «более легальной» сфере применения технологии, отработанной на «Оккупай-педофиляй». Для этого при участии Логинова было создано потребительское общество «Реструктуризация», — впрочем, несколько первых концепций, по словам собеседника «Медузы», не имели успеха. Проверка продуктов в супермаркетах была оперативно пресечена торговыми сетями, проект по противодействию строительным компаниям тоже не дал желаемых результатов; в 2016 году «Реструктуризация» была ликвидирована.
Вскоре «Костромское общество по защите прав потребителей» превратилось в «Верум». «Я слышал, что в последнее время они занимались темой, связанной с ритуалкой», — говорит бывший участник «Реструкта». Три представителя похоронной индустрии опознали Дениса Логинова по фотографии как человека, участвовавшего в переговорах в офисе «Верума». Аватар Логинова в фейсбуке снят в переговорной организации; бывший лидер «Реструкта» также размещал свои фотографии на фоне стенда «Верума» на похоронной выставке «Некрополь». Новости из жизни «Верума» регулярно появляются в сообществе «Руки прочь от Тесака» во «ВКонтакте», есть такие посты и на странице самого Марцинкевича. Несколько знакомых Логинова и человек, которого он приглашал на работу в «Верум», подтвердили, что именно Логинов — идеолог организации.
«Медуза» отправила Денису Логинову вопросы в фейсбуке, после чего президент «Верума» Горелов прислал на оставленный корреспондентом номер телефона SMS о том, что готов предоставить всю необходимую информацию об организации. Позже «Медузе» перезвонил и сам Логинов — он заявил, что готов дать любую информацию о ритуальном рынке, но попросил не упоминать его имя в контексте «Верума».
Денис Логинов на стенде «Верума» на выставке «Некрополь», посвященной ритуальной индустрии
Основная цель «Верума» — стать всероссийским общественным контролером ритуального бизнеса: об этом говорит и знакомый Логинова, и общавшиеся с «Верумом» бизнесмены. Владимир Горелов и его коллеги участвуют практически в каждом мероприятии, посвященном проблемам похоронной индустрии. Дважды они были инициаторами обсуждения нового закона «О погребении и похоронном деле», который уже более пяти лет готовится в федеральном министерстве строительства и ЖКХ.
Новый закон, по словам чиновников, должен регламентировать работу похоронных служб, создать для них критерии и реестры, агентам будет запрещено приходить в квартиры без вызова родственников покойного, а также работать на территории медицинских учреждений и моргов; нарушителей будут заносить в черный список. Предусмотрен также контроль индустрии общественными организациями.
Денис Логинов — сын замглавы аппарата правительства РФ Андрея Логинова, который отвечает за обеспечение законотворческой деятельности. Два собеседника «Медузы» в ритуальной отрасли рассказывают, что начиная с осени 2017 года Андрей Логинов лоббировал скорейшее принятие нового закона о погребении, подготовленного Минстроем. Жена Андрея Логинова Светлана в тот момент возглавляла Центральный научно-исследовательский и проектный институт Минстроя, а руководителем министерства был его хороший знакомый Михаил Мень.
Ранним утром 16 мая 2018 года сотрудники СК и полиции провели обыски в квартире президента «Верума» Владимира Горелова и еще пяти сотрудников общественной организации — а также в редакции издания The Daily Storm, опубликовавшего несколько материалов о ритуальном бизнесе в Москве. Обыски проходили в рамках уголовного дела о клевете, возбужденного по заявлению сотрудников московского «Ритуала». Вскоре в новом составе правительства Михаила Меня во главе Минстроя сменил губернатор Тюменской области Владимир Якушев.
Судьба законопроекта на данный момент неясна. Индустрия изменения не приветствует: как сообщаетсяв резюме исследования, проведенного в 2017 году по заказу правительства Москвы, директора ритуальных компаний «призвали с осторожностью внедрять любые нововведения в области похоронного дела, так как инновации в этой отрасли в Западной Европе ускорили конец традиционного общества, сопровождающийся распадом таких структур, как семья». Проводившим анализ самого проекта нового закона сотрудникам федерального Минэкономразвития ритуальные предприниматели заявили, что он не решит существующих на рынке проблем, зато законодательно зафиксирует положение существующих монополистов.
Одним из опрошенных был Алексей Семенов — он владеет похоронной компанией в городе Тихвине в Ленинградской области. По словам Семенова, в 2017 году местная администрация передала городское кладбище в управление компании «Арт Стоун Мастер», которая сразу повысила цены в несколько раз — и которая входит в холдинг Игоря Минакова, контролирующий практически всю ритуальную индустрию Петербурга.
«С принятием нового закона эта фирма станет монополистом во всем, — утверждает Семенов. — Люди уже сейчас стараются хоронить [близких] в деревнях, ‎а в скором будущем им придется [делать это] у себя в огородах».

https://echo.msk.ru/blog/echomsk/2441779-echo/
submitted by YaskerMos to PikabuPolitics [link] [comments]


2017.01.05 10:29 Pora_Sezhat В муниципальной d перепланировка 2016 квартире как узаконить

Снять квартиру в Чехии – легко. Ниже я оставлю пару жизненно выжных ссылок для поиска жилья в Чехии.
Снять квартиру в аренду напрямую от владельца недвиги можно здесь. Некоторые владельцы пишут описание квартир в том числе на английском, но лучше быть готовым к тому, что в среднем анлийский у чехов не очень. Проверить, действительно ли арендодатель – это тот, за кого он себя выдает, можно в открытом кадастре, (точный адрес и номер квартиры можно найти в черновике контракта, заведомо попросив арендодателя выслать вам его на мыло).
Здесь можно найти квартиру через маклеров: http://www.ulovdomov.cz/ - в Праге - в Брно К стати, комиссия маклеру оплачивается обычно в размере месячной платы за жилье, то есть 100% той суммы, которую вы видите напротив каждого предложения.
Поиск сожителей, поиск комнаты... совместное жилье – идеально для студентов: //www.facebook.com/groups/BrnoBydleni/?fref=nf https://www.facebook.com/groups/BydleniBrno/?fref=ts
Различные вопросы касательно жизни в Брно: https://www.facebook.com/groups/livinginbrno/?fref=ts
Купить б/у мебель и технику – здесь: https://www.facebook.com/groups/430858610335696/?fref=ts http://www.sbazar.cz/
Что входит в цену за аренду? Цена за аренду состоит из двух цифр: – цифра побольше (najem), месячная аренда сама по себе, – цифра поменьше (inkaso), месячная предоплата за такие службы, как электричество, вода, отопление, газ... Раз в год происходит подсчёт реального потребления служб (vyúčtování), в ходе которого вам вернут часть денег на счёт или наоборот попросят доплатить, если предоплаченных средств не хватает на покрытие служб. Это так же должно быть прописано в контракте, обязательно уточните у арендодателя. Оплата происходит раз в месяц, до первого числа месяца. При этом надо учитывать начальный залог (возвращается при переезде) в размере месячного найма.
Все дома находятся в муниципальной или частной собственности, многоквартирные дома – с обязательным ТСЖ или ОСМД. Самой, наверное, весомой строкой услуг будет отопление. Теплоизоляция в новых домах лучше, чем в столетних виллах. За отопление квартиры в обычном доме можно заплатить от $300 до $600 за год приблизительно. Отопление можно регулировать, таким образом сэкономив до 40%-60%. Почему именно столько? Потому что в каждом многоквартирном доме есть счётчик на входе (как и счётчики тепла на каждой батарее) и общие пространства (лестницы, корридоры), где часть тепла "теряется". Вы можете вообще не отапливать, мерзнуть и ходить дома в теплых вещах в надежде сэкономить, но в результате получится, что заплатите не на много меньше, чем студенты в соседней квартире, ни на минуту не выключающие отопление. Как именно происходит рассчёт оплаты отопления на квартиру, договариваются сами владельцы квартир на собрании ТСЖ/ОСМД. Но согласно закону, суммируется только 40-60% потребленного тепла в отдельной квартире + остаток общего потребления тепла соразмерно доли квартиры (доля = отношение площади квартиры к общей площади дома). Как раз недавно об этом напоминали в новостях.
Холодная вода стоит в р-не $3 за кубометр, горячая выходит в 3-5 раз больше, зависит от способа нагрева.
С мусоровывозом отдельная история. Каждый платит за себя (~$20), напрямую в магистрат (=городскую ратушу) города, где у вас проживание и/или недвижимость, заплатить за текущий год можно до мая. Если у вас 2 и больше недвижимости, платим за каждую в соответствующем магистрате. Оплата возможна через интернет банкинг, номер счета ищем на официальной страничке магистрата соответствующего города.
Узнать, как попасть из точки А в точку Б, можно здесь: - общественный транспорт в Брно, http://jizdnirady.idnes.cz/praha/spojeni/ - общественный транспорт в Праге. http://jizdnirady.idnes.cz/praha/spojeni/
А Такси? Есть такое приложение – Лифтаго – с которым можно не только выбрать машину и тут же заказать такси без единого звонка, но и отслеживать подъезжающую машину на карте. Такси, как ни странно, дешевле в Праге, чем в Брно.
Источник: http://pora-valit.livejournal.com/4739726.html
submitted by Pora_Sezhat to pora_valit [link] [comments]


2015.12.25 16:11 Pora_Sezhat 2016 квартире в как узаконить муниципальной d перепланировка

России впервые за 16 лет после окончания "большой алии" отмечается повышенная активность граждан, желающих репатриироваться в Израиль. В 2014 году на постоянное место жительства в Израиль уехали 4685 россиян. В нулевые число репатриантов из нашей страны не дотягивало и до 2000 человек в год. Рост больше чем в два раза. Но гораздо существеннее в 2014–2015 годах изменились не количественные, а качественные показатели алии из России: репатриант значительно помолодел, получил высшее образование и теперь он почти всегда москвич.
Корреспондент Радио Свобода Роман Супер этой осенью оказался в числе репатриирующихся россиян и узнал изнутри, как работает система получения израильского гражданства и ради чего россияне уезжают в эту страну.
Москва, декабрь, около ноля, под ногами вместо снега коричневая жижа, разъеденная реагентами. Низкое серое тяжелое небо намертво придушило даже намек на солнце. Ничего особенного. Иду на работу. На подступах к редакции встречаю журналиста Валерия Панюшкина:
– Рома, привет. Ты такой загорелый! Смотреть аж противно.
– Прости. Только что из Израиля приехал. Гражданство получал.
Валера ничего на это не отвечает. Жмет руку и бежит дальше по своим делам. Никакого удивления, никаких дополнительных вопросов, никаких причитаний. Почти все наши с Валерой общие друзья, приятели и шапочные знакомые, имеющие основание на получение израильского гражданства, это либо уже сделали, либо делают прямо сейчас, либо в самое ближайшее время собираются звонить в посольство Израиля в Москве и записываться на прием к консулу для получения репатриационной визы. Ничего особенного.
​Все начинается с этого звонка. Номера телефонов отдела репатриации легко находятся на сайте посольства Израиля. Гораздо сложнее по этим телефонам дозвониться: сначала долго занято (отлично, значит там кто-то точно есть!), потом по этому же номеру никто не отвечает, потом снова занято. Будто звонишь в ЖЭК, пытаешься прорваться в прямой эфир радиостанции или в регистратуру муниципальной поликлиники. Трубку, как водится, поднимают в тот момент, когда ты совсем отчаиваешься. Женский голос с приятным акцентом уточняет, кто именно хочет репатриироваться, спрашивает паспортные данные, напоминает о документах, которые необходимо принести с собой, и определяет дату и время для собеседования с консулом:
– У нас сейчас запись только за три месяца осуществляется. Будете ждать?
– Слушайте, а почему так долго?
– Потому что очень много желающих. Количество репатриантов выросло в два с половиной раза за полтора года. У нас много работы.
– Хорошо, три так три.
– Людей начинают запускать в здание в 9 утра. Приходите, пожалуйста, пораньше, если хотите все сделать быстрее.
Женский голос с приятным акцентом не преувеличивал. В 8.30 утра у дома 56 на Большой Ордынке уже топталась длинная, человек в 50, очередь. Хвост ее упирался в ворота, ведущие к Екатерининской церкви (московский центр англоязычных богослужений). Голова очереди – в хмурого черноволосого мужика с благородными чертами лица в темных очках с наушником в ухе и сложенными за спиной руками. Через пару минут очередь заметно удлиняется. Здесь мамы с маленькими детьми; трогательные пожилые семейные пары, задумавшиеся о пенсии у моря; знакомые по информационным телеэфирам лица, не раз публично присягавшие на верность партии власти (российской); редакторы глянцевых журналов; клерки с никогда не гаснущими экранами планшетов; известный музыкант, прячущийся в капюшоне; скромные воспитанные люди с добрыми, но уставшими глазами за толстыми линзами очков в роговой оправе. Ничего особенного.
Ровно в 9 утра к мужику с наушником выходит точно такой же мужчина с наушником – будто бы брат-близнец. Он держит списки и что-то бормочет в рацию на иврите. Очередь гусиными шажками начинает двигаться. Людей обыскивают и строго по одному запускают в здание, предварительно изъяв все электронные приборы (кроме телефонов) и жидкости. Из предбанника очередь порциями переливается в соседнее здание, напоминающее вагончик, в которых живут строители на больших и долгих стройках. В этом вытянутом вагончике с низким потолком каждому выдают пугающе толстую анкету. Среди многочисленных простых вопросов (где родился, где учился, где работал) попадаются и каверзные. Например, тебя просят рассказать о вероисповедании. Напишешь, что православный или мусульманин – сразу до свидания. Напишешь, что иудей – придется это доказывать: страшно представить как. Слава богу, что я атеист.
Заполненную анкету сдаешь в окошко и ждешь. Сколько ждать – не понятно. Бывает, что ждешь полчаса. Бывает – часов пять или даже шесть. Раз в полчаса в этот вагончик, закрытый снаружи, заходит охранник и предлагает всем желающим сходить в туалет. Снова в воздухе повисают воспоминания о муниципальной поликлинике: ожидание и очередь, очередь и ожидание, ожидание и очередь. Запертая снаружи дверь добавляет происходящему некоторую пикантность. Но в целом – ничего особенного. По громкой связи примерно каждые 20 минут произносят фамилии претендентов на репатриацию: "Господин Иванов. Господин Воробьев. Господин Петухов". Иногда, будто бы справедливости ради, среди людей отыскивается Рабинович. По закону о возвращении, принятому Кнессетом 5 июля 1950 года, для получения права на репатриацию достаточно документально подтвердить еврейство бабушки или дедушки (по маминой или папиной линии – не важно), то есть быть евреем в третьем поколении. У сотрудников посольства Израиля в Москве по этому поводу даже существует шутка: евреем можешь ты не быть, но гражданином быть обязан. Ничего не поделаешь – закон есть закон.
– Господин Супер. Проходите.
Стоит ли говорить, что все внимание вагончика досталось в этот момент мне.
Консул – строгая и звонкая еврейская женщина – тоже сразу обратила внимание на фамилию и тут же без всяких расшаркиваний и церемоний дала понять, кто я такой на самом деле:
– Фамилия хорошая. Что означает, знаете?
– Много версий. Мне все не очень нравятся. Особенно та, что на поверхности, она самая противная: просто превосходная степень?..
– Какая еще превосходная степень? Ваша фамилия с иврита переводится как "писатель". На иврите слова "супер" и "софер" пишутся одинаково. Так что в Израиле к вам будут обращаться иначе – Роман Софер. А "софер" – это писатель. Если Супером будут называть, начинайте обижаться. Суперами в Израиле называют исключительно магазины, супермаркеты. Писатель – лучше, чем супермаркет.
– Какой удар.
Строгая и звонкая еврейская женщина в окружении трех государственных флагов Израиля (один большой на стене, один маленький на столе, третий совсем маленький на значке на груди) внимательно изучила заполненную анкету, потом попросила показать документы, подтверждающие мое еврейство. Свидетельства о рождении ближайших родственников с указанием национальности – это, собственно, и есть базовые документы, которые позволяют человеку получить визу репатрианта. Базовые, но не единственные. В 9 случаях из 10 консул обязательно попросит донести какую-нибудь "несложную" справку, даже несмотря на то, что в вашем еврействе не сомневается ни один человек на всем белом свете. Скорее всего, это делается по двум причинам: во-первых, таким образом консул дает тебе время хорошенько обдумать необходимость репатриации еще раз. Во-вторых… послушайте, наши предки 40 лет блуждали по пустыне, неужели трудно съездить в условный Днепропетровск за какой-нибудь выпиской из какой-нибудь – черт его знает какой – домовой книги? "Конечно, не сложно", – растерянно мямлишь ты консулу в ответ на это требование, думая про себя: "Это же невероятный геморрой, вот подстава".
Фотокарточки могил умерших родственников на еврейском кладбище, фотокарточки свадьбы братьев или сестер под хупой, любые грамоты и рекомендации из любых еврейских организаций, принесенные с собой для собеседования с консулом, приветствуются, но вряд ли что-то решают. Прежде чем получить репатриационную визу, я ходил к строгой и звонкой женщине три раза: со всеми вытекающими отсюда практически международными бюрократическими приключениями и новыми очередями. Ничего особенного.
– Поздравляю вас, Роман. Сегодня я выдам вам и вашей семье визы. Они действуют полгода. Если не успеете по ним въехать в Израиль, получить их повторно будет немножко сложнее. Немножко. Сложнее.
Самое сложное позади. Все, что происходит дальше, не требует практически никаких усилий. Получив визу, новый репатриант должен связаться с еврейским агентством "Сохнут", широко представленным в разных городах России. Ехать в их офис не обязательно, достаточно по телефону или даже по электронной почте рассказать о себе и выслать фотографию визы. "Сохнут" предложит новому репатрианту лететь в Тель-Авив за счет израильского государства, предложит взять на себя расходы за перевозку тяжелого багажа. От этой привилегии можно отказаться и лететь за свой счет, предоставив еврейскому агентству информацию о своем рейсе (потому что вас должны встречать). В таком случае очередь на оформление документов в Бен-Гурионе наверняка будет маленькой. Главное, не лететь в Шаббат и многочисленные еврейские праздники, когда в стране закрыты все государственные конторы, в которые новому репатрианту придется сходить. Все четыре государственные конторы.
Меня предупреждали многие приятели, недавно совершившие алию (возвращение еврея в Израиль), что в Бен-Гурионе можно смело забыть о череде малоприятных процедур, связанных с оформлением твоей репатриации. Говорили, что больше не будет дополнительных справочек, запертых снаружи дверей и других малоприятных столкновений с системой. Все это в прошлом, в Москве. Но я все равно по старой русской привычке ждал подвоха, поэтому переживал. Как выяснилось, зря. Как только новый репатриант оказывается в Тель-Авиве, он тут же попадает в руки странной израильской бюрократии. Странность ее прежде всего заключается в том, что гражданином Израиля ты становишься, не успев получить свой багаж. Ничего особенного.
Выход из самолета, паспортный контроль, пограничник находит в загранпаспорте твою визу репатрианта, скорее всего, по-русски (в стране проживает миллион русскоговорящих израильтян) благодарит за алию и показывает пальцем на черный телефонный аппарат на стене. На телефоне надпись по-русски "Связь с Министерством абсорбции". Ты поднимаешь трубку и вместо "алло" говоришь "алия". Тебя встречает сотрудник министерства и отводит в специальное помещение в аэропорту. Там – стол с бутербродами и горячим чаем. По телевизору – родненький Первый канал, по Первому каналу – концерт Филиппа Киркорова. Филипп Киркоров затянут в корсет, из которого торчат пушистые разноцветные перья. Переглядываемся с женой:
– Интересно, это чтобы переехавших русских сразу не травмировать? Мол, не волнуйтесь, у нас тут есть все, к чему вы так привыкли?
– Ром, обрати внимание, что при этом звук у телевизора выключен.
– А, это, видимо, чтобы французских репатриантов не травмировать. Всем хотят угодить.
Мы прилетели в Израиль за свой счет, поэтому никакой очереди в комнате для оформления гражданства не было вообще. В течение получаса нам выдали корочку синего цвета (как говорит один мой приятель, паспорт может быть любым, но синим!) – удостоверение нового репатрианта (теудат оле). Если вам не хочется на очередном документе выглядеть как зомби, захватите фотографию для удостоверения репатрианта с собой: здесь вас сфотографируют плохо. Затем в этой же комнате человеку выдают направление в медицинскую кассу. Лучше получить направление уже сейчас: в аэропорту и бесплатно. В противном случае придется идти на почту и получать это направление за деньги. Репатрианту выдают справку, разрешающую открыть банковский счет в Израиле. А еще через минут десять, контрольно изучив все собранные документы, подтверждающие ваше еврейство (не сдавайте эти документы в багаж ни в коем случае!), сотрудник МВД здесь же выдаст репатрианту паспорт гражданина Израиля (теудат зеут). Вместе с ним новому гражданину полагается 1250 шекелей в конверте (примерно 21 300 рублей; на семью из трех человек полагается больше – 2750 шекелей), бесплатная сим-карта и ваучер на такси, которое тоже за счет государства довезет вас из Бен-Гуриона в любую точку Израиля.
На этом для многих современных новых репатриантов алия, собственно, и заканчивается. Люди получают паспорта и буквально тут же возвращаются домой. Дело в том, что Израиль, вероятно, единственная страна в мире, которая выдает своим гражданам два разных вида загранпаспортов. Через три месяца после получения израильского гражданства гражданин может оформить временный проездной документ (Лессе-пассе, оформляется сразу либо на год, либо на два года, потом продлевается еще два раза на два года), который дает право человеку без виз въезжать в более чем 40 стран мира. Лессе-пассе можно получить все в том же посольстве Израиля в Москве, где репатрианту выдавалась виза для получения гражданства. Для многих россиян смысл этой алии заключается как раз в получении этого временного проездного документа, который, строго говоря, функционально мало чем отличается от постоянного заграничного паспорта – Даркона. Для того чтобы получить этот "огнедышащий Даркон", репатрианту необходимо прожить на территории Израиля хотя бы год.
Консервативная часть израильского общества презрительно называет таких людей "дарконниками" и безыдейными оппортунистами. Впрочем, официальный Израиль поддерживает и приветствует алию в любом ее виде, не сомневаясь в том, что Земля Обетованная рано или поздно вернет себе всех своих заблудившихся сыновей.
Репатрианты, которые приехали не за загранпаспортом, а за второй родиной, и хотят связать себя с Израилем… если не крепким узлом, то хотя бы бантиком, на следующий после прилета день отправляются в любой израильский банк, где в течение получаса им открывают счет. С номером счета они идут в Министерство абсорбции (там тоже все быстро, почти никакой очереди), где русскоговорящий сотрудник спросит у них номер счета, чтобы в течение полугода каждый месяц государство могло присылать "подъемные" деньги, так называемую корзину абсорбции: за полгода семья из трех человек получит 43 333 шекеля (примерно 740 000 рублей). Деньги эти будут приходить только в том случае, если репатриант находится на территории Израиля. Как только человек выезжает из страны, выплаты замораживаются.
В Министерстве абсорбции с новыми репатриантами любезно беседуют, рассказывая о многочисленных льготах, которые Израиль предлагает вновь прибывшим. А еще по-отцовски интересуются планами на жизнь:
– Ну, ребята, расскажите, какое у вас образование?
– МГУ.
– Это очень хорошо. И даже прекрасно, что МГУ. А кем вы работаете, Роман?
– Журналистом.
– Хм. Ладно. Ну а вы кем, Юля?
– А я искусствовед.
– Хм. Ладно…
Сотрудник меняется в лице, продолжая молча заполнять какие-то бумаги. Потом, не поднимая глаз, возвращается к разговору:
– Имейте в виду, ребята, что вам полагается пособие по безработице…
После еще одной паузы вежливо добавляет:
– …Ну если вдруг работу здесь вы не найдете, вот мой совет, ребята: учите язык. Когда я репатриировалась, здесь многие говорили по-русски, многие читали газеты на русском языке, слушали радио на русском языке. Но времена сильно изменились. Израиль стал очень ивритоориентированной страной. Русского рынка СМИ здесь практически нет. Направление в ульпан (языковая и бесплатная для новых репатриантов школа) дать?..
Третье необходимая инстанция – это медицинская касса, направление в которую нам выдали ранее в Бен-Гурионе. Первый год медицинское обслуживание для нового репатрианта бесплатное. Ежемесячные выплаты начнутся через 12 месяцев: 160 шекелей за человека в месяц (примерно 2700 рублей). Хочешь лечиться в Израиле как гражданин Израиля – плати налог и лечись бесплатно. Хочешь лечиться в Израиле как турист – не плати налог, но плати за лечение сумасшедшие деньги.
Все восхищенные разговоры, которые каждый россиянин обязательно слышал о легендарной израильской медицине, похожи на правду. По крайней мере, первое впечатление у моей семьи оказалось исключительно положительным. Получив страховые карты, мы решили робко попробовать, как работает эта система. Работает она четко и просто: записываешься по телефону к необходимому доктору, страховая компания предлагает удобную дату и место. В назначенный день идешь по предложенному адресу. На двери у доктора висит бумажка с фамилией пациента и временем, когда дверь должна открыться только для него. Дверь открывается, пациент заходит. Для моей жены прием оказался совершенно бесплатным. Дополнительные процедуры обошлись в 27 шекелей (примерно 460 рублей).
Впрочем, израильтяне со стажем говорят, что так бывает далеко не всегда. Местные жители в один голос утверждают, что особенностью израильской медицинской системы является то, что к пустяковым болячкам эта система часто относится спустя рукава, но вот в случае серьезных заболеваний (например, онкологии) пациента берут в оборот по полной программе. Столетние, лысые от химиотерапии, но счастливые, облизывающие мороженое улыбающиеся старушки, гуляющие вдоль реки по парку Аяркон, – тому убедительное подтверждение.
В Израиле есть разные аптеки. Есть обычные – коммерческие, а есть государственные, которые прикреплены к больничным кассам. Когда врач выписывает пациенту рецепт, пациент, как правило, идет не в коммерческую, а в государственную аптеку. В государственной аптеке пациент практически бесплатно получает все необходимые, по мнению его врача, препараты, доплачивая лишь около 10 процентов от стоимости лекарства из своего кармана. Ничего особенного.
Несмотря на участившиеся уличные теракты в Израиле, жизнь в Тель-Авиве странным образом кажется неприлично расслабленной, неторопливой и спокойной. Люди не шарахаются друг от друга и никого ни в чем не подозревают. Теплое декабрьское солнце заставляет горожан щуриться и подталкивает полусонных прохожих к палаткам со свежевыжатыми соками. Здесь рыба пахнет рыбой и по вкусу напоминает рыбу, что поначалу даже сбивает с толку: господи, почему так вкусно-то, что они туда добавляют? Здесь фиги слаще, чем мед, а мандарины растут на деревьях в центре города, как яблоки на подмосковных дачах. Из любой точки в любую точку можно доехать на самокате или популярном тут велосипеде с моторчиком, не опасаясь оказаться под чьими-нибудь колесами. Здесь на улице легко можно встретить друзей из Москвы, или совершающего утреннюю пробежку по набережной главного редактора большого российского медиахолдинга. А в симпатичной квартире, которую мы сняли, есть прекрасный балкон и уютное бомбоубежище, которое вызывает не оторопь, а почему-то глупую улыбку.
Находясь в Тель-Авиве, очень скоро понимаешь, что ты немножко на другой планете. Для этого достаточно задрать голову и увидеть перелетающих с ветки на ветку разноцветных попугаев вместо голубей. Вечерами попугаев, правда, не видно. Вместо них от дерева к дереву, словно ласточки, проносятся мерзкие летучие мыши, которые, в отличие от бомбоубежища в собственной квартире, вызывают как раз оторопь. Идешь по бульвару в сумерках, грызешь яблоко, смотришь по сторонам и стараешься себя убедить: "Ну что же, прекрасно, летучие мыши. Ничего особенного". Доходишь до парка уже совсем к позднему вечеру, а там тебя встречают дружелюбные койоты и гиены, осторожно выглядывающие из кустиков. О’кей, койоты, гиены, мыши летучие. Что дальше? Говорят, что дальше будет встреча со знаменитыми гигантскими израильскими тараканами, которые, как и израильские мыши, разумеется, тоже умеют летать.
Тель-Авив стремительно джентрифицируется. Трущобы и ветхие арабские дома рассыпаются древней ближневосточной пылью и уступают место новостройкам и богатой публике. Яффо все больше напоминает старый добрый Гоа, населенный художниками, писателями и музыкантами: запах свежего кофе растворяется в запахе марихуаны на неугомонном блошином рынке. Район Неве-Цедек без предупреждений превратился в Лазурку. Аутентичных йеменских еврейских старух подсидели богатые репатрианты из Франции. Бульвар Ротшильда тенистый и легкомысленный. На скамейках влюбленные гей-парочки, профессура с кожаными портфелями читает утреннюю прессу. На Дизенгофе пикет леваков с плакатами "Остановите оккупацию": 10-15 бабушек очень интеллигентного людмилоалексеевского вида выступают за признание Палестины. С балкона свисает радужный флаг, под ним как-то суетливо семенит человек с пейсами в черной шляпе. И неизбежная мысль в голове ласково напоминает: море за поворотом.
Правда, есть и другая мысль, которая все время держит тебя в тонусе. Связанна она с фантастической способностью российского президента портить отношения более-менее со всем цивилизованным миром в самые короткие сроки. Утром взгляд сам падает на новостные ленты и ищет сообщение о том, что Владимир Владимирович, наконец, поругался и с Израилем. Сын как-то спросил в Иерусалиме, зачем люди разговаривают со стеной? Вот и я думаю: зачем люди всю жизнь только и занимаются тем, что разговаривают со стенами? А не друг с другом.
Возвращение к реальности происходит всякий раз, когда ты идешь в супермаркет покупать еду и пересчитываешь ценники на мясо, фрукты и сыры с шекелей на родные рубли. Пересчитываешь и не веришь своим глазам. Потом снова пересчитываешь – все верно. Но как это возможно? В Тель-Авиве запредельно дорогая жизнь. Здесь космически дорогое жилье, несправедливо дорогой общественный транспорт (который к тому же не работает в Шаббат) и необъяснимо дорогая еда, которую никто ниоткуда не привозит: ее выращивают в нескольких километрах от магазина.
Строгая звонкая еврейская женщина в посольстве Израиля в Москве была права: писатель – лучше, чем супермаркет. Я бы только добавил: писатель лучше и дешевле, чем любой супермаркет в Тель-Авиве.
Не так давно в Израиле случился большой скандал вокруг местного десерта Milka, когда кто-то из израильтян сфотографировал его в Берлине на прилавке в магазине. Выяснилось, что в Берлине этот самый десерт стоит дешевле, чем здесь, в стране, где его производят.
Один приятель, недавно репатриировавшийся в Израиль, после первого же похода в ночной клуб понял, что его тонкая душевная нежелательная организация осквернена местными ценниками круче, чем это могло бы произойти даже в дорогущих Осло или Токио: бармен протянул ему стакан виски и попросил 58 шекелей (почти тысяча рублей). Приятель возмутился и переспросил: "Вы не ошибаетесь? Это виски. И здесь 40 грамм". Бармен, немного смутившись, заглянул в меню и был вынужден извиниться: "Действительно, я ошибся. Не 58 шекелей. 59".
Хожу по рынку "Кармель", яростно трясу огурцом и спрашиваю продавца: почему ваши овощи стоят как наркотики? Продавец разводит руками: "Пойми, друг, когда ты платишь за этот огурец, то ты платишь не за огурец. Ты платишь за свою же социальную защиту и за мирное небо над головой. Знаешь, как дорого стране обходится "Железный купол"?" Продавец из сырной лавки ответил примерно то же самое, добив меня старым еврейским анекдотом: "В Израиле очень просто стать миллионером. Нужно репатриироваться сюда миллиардером".
Открыв банковский счет, оформив медицинскую страховку и зарегистрировавшись в Министерстве абсорбции (на все уходит два дня), новый репатриант, желающий передвигаться по миру в ближайшие три месяца (то есть до получения временного загранпаспорта, который полагается только через 90 дней), должен сходить в последнюю инстанцию – МВД – и получить разрешение на выезд из страны. Многим, впрочем, удается выезжать из Израиля и без этого разрешения, часто его просто не спрашивают.
Поход в это министерство был для меня самым волнительным. Министерство! Внутренних! Дел! "Что хорошего можно ждать от ментов…" – предсказуемо думал я. Но оказалось, что израильское МВД не имеет вообще ничего общего с российским. Здесь не унижают людей. Никого не бьют дубинками. Здесь не хамят. С тобой разговаривают, а не лают. И, что совсем уж странно, здесь смотрят тебе в глаза и улыбаются. Справка, разрешающая выезд из страны без израильского загранпаспорта, была получена снова за неправдоподобные 15–20 минут. Я просто взял номерок, подошел к окошку, попросил бумагу, которую без промедлений распечатали у меня на глазах. Здесь же – в Министерстве внутренних дел – при желании можно поменять свое имя. По каким-то причинам надоело быть Митей? Станьте Мордехаем. Ничего особенного.
Я вернулся в Москву и на следующий день пошел на работу. Декабрь, около ноля, под ногами вместо снега коричневая жижа, разъеденная реагентами. Низкое серое тяжелое небо намертво придушило даже намек на солнце. Поздоровался и перекинулся парой фраз с журналистом Валерой Панюшкиным, которого встретил у дверей редакции. Потом поднялся на пятый этаж, вышел в интернет. И немедленно купил билеты в Тель-Авив.
Осталось только заработать денег на израильские огурцы.
ЗЫ. Как израильтянин добавлю на основании опыта работы и жизни от пары лет и больше: в России, потом в Израиле, потом в США, снова в Израиле и теперь в Нидерландах - Израиль более чем пригодная для жизни страна с уровнем оной примерно как в Южной и Центральной Европе, но и национальный колорит в ней тоже имеет место быть и про это стоит помнить. Равно как и о том, что Израиль помогает с репатриацией, обустройством на новом месте в первое время, но эмиграция есть эмиграция: вряд ли у нас кто-то будет репатрианта "вести за ручку" всю жизнь, на чём тут уже был пример погоревшего халявщика :). Так что большое спасибо Эрец Исраэль (אֶרֶץ יִשְׂרָאֵל ;)) за помощь, но "каждый сам себе кузнец своего счастья", равно как и "сам себе злобный Буратино" ;) - в зависимости от личных предпочтений, подготовки, затраченных усилий и принимаемых решений ехать или не ехать из России, постепенно превращающейся в подобие Северной Кореи.
ЗЗЫ. Нееврейским товарищам не стоит забывать о том, что "еврейский муж или жена - не только семейное счастье, но и средство передвижения" ;-)
Источник: http://pora-valit.livejournal.com/4218641.html
submitted by Pora_Sezhat to pora_valit [link] [comments]