X сделали перепланировку дома как узаконить 2016

Чем меньше энергосистема, тем дороже в ней электричество. Это верно и для Гавайев, и для Певека на побережье Северного Ледовитого океана. Можно попробовать сэкономить, отапливаясь углем, но серый снег на Чукотке и ... Мобильный атом: от Чукотки до тропических островов? 5.1. Чем меньше энергосистема, тем дороже в ней электричество. Это верно и для Гавайев, и для Певека на побережье Северного Ледовитого океана. Химия и жабы — пост пикабушника Mircenall. Комментариев - 41, сохранений - 41. Присоединяйтесь к обсуждению или опубликуйте свой пост! Выбрав среди имевшихся сведений наиболее его устраивавшие, Колумб «подправил» их (видимо, невольно) в нужную ему сторону и в итоге получил расстояние от Канарских островов до острова ... На равнинах ее показатель возрастает с севера на юг от 2500 МДж/м 2 в год на Земле Франца-Иосифа до 6700 МДж/м 2 в год на юге Средней Азии. В горах по сравнению с прилегающи­ми равнинами эта ... В период с ноября по май здесь стоит сухая и относительно прохладная погода (средняя температура в этот период колеблется от +18°С ночью до +28°С днем), летом средняя температура составляет ... Мобильный атом: от Чукотки до тропических островов? 05.11.2017 23 минуты Редакция Как гравитационные волны раскрыли тайну происхождения золота во Вселенной Летом, в июле, атмосферное давление на побережье Северно­го Ледовитого океана составляет около 1009 гПа на всем протя­жении от Ямала до Чукотки.

2020.09.20 20:22 postmaster_ru Мобильный атом: от Чукотки до тропических островов?

Мобильный атом: от Чукотки до тропических островов? Чем меньше энергосистема, тем дороже в ней электричество. Это верно и для Гавайев, и для Певека на побережье Северного Ледовитого океана. Можно попробовать сэкономить, отапливаясь углем, но серый снег на Чукотке и сильнейшее загрязнение воздуха на южных островах практически гарантированы. Альтернативу этому разрабатывают с 1950-х — небольшие транспортабельные атомные электростанции. Заменят ли они более грязные и дорогие решения?
Плавучий энергетический блок «Академик Ломоносов», основная часть плавучей атомной теплоэлектростанции нового типа / ©Александр Рюмин/ТАСС
Большинство из нас, попадая в экзотические места как туристы, редко задумываются над тем, как там живут местные жители. Между тем, чем экзотичнее место, тем сложнее обеспечить в нем приемлемую энергетику — фундамент современного технологического общества.
Причина в том, что большинство решений в энергетике оптимизированы для крупных сетей, которые возможны только на большой земле. Обычная газовая ТЭС подсоединена к газопроводу, а сетевой газ дешев. Но что, если мы на острове, а газопровода там нет? Придется везти сжиженный газ на танкере-газовозе — а это уже поднимет цену топлива от полутора раз и более. Плюс потребуется строить хранилище для запасов. А если это Певек на Чукотке, куда значительную часть года не ходят корабли? Каким должен быть размер хранилища?
Есть решения попроще: дизель-генераторы. Но надо понимать, что электричество от них выходит много дороже (только по топливу, без учета цены самого генератора, — от 17 рублей за киловатт-час). Другой вариант — угольная мини-ТЭС, где топливо дешевле. Однако жители того же Певека на опыте Чаунской ТЭЦ прекрасно знают, что в итоге снег в округе приобретает серый цвет. Любой может догадаться, что легкие местных жителей от этого чище не становятся. За такую «дешевизну» приходится платить весомыми больничными счетами, а то и жизнями: микрочастиц от сгорания твердого топлива много больше, чем при сжигании солярки и тем более — природного газа.
Впрочем, забудем на минуту о Чукотке. Возьмем Гавайи — вроде бы крупную островную энергосистему, где живут 1,4 миллиона человек. Средняя стоимость электричества там — 37 центов за киловатт-час, порядка 25 рублей, а типичный месячный счет за электричество — 206 долларов, в три-четыре раза выше, чем на континенте. Причина? Местные ТЭС по американским меркам небольшие и работают на мазуте. «Эффект острова» сказывается, таким образом, даже там, где этот остров весьма велик и густонаселен.
Тот же эффект виновен в том, что проблемы малых энергосетей нельзя решить за счет обычной атомной электростанции. Сегодня мощность даже одного современного реактора АЭС — до 1-1,2 гигаватта. Ранее строили и меньшие по размеру реакторы: например, ВВЭР-440 (последний запуск нового — в 2000 году).
Однако из-за перехода на более мощные реакторы ВВЭР сегодня ВВЭР-440 или их зарубежные аналоги (в плане мощности) уже не строят. За год четырехблочная станция с энергоблоками-«тысячниками» может выработать до нескольких десятков миллиардов киловатт-часов, потому что экономичнее всего для АЭС работать в режиме 24 часов в сутки на полной мощности: ведь ядра атомов в «таблетках» с топливом внутри тепловыделяющих элементов делятся непрерывно, их нельзя «выключить», пока в сети нет спроса. Десять миллиардов киловатт-часов в год — это один процент потребления электричества в такой стране, как Россия. Очевидно, в «островных» или северных малых энергосистемах столько энергии будет некуда девать.
Наконец, на обычных АЭС отработанное ядерное топливо сначала надо долго выдерживать в бассейне охлаждения, пока его температура не упадет достаточно, чтобы топливо можно было вывозить на дальнейшую переработку. Такая инфраструктура требует места, обученного персонала, обеспечения требований безопасности, поэтому тоже не слишком подходит для изолированных и удаленных территорий.
Атом на гусеницах и колесах В начале 1960-х в СССР была создана так называемая ТЭС-3. Вопреки названию, это не тепловая, а транспортабельная электростанция —полноценная АЭС тепловой мощностью на 8,8 мегаватта. Ее разместили на шасси четырех тяжелых танков Т-10 — только лишенных брони и удлиненных, чтобы вместить все необходимое. Реактор сделали в виде компактного цилиндра диаметром в две трети метра, помещенного в свинцовый стакан.
ТЭС-3 на удлиненном шасси тяжелого танка Т-10
На ходу мини-АЭС не работала: после прибытия на место и соединения всех четырех машин трубопроводами поверх свинцовой защиты заливали воду, тем самым создавая внешний контур, который не только обеспечивал отвод тепла, но и резко снижал «вылет» нейтронов за пределы реактора. К тому же во время работы все четыре машины АЭС должны были находиться в бетонных или земляных защитных капонирах. Система оказалась довольно дорогой на фоне дизель-генераторов, поэтому от нее отказались.
ТЭС-3 на месте работы. Гусеницы танкового шасси закрыты заслонками, чтобы снизить потерю тепла от систем мини-АЭС
Однако оставалось еще одно окно для атомных реакторов — в обеспечении электричеством небольших геологических партий на Крайнем Севере и иных удаленных местах. Для этого в 1980-х в СССР создали «Памир-630Д»: цифра в названии означала электрическую мощность, равную 630 киловаттам.
«Памир-630Д» по электрической мощности лишь вдвое превосходил механическую мощность мазовского многоосного тягача, который его перемещал. Зато дозаправка ему требовалась раз в несколько месяцев
В тундре чистую пресную воду зачастую взять негде, поэтому для охлаждения нового реактора — теперь уже на автомобильном многоосном шасси — выбрали совершенно фантастическую жидкость на основе тетраоксида азота (ракетный окислитель высокой токсичности). В итоге один сотрудник погиб еще на этапе испытаний нового мобильного атомного реактора. В конечном счете от уже испытанной конструкции отказались.
Несамоходное плавание С технико-экономической точки зрения у всех этих проектов были большие проблемы. Дело в том, что атомный киловатт-час от слишком малых станций выходит очень уж дорогим. При уменьшении линейных размеров реактора вдвое площадь его стенок снижается вчетверо, а объем — в восемь раз. Значит, удельная материалоемкость резко повышается — а с ней растет цена вырабатываемой электроэнергии.
Мощность «Памира» или ТЭС-3 была столь мала, что там сработал именно такой эффект: удельная материалоемкость и цена зашкаливали. Дизельные мобильные генераторы не нуждались в толстой свинцовой защите или экзотическом (и небезопасном) ракетном окислителе, отчего выигрывали не только в простоте конструкции, но и в цене.
Поэтому, подойдя к проблеме на новом технологическом уровне, в 2006 году конструкторы «Росатома» решили воспользоваться другим путем. Во-первых, не создавать принципиально новую конструкцию реактора: они взяли за основу пару ледокольных реакторов — для начала КЛТ-40.
Лихтеровоз «Севморпуть» с атомным реактором на борту плавает с 1988 года. Это крупнейшее невоенное судно с атомным источником энергии на борту: его водоизмещение 62 тысячи тонн
Это надежная конструкция, которая работает в Арктике не один десяток лет: такие стояли и стоят на ледоколах и атомном лихтеровозе «Севморпуть». Его электрическая мощность — 35 мегаватт, в десятки раз больше «Памира» или ТЭС-3, что позволило серьезно улучшить экономику проекта. Решение использовать ледокольный реактор, кроме прочего, позволило заметно сэкономить на НИОКР.
Во-вторых, разработчики разместили новую мобильную атомную электростанцию на несамоходном судне — по сути, огромной барже. В случае первой плавучей атомной теплоэлектростанции, ПАТЭС: ее плавучий энергоблок «Академик Ломоносов» длиной в 144 метра, шириной — в 30 метров и водоизмещением — в 21 тысячу тонн. На нем размещено два реактора КЛТ-40С общей чистой электрической мощностью до 70 мегаватт.
Несамоходность позволила сэкономить место для систем АЭС, да и в любом случае отправлять в море судно придется не чаще раза в 10-12 лет — именно столько назначено между циклами ремонтов оборудования судна. Сама частичная замена ядерного топлива там будет происходить раз в три-четыре года, но ее проведут прямо на борту плавучего энергоблока «Академик Ломоносов», что позволит минимизировать время, когда ПАТЭС не сможет снабжать жителей ближайших населенных пунктов теплом и электричеством.
«Академик Ломоносов» изнутри
Кстати, ремонт проведут так же, как у ледоколов, на судоремонтных заводах. Весь персонал станции предполагается размещать на борту того же несамоходного судна, в жилой зоне на корме. Дело в том, что его большие размеры и масса позволяют использовать полноценную радиационную защиту — такую же, как на ледоколах, при которой опасности избыточного облучения экипажа не существует. А размещение на судне, где предусмотрены спортивный зал, бассейн, сауна, баня и даже магазин с прачечной, способно существенно повысить комфорт работы энергетиков.
Дно и борта «Академика Ломоносова» — двойные, что повышает его устойчивость к любым возможным повреждениям или терактам. К тому же на месте постоянной эксплуатации его защищает специальный мол-причал. В случае Певека, где работает плавучий энергоблок «Академик Ломоносов», защита будет работать против льдов. На тропических изолированных островах она дополнительно защитит от тайфунов и цунами.
Что важно, «Росатом» не планирует останавливаться на достигнутом. Там уже создали новый реактор для ледоколов — РИТМ-200 — и работают над еще более мощным РИТМ-400. Все они могут быть установлены на следующих ПАТЭС.
РИТМ-200М («М» — модификация для плавучих АЭС) сильно отличается от КЛТ-40С: в нем парогенераторы установлены прямо в корпусе реактора, что позволило сделать реактор намного компактнее. Если КЛТ-40С имеет размеры 12×17,2×12 метров при массе в 3800 тонн, то РИТМ-200М — лишь 6×13,2×15,5 метра при массе в 2200 тонн. Сокращение материалоемкости означает и снижение (при серийном выпуске) стоимости изделия.
Первый заместитель гендиректора АО «ОКБМ имени И. И. Африкантова», где проектируют ледокольные реакторы, Виталий Петрунин особо подчеркивает: «Если заменить реактор КЛТ-40С, который установлен на первой ПАТЭС, реактором РИТМ-200М и оптимизировать плавучий энергоблок, то водоизмещение уменьшится почти в два раза — с 21 до 12 тысяч тонн». Естественно, такая ПАТЭС будет заметно дешевле плавэнергоблока «Академик Ломоносов».
Реактор РИТМ-200
При этом РИТМ-200М мощнее предшественника: электрическая мощность одного такого реактора достигает 50 мегаватт. То есть одна ПАТЭС с двумя подобными реакторами сможет дать до 100 мегаватт мощности вместо 70 у «Академика Ломоносова». Следовательно, стоимость выработки киловатт-часа может ощутимо упасть.
В ту же сторону снижения цены эксплуатации играет то, что у РИТМ-200М перерывы между ремонтами увеличены по сравнению с КЛТ-40С.
Что это означает на практике? Дело в том, что во многих изолированных энергосистемах максимальная мощность АЭС значительную часть суток не востребована. Это на большой земле ночью электричество можно перебросить в другой регион, где на ночь остановили ТЭС: на острове или в Певеке такой «сетевой маневр» не сработает, а потребителей ночью здесь очень мало. Изначально ледокольный принцип работы реактора дает возможность маневров с его выработкой: и если их использовать, то срок работы РИТМ-200М до ремонта может быть увеличен до 20 лет вместо прежних 10-12 лет.
РИТМ-200 исходно создали для нового поколения ледоколов, но планируется и его использование и для создания новых транспортабельных атомных теплоэлектростанций
Но и это не все. Ряду островов нужно куда больше, чем даже 100 мегаватт мощности от одной ПАТЭС с двумя реакторами РИТМ-200М. Конечно, можно заказать сразу два плавучих энергоблока — но это повышает стоимость.
В связи с созданием крупнейшего в мире ледокола «Лидер» в России разрабатывают реактор РИТМ-400 — и его электрическая мощность составит не 50, а около 110 мегаватт: то есть одна ПАТЭС с парой таких реакторов даст до 220 мегаватт мощности. Габариты нового реактора —8,2×9×17 метров против 6×13,2×15,5 метра у РИТМ-200М, а масса — 4000 тонн против 2200 тонн у предшественника. Значит, по массе конструкций на единицу мощности РИТМ-400 на 20% эффективнее (примерно 33 тонны на мегаватт мощности против 40 тонн массы на мегаватт у РИТМ-200М). Соответственно, и цена его киловатт-часа будет заметно ниже.
Стоит отметить, что, помимо электричества, ПАТЭС производит много тепла. В случае Певека «Академик Ломоносов» будет обеспечивать отопление городу, отдавая в его теплосети то низкопотенциальное тепло, которое нельзя экономически эффективно использовать для электрогенерации и которое обычно рассеивается АЭС в атмосферу. Поскольку вода для этого берется из второго контура, никакой радиационной опасности попутно не возникает — как и в случае теплоснабжения от атомных станций, десятилетиями работающего в российских городках атомщиков.
Что это даст Возникает закономерный вопрос: каковы рыночные перспективы ПАТЭС? Да, для Крайнего Севера России решение кажется более чем оправданным. Уголь ведет к преждевременной гибели примерно одного человека на 100 миллионов киловатт-часов генерации — и это в случае развитых стран, а для развивающихся отраслевые специалисты говорят об одной смерти на 10 миллионов киловатт-часов выработки.
ПАТЭС имеет заметный запас сейсмической устойчивости
Как уже писал Naked Science, из 52 тысяч американцев, преждевременно умирающих из-за работы тепловых электростанций ежегодно, подавляющее большинство становятся жертвами именно угольных ТЭС. То есть потенциально даже первая ПАТЭС «Академик Ломоносов« спасает не менее трех жизней в год, а ПАТЭС на РИТМ-200М — не менее пяти за тот же срок. Еще десятки избегут легочных и сердечных заболеваний, вызываемых микрочастицами угля.
Но что с зарубежными заказчиками? Пригодится ли большая тепловая мощность ПАТЭС в тропическом климате, на далеких островах? Окажется ли проект конкурентоспособным в теплых регионах планеты?
Оценочная стоимость первой ПАТЭС «Академик Ломоносов» — до пяти раз выше, чем у угольной ТЭС, и даже несколько выше, чем у крупных дизельных электростанций. Но при этом в киловатт-часе тепловой станции основную долю занимает топливо, а у АЭС лишь малая часть цены электричества приходится на него. Поэтому лобовое сравнение такого рода не вполне корректно.
К тому же, как мы отмечали выше, с использованием новых реакторов РИТМ-200М водоизмещение судна, где базируется энергетический остров, может сократиться в полтора раза вместе с ее стоимостью, а мощность при этом в полтора раза вырастет. Из этого видно, что потенциально стоимость энергии ПАТЭС никак не сможет быть такой же высокой, как у дизельных генераторов, и она вполне конкурентоспособна на фоне гавайских ТЭС с их 37 центами за киловатт-час. Еще вернее это в том случае, если ПАТЭС начнут делать на базе РИТМ-400, с меньшей удельной материалоемкостью.
Разумеется, это не значит, что ПАТЭС будут строить на Гавайях: США довольно жестко регламентируют, кто и с чем может войти на их рынок. И очевидно, что допускать туда такого игрока, как «Росатом», они не намерены по чисто политическим причинам. Но вот многие государства Океании, Латинской Америки и Африки своих игроков атомной отрасли не имеют, а западные компании просто не предлагают такого мобильного продукта с мощностью атомной станции в 100-220 мегаватт. Даже наземные серийные АЭС подобной мощности вне России существуют лишь на бумаге, в виде эскизных проектов.
Перед такими странами будет стоять довольно простой выбор: либо более дорогие малые ТЭС на углеводородах, либо такие же по цене киловатт-часа, но куда более «грязные» угольные ТЭС. А ведь если речь идет о зонах с развитым туризмом, «угольный шлейф» способен серьезно навредить местной экономике. Туристы редко любят грязный воздух, да и климатическая озабоченность населения западных стран (где особенно распространен зарубежный туризм) постоянно растет. В таких условиях у ПАТЭС есть заметные шансы на успех.
Как ни странно, может пригодиться даже их низкопотенциальное тепло, которое на Крайнем Севере пускают на подогрев воды и отопление домов. Многие тропические зоны не имеют устойчивых источников пресной воды — особенно в сухой сезон. В зависимости от температуры забираемой воды и некоторых других факторов тепло от ПАТЭС на базе плавучего энергоблока «Академик Ломоносов», по расчетам, позволяет опреснить от 40 до 240 тысяч кубометров морской воды в сутки. При использовании РИТМов этот объем может быть куда больше.
Принцип такого опреснения прост: перегретая вода второго контура испаряет морскую воду через теплообменник. Водяной пар конденсируют на выходе опреснительной установки, а недоиспарившийся рассол сливают обратно в море, благо его объемы там будут в прямом смысле лишь каплей.
Почему зеленые атакуют ПАТЭС Еще в 2017 году российское отделение Гринписа пыталось помешать работам на строящемся «Академике Ломоносове», заявляя: «Аварии на любых АЭС могут иметь очень серьезные последствия, а в случае с плавучей АЭС к списку угроз добавляется особая уязвимость к стихии и террористическим атакам. Операция по загрузке топлива и запуску реакторов фактически в центре города подвергает горожан неоправданному риску, город не готов к возможным экстренным ситуациям такого рода».
На первый взгляд, ситуация выглядит странно. В мире известна только одна авария на АЭС, которая привела к неоспоримым человеческим жертвам, — Чернобыльская, о которой Naked Science подробно писал ранее.
Напомним: по углю число преждевременных смертей начинается от одной на 100 миллионов киловатт-часов выработанного на нем электричества. В то же время сегодняшние АЭС, где технологические усовершенствования радикально подняли уровень безопасности, вообще не вызывают преждевременных смертей — ни одной в год.
Выдуманные опасности загрузки топлива в реактор, которые озвучили гринписовцы, еще ни разу в истории не сопровождались реальными угрозами для жизни и здоровья. Но разве это может остановить того, кто ничего не знает об атомной энергетике, но всей душой против нее?
Почему же Гринпис против ПАТЭС, если единственная альтернатива этому во многих местах, типа того же Крайнего Севера и далеких островов, — все тот же уголь? Или же дрова и биотопливо для ТЭС, дающие еще больше микрочастиц и еще более высокую смертность, чем уголь. Отчего гринписовцев беспокоит стандартная процедура погрузки топлива в центре города, но не сжигание угля, до сих пор стабильно идущее в центре огромного числа городов?
Да что уголь. В центре Санкт-Петербурга есть работающий исследовательский атомный реактор и вокруг него стоят жилые дома. Почему Гринпис не беспокоят они? Почему он не протестовал против прежних загрузок ядерного топлива на суда с ледокольными реакторами на том же Балтийском заводе?
Наиболее вероятный ответ на этот вопрос таков: Гринпис, к сожалению, плохо знаком с данными по опасности разных видов электрогенерации и вообще слабо представляет себе технические основы устройства атомной отрасли. Это легко видеть из его опасений по загрузке атомного топлива: за всю историю атомной индустрии на таких операциях не погиб ни один человек. Гринписовцы правы, когда говорят про загрузку топлива на ПАТЭС, что «город не готов к возможным экстренным ситуациям такого рода». Правы по той простой причине, что при погрузке топлива в истории еще не было случаев, создающих угрозу здоровью или жизни людей. Никакой город не может быть готов к угрозе, которой не существует.
Источник
submitted by postmaster_ru to Popular_Science_Ru [link] [comments]


2020.09.19 06:57 Alex_Jew X сделали перепланировку дома как узаконить 2016

Мария Певчих - самая непубличная сотрудница Фонда борьбы с коррупцией, при этом она занимает ключевую должность, возглавляя в ФБК отдел расследований. Певчих - автор или соавтор едва ли не всех расследований, выходивших в блоге политика с 2011 года.
https://preview.redd.it/5shx2kzrw1o51.jpg?width=976&format=pjpg&auto=webp&s=3cf169335b7650df783bc974b2f2b4de21292bbf
Она была вместе с Алексеем Навальным в Новосибирске и Томске, где политик был отравлен. Вместе с соратниками она нашла в томском номере отеля Навального ту самую пластиковую бутылку, которая затем позволила немецким экспертам установить: оппозиционера отравили веществом из группы "Новичок".
Корреспондент Би-би-си Андрей Козенко поговорил с Марией Певчих о том, как ФБК делает свои расследования, о дне, когда отравили Алексея Навального, и том, как тот чувствует себя сейчас.
Би-би-си: Расскажи о себе. Чем ты занималась до того, как пришла работать к Алексею Навальному.
Мария Певчих: Меня зовут Мария Певчих, я возглавляю отдел расследований в Фонде борьбы с коррупцией. Меня набрали по объявлению, как это принято говорить. Я училась на соцфаке МГУ, потом в Лондонской школе экономики - политологии. Жила обычной жизнью, работала.
ФБК уже почти месяц работает без Алексея Навального
Так как по специальности я политолог, то интерес к российской политической жизни у меня всегда был. Как любой образованный и следящий за новостями человек, конечно, в 2009-2010 году читала "Живой журнал" Алексея Навального. У него был классный ЖЖ - все его читали. Там было весело и круто написано про такие достаточно сложные вещи, как коррупция и другие такие преступления. Я его читала как публициста - вместе со всеми.
А потом он опубликовал у себя же в ЖЖ объявление о наборе юриста в новый проект "РосПил".
Би-би-си: Это когда у Навального появились первые сотрудники? Например, Любовь Соболь.
М.П.: Да, по этому объявлению и взяли Любу Соболь, а меня не взяли. Потому что никаким юристом я не являюсь и в госзакупках понимаю мало. Но мы с Алексеем познакомились и решили придумать что-то еще. И этим чем-то еще оказался отдел расследований.
Би-би-си: И с чего вы начали?
М.П.: В "РосПиле" были юристы, которые занимались госзакупками. Это абсолютно специфический, достаточно узкий навык, которого у меня нет, - сидеть и читать какую-нибудь закупочную документацию с какими-то техническими характеристиками и сравнивать: допустим, этот томограф больница купила за сто рублей, а сколько он стоит на самом деле? Можно ли было его купить за сорок рублей в каком-нибудь другом месте - и так далее. Дальше эти ребята направляли жалобы в ФАС, судились - закупки после этого отменяли или не отменяли.
Я начала работать по более классическим, именно расследовательским кейсам. Ну то есть, грубо говоря, вот какая-то очевидная махинация, что-то выглядит сильно не так или просто плохо - и нужно разобраться, кто на этом зарабатывает.
Би-би-си: Давай немного конкретизируем. Какой была первая махинация, которой ты занималась?
М.П.: Когда я только пришла, был уже знаменитый кейс про буровые установки и ВТБ. Мы этот кейс анализировали, доделывали, Алексей очень долго этим занимался. Его авторство я себе ни в коем случае не приписываю.
Би-би-си: Назови те расследования, в которых ты принимала непосредственное участие, и про которые тебе хочется вспомнить и сейчас.
М.П.: Ого! Ну, это как, я не знаю, выбрать любимого ребенка или что-то такое - это невозможно абсолютно. Если вы видели наши расследования на YouTube в канале Алексея Навального, то я имею к этому то или иное отношение.
Не могу выбрать любимое, но, естественно, конечно, просится 45-минутный фильм про Медведева "Он вам не Димон" - наш самый известный и большой фильм. Важный с точки зрения того, что он сделал для политики, общества и для людей.
Половина людей, которые сейчас работают в ФБК и штабах Навального, пришли и начали у нас работать, потому что они так впечатлились тем, что увидели - и не смогли остаться в стороне.
Фильм \"Он вам не Димон\" обернулся протестами в крупных российских городах
Но, если честно, это даже не самое любимое и не самое дорогое, что я когда-либо сделала. Мне, как правило, нравятся какие-то абсолютно дурацкие и глупые расследования типа Насти Рыбки из эскортных услуг, которая плавала на яхте, и у нее случайно в кадр попал чиновник Приходько. Непубличный чиновник, которого я узнала абсолютно случайным образом. Когда-то мы снимали кооператив "Сосны" в Подмосковье: там живут единороссы через забор друг от друга: дворец-дворец-дворец - и один из них был Приходько. Я тогда просто вырезала его фотографию и узнала на этой яхте.
Так что мне нравятся такие, достаточно неочевидные и необычные расследования, которые чуть-чуть выходят за рамки стандартных. Чтобы не только скучная документация, анализ отчетности и сравнения циферки с циферкой. Такое мы тоже делаем, но вот самые мои любимцы - они, как правило, такие.
Ради "эврики" я перелистываю документы Би-би-си: Мария, а скажи, пожалуйста, как вы выбираете героев для расследований? Условно сенатор N выступил с предложением запретить россиянам вообще все, вы сидите в ФБК и думаете: а давай-ка мы, сенатор N, посмотрим, что у тебя есть? Или же Алексей Навальный приходит с инициативой "давайте вот этого жулика разгромим" или же это ты приходишь с такой инициативой? Или же, как говорят конспирологи, вы расследуете одну крупную корпорацию, потому что ее заказала другая корпорация?
М.П.: Чаще всего это, конечно, Алексей, который фонтанирует идеями, кого мы должны срочно расследовать. Это бесконечный процесс: есть такая идея, другая, третья - и мы постоянно пытаемся за что-то зацепиться. Но мы все-таки очень давно вместе работаем и с коллегой моим Жорой Албуровым уже более-менее научились предугадывать желания, повестку и то, что понравится аудитории, а что не понравится. Хотелось бы верить, что у нас уже есть какая-то собственная интуиция, что мы сейчас уже сами понимаем, что сейчас правильный момент, чтобы посмотреть на этого человека, а завтра - на другого.
Би-би-си: Как выглядит работа отдела расследований, что ты там делаешь как руководитель?
М.П.: Отдел работает с помощью любого мессенджера - вставьте любое название, - где мы переписываемся и шлем друг другу скриншотики, когда каждый копается в какой-то своей независимой истории.
Моя работа заключается в том, что я несу ответственность за все, что называется расследованием Фонда борьбы с коррупцией, за фактологическую часть в первую очередь. Я непосредственно расследую сама, и самое большое удовольствие, которое я получаю от собственной работы, - оно в тот момент, когда я что-то долго ищу, а потом нахожу, и это, безусловно, моя самая-самая любимая часть. Если бы можно делать только это, я бы делала только это.
Ну а потом уже как руководитель отдела я отвечаю и за чужую работу: помогаю что-то доделывать, дорасследовать. Ну а потом ту фактуру, которую мы нашли, я аккуратненько складываю, причесываю и вместе с Алексеем пишу сценарий.
Би-би-си: Я могу себе представить, как работает следователь - я видел это в детективах.А как работаешь ты? То есть сидишь, перелистываешь тысячи страниц документов с тем, чтобы на тысяча первой сказать "эврика"?
М.П.: И я счастлива в этот момент, да. Ради этой "эврики" я и сижу и перелистываю документы, и это ужасно такая гиковская, наверное, черта, которая есть во мне, и я так думаю, что во всех журналистах-расследователях - абсолютно точно. Действительно, мне очень нравится работать с большими объемами данных, мне очень нравится копать истории, в которых сначала кажется, что ничего невозможно найти, а потом ты что-то находишь - и, конечно, вот он этот момент, вот он!
Би-би-си: А твое участие в расследованиях часто подразумевает поездки, с Навальным или без Навального, по России?
М.П.: Конечно. Если это не ролик, который записан в студии, а что-то чуть более сложное, снятое на улице или где-то еще, то с вероятностью, близкой к ста процентам, я на этих съемках присутствовала и непосредственно участвовала.
15 августа 2020 года Мария Певчих занималась расследованием о главных застройщиках - и кандидатах в депутаты - Новосибирска
Би-би-си: И с Навальным, получается, ты тоже ездила раньше часто?
М.П.: Да, конечно.
Би-би-си: Вы приехали в командировку на три дня. В Россию или нет. Твоя работа в эти три дня будет заключаться в чем?
М.П.: У меня есть сценарий будущего ролика, написанный и потом отредактированный Алексеем - разбитый на какие-то сцены. Моя работа заключается в том, чтобы найти симпатичное место, с которого это можно снять. В том, чтобы удостовериться, что все фрагменты записаны правильно, что все пролеты на дроне сняты, что мы потом это все можем сложить и смонтировать. Наверное, эту часть работы можно назвать продюсерской, но это не отменяет предыдущую расследовательскую часть, а потом ту часть, которая связана с монтажом и с финальной картинкой, которую видят все на YouTube.
Би-би-си: В Новосибирск и Томск ты поехала делать всю ту же самую работу?
М.П.: Да, свою работу в самом-самом чистом виде.
Би-би-си: Ты полетела туда из Москвы?
М.П.: Да.
"Нет сомнений, что сейчас этих бутылок и след бы простыл" Би-би-си: Давай вернемся к тому утру. Расскажи, как вы узнали, что Алексей был отравлен и что произошло сразу после этого - ваши первые действия. Вы не провожали его в аэропорт, он уехал сам?
М.П.: Нет, мы остались на день дольше с нашими коллегами, потому что надо было доделать то, что мы не успели в предыдущие три дня в Томске. Какие-то подсъемы, надо было полетать на дроне; надо было начинать работать над следующим кейсом, потому что мы должны были проехать еще по нескольким городам...
и-би-си: В которых проходило ваше "Умное голосование"?
М.П.: Даже не обязательно... Нам надо было проехать по нескольким городам, где были выборы и где есть какая-то интересная политическая история, которую можно рассказать. То есть не только "посмотрите, чиновник, а вот его дача, а вот его "Бентли", а вот его часы", а что-то такое... чуть больше контекста, чуть-чуть больше истории региона. Мы хотели показать, что настоящая политика - это не только Путин, Кремль и всякие московские министры, а еще и региональные думы, городские советы, и это все не менее интересно и важно.
13 сентября в российских регионах прошли местные выборы
Наш план был такой - это было как конвейер условно: мы забирали Алексея ровно на столько, на сколько он нужен для съемок, он уезжал, мы оставались, делали следующее расследование, ехали в следующий город, ждали его... Нам надо было выпустить очень много всего в очень короткие сроки.
Би-би-си: Итак, утро, Томск. Что там было?
М.П.: Мы завтракали внизу в ресторане, он прямо при гостинице. Печально известной гостинице Xander. У моего коллеги Жоры есть странное хобби - он очень увлекается самолетами.
Гостиница Xander в Томске
Би-би-си: То есть он просто отслеживал по FlightRadar то, как летел самолет с Алексеем?
М.П.: Да, без какой-либо причины на это. Он просто так делает. Он отслеживает мои самолеты, Алексея, вообще любые.
Он делал ровно это, заметил, что самолет приземлился в Омске и написал какую-то смешную смску Кире [Ярмыш], типа: "Ну че, пацаны, как там Омск?". Подозревая, видимо, что у них что-то сломалось - сработал какой-то датчик на аварийную посадку, ну как это периодически бывает.
Кира некоторое время не отвечала, а потом написала, что Алексею стало плохо в самолете, он потерял сознание… Я уже не помню содержание этого всего... В "Твиттере" все появилось приблизительно тогда же. Алексей, похоже, в коме, его на реанимобиле забрали прямо от трапа самолета и повезли в больницу.
Би-би-си: Как мы узнали в последующие несколько дней, было много опций, где Алексея Навального в теории могли бы отравить. Это и чай в кафе аэропорта, это прикосновения в большой толпе - ведь из Томска одновременно улетали три самолета в Москву, было много опций. Вы, как мы узнали из опубликованного 17 сентября видео, сразу бросились в номер Алексея в гостинице. Как было принято такое решение?
М.П.: Такое решение даже не нужно было принимать - оно абсолютно очевидное, и это единственное, что мы могли сделать в той ситуации. Есть Алексей, здоровый человек, за которым мы наблюдали еще и предыдущие несколько дней в Новосибирске и Томске. И есть очень неприятное видео из самолета, где видно только сидения и слышен его крик. Дальше объяснять было ничего не нужно. Здоровые люди не попадают в кому просто так, у него нет диабета, у него нет никаких заболеваний, которые могли бы привести к этому. Нам было понятно, что что-то сильно не так. И естественно, это Россия. Отравление здесь - это, к моему огромному ужасу, почти норма. С некоторыми людьми это случалось дважды. А если речь идет об отравлении, то значит, у этого могли остаться следы.
"Обернулся и увидел, что Алексей лежит". Рассказ летевшего с Навальным пассажира
Би-би-си: Что вы делали в этом номере, легко ли туда попали?
М.П.: Нас не то чтобы суперлегко пустили, но при этом мы не прорывались через кордоны или еще что-то такое. Мы объяснили ситуацию - и попали туда. С нами была администратор гостиницы. Какое-то время нас не пускали, мы устроили небольшое дежурство перед номером, чтобы туда не пускали никого - буквально в пустом коридоре поставили стул и сидели по очереди.
В итоге мы зашли, все это было достаточно буднично, мы не обсуждали: сейчас мы откроем дверь, ты пойдешь туда, а я пойду туда, и так далее, нет. Мы зашли, мы додумались взять перчатки, спасибо коронавирусу, теперь они есть у всех с собой всегда. Открыли дверь и стали снимать все, что попадает в кадр. Фрагмент этого сегодня был выложен в "Инстаграме".
Би-би-си: То есть вы собирали все, что потенциально может иметь какую-то ценность?
М.П.: Да, к чему человек мог притрагиваться.
Би-би-си: Я видел фрагмент ток-шоу на Первом канале, где ведущий сказал, что вы заблюрили часы на тумбочке, чтобы никто не смог увидеть, сколько времени, а это значит, что видео было сделано раньше, чем стало известно про отравление!
М.П.: Очевидно, что мы не блюрили эти часы. Я думаю, что "гениальные" продюсеры и отвратительный ведущий Первого канала, которые получают свои гигантские деньги совершенно непонятно за что, сами сделали этот смазанный скриншот, сами заблюрили, сами обсудили в студии и поохали. Достаточно просто зайти в "Инстаграм" и посмотреть следующий кадр этого видео, чтобы увидеть, что там ничего не заблюрено.
Отравление Навального: научный разбор (видео)
Ну и в 2020 году достаточно странно думать, что на видео можно что-то скрыть. У них есть исходные данные, метаданные. Можно посмотреть, когда было снято видео и сопоставить, что на часах то же самое время.
Би-би-си: В итоге вы из Томска направились в Омск. Каким способом и с какими мерами предосторожности?
М.П.: Из Томска в Омск не летают самолеты. Я это узнала совершенно недавно, это кажется крайне нелогичным, но это факт. Мы доехали на машине до Новосибирска, а оттуда уже полетели на самолете.
Би-би-си: Все эти бутылки из-под воды - всё, что вы собрали в номере - оно было с вами? В ручной клади, в багаже или как?
М.П.: Оно было стратегически расфасовано в разных местах, потому что мы понимали, что, несмотря ни на что, эти бутылки - просто бутылки, ничего значимого. Но есть микроскопический шанс, что они окажутся ценными. Не забери мы их из Томска, они стали бы мусором. Нет никаких сомнений, что сейчас этих бутылок и след бы простыл.
Но мы понимали: есть микроскопические шансы, что они окажутся полезными. А еще более микроскопические, что мы их привезем, покажем и передадим.
"Не мы должны это расследовать!" Би-би-си: Вы изначально планировали делиться этими материалами с российскими врачами? Или нет?
М.П.: У российских врачей 48 часов был сам Алексей, у которого, насколько мы знаем из их бесконечных пресс-релизов, выступлений, постов в "Фейсбуке" и выступлений на радио, были все анализы, которые нужны. Одна-другая бутылка не играет для российских врачей никакой роли, когда у них есть человек, у которого эти анализы можно взять и с гораздо большей степенью точности все определить.
Я не понимаю всего этого хайпа вокруг этой бутылки, потому что ее смысловая нагрузка достаточно маленькая. На ней нашли остаточные частицы "Новичка" - боевого отравляющего вещества. И это же вещество нашли в организме Алексея Навального три независимые друг от друга лаборатории.
Instagram пост , автор: navalny
Насколько я понимаю, единственная польза от этой бутылки - она позволяет приблизительно понять, когда он был отравлен. И это произошло раньше, чем он приехал в аэропорт.
Я очень надеюсь, что когда-то мы узнаем, как был отравлен Алексей. Но сейчас у нас нет даже малейшего представления об этом. Не мы должны это расследовать!
Би-би-си: Две обсуждавшиеся конспирологические теории: улетела ли ты с Алексеем на частном самолете сразу сюда в Германию? И каким способом ты передала немецким специалистам биоматериалы - ту самую бутылку?
М.П.: Про самолет - это правда. Я действительно улетела на том самом медицинском борте, который увез Алексея. И эти бутылки злосчастные улетели вместе с нами.
Алексея Навального доставили в берлинскую больницу \"Шарите\" в коме
На этом самолете была Юля Навальная. Семье требовалось некое сопровождающее лицо, этим лицом оказалась я. Вот и все.
"Для спецслужб я родной человек" Би-би-си: Прошло несколько дней, наверное, больше недели. В издании "Правда.ру" появляется довольно подробный текст, и первое, что бросается в глаза - это твое имя. Я точно знаю, что ты предпочитала его не афишировать. Как ты думаешь, как они тебя вычислили и сконцентрировались именно на тебе?
М.П.: Хочу поправить тебя. Я себя скрывала не очень усиленно. Сам факт нашего знакомства с тобой и с твоими коллегами несколько подрывает теорию о моей огромной таинственности.
Меня знали абсолютно все в офисе. Меня знало огромное количество людей из журналистской среды. Когда я в Москве - я хожу каждый день на работу в офис. В тот самый офис, где проходят обыски. У меня есть карточка, на которой написаны мои имя и фамилия, я ее каждый день прикладываю к турникету и прохожу через него. Поэтому тот факт, что я как-то связана с ФБК, являлся секретом только для очень широкой публики - и этот секрет не стоил выеденного яйца. Это был мой личный выбор и желание избежать какой-либо публичности.
Ну а плохие люди, которые следят за ФБК - представители всяких там спецслужб, люди, которые ставят нам в офис прослушку, которые, как наружка, непрерывно за нами ходят - ну я для них родной человек. Можно посмотреть все эти помоечные телеграмм-каналы или RT: когда началась вся эта эпопея со мной, было очень мало моих фотографий. Ну а наполнять-то видео чем-то нужно, поэтому все и выкладывали фотографии с наружного наблюдения. Очень странные снимки, они выглядят довольно крипово - все сделаны на улице: я всегда не смотрела в кадр и двигалась как-то странно. Это было наружное наблюдение.
Я узнавала и совсем старые видео, и более свежие - прошлогодние, когда приезжала в отпуск в Москву со своими подружками. Мы ходили там в Кремль, мавзолей и в баню, а наружное наблюдение ходило за нами!
То есть существовали какие-то кадровые сотрудники, которые занимались тем, что снимали, как я просто выхожу из дома или захожу в метро. Они накопили эту папочку, расчехлили и отдали в те мусорные СМИ, которые и публиковали их.
Би-би-си: Там писали, что у тебя есть сеть книжных магазинов в Англии и Австралии, что ты проходишь подготовку вместе с "морскими котиками". Хочешь как-то прокомментировать это?
М.П.: Ну, я могу это прокомментировать, только это абсолютно смешно. Там не было ни слова правды. Я прочитала и подумала: блин, какая я офигенная. Там совпадают какие-то микроскопические детали из пресс-релиза МГУ, а все остальное просто удивительное, я хотела бы посмотреть на человека, который все это писал. Сеть книжных магазинов в Австралии! Но я даже никогда не была в Австралии. Как вы это придумали, объясните мне, пожалуйста!
Би-би-си: Но надо признать: началось все со СМИ, чью репутацию сложно назвать однозначной, но теперь твое имя упоминают чиновники МИДа, а Следственный комитет, если я правильно понял, пока ехал на интервью, хотел бы опросить тебя.
М.П.: Ты неправильно понял, со мной не хочет поговорить Следственный комитет. Со мной хочет поговорить томская транспортная полиция. Да и то, "хотят говорить" - это очень условно. Томская транспортная полиция действительно опрашивала тех, кто был в этой поездке, но происходило это через день после того, как мы улетели. Коллеги, с которыми успели поговорить, потом рассказывали, что это было смешно. Их спрашивали: "Вы заметили что-нибудь подозрительное? Нет? Ну, вы свободны".
Омские врачи не сразу дали согласие на транспортировку Навального в Германию - соратники политика считают, что российские власти таким образом пытались скрыть следы отравления
И сейчас то, что происходит с моим якобы уклонением от общения со Следственным комитетом - это уже перевранная много раз информация. Во-первых, не СК, а томская полиция, во-вторых, не допрос, а опрос - это две огромные разницы. Для допроса требуется дело, которого нет уже почти месяц. А юридических последствий от ухода от опроса никаких, окурок бросить на улице - это и то более серьезное правонарушение.
Би-би-си: Не было такого, что тебе позвонили и сказали: мы из СК, хотим поговорить с вами, Мария?
М.П.: Нет, из СК нет.
Би-би-си: А ты допускаешь возможность взаимодействовать с ними?
М.П.: Зависит от формата взаимодействия, пока все выглядит достаточно паршиво. Опираясь на то, как дело подается в СМИ, ничего хорошего я от них не жду. Если бы у меня была малейшая надежда на то, что Следственный комитет вдруг каким-то чудом проснется, вместо Бастрыкина появится чудесный честный человек, который хочет докопаться до правды, а не кого-то прикрыть, я бы, конечно, с ним взаимодействовала.
Но первоочередная задача все равно остается: найти того, кто хотел убить Алексея Навального. Проблема только в том, что мы все понимаем: это не то, что они пытаются сделать, они делают что-то противоположное.
"За моей семьей в России идет целенаправленная охота" Би-би-си: Твои семья, родственники, друзья столкнулись с каким-то вниманием со стороны правоохранительных органов или кого-то еще?
М.П.: Да, хорошо, что ты задал этот вопрос - с моей семьей происходят ужасные и мерзкие вещи, которые, я считаю, нужно проговорить вслух, чтобы такого больше не произошло.
За моей семьей в России идет целенаправленная охота. За моими 85-летними бабушками гоняются какие-то пригожинские гопники, они скребутся под дверь, разговаривают с соседями в местах, где я никогда не жила, ходят за мамой. Выдумана какая-то жуткая, сумасшедшая история про моего отца, с которым я 15 лет не общаюсь - у меня родители в разводе. А его рисуют чуть ли не ключевой фигурой всего произошедшего.
https://preview.redd.it/j847segfy1o51.jpg?width=976&format=pjpg&auto=webp&s=ffe5f732dc68c2b0190edb8ba188ab4ab70d7018
То, что сейчас делают пригожинские и государственные СМИ с моими родственниками, - отвратительно, и я каждый день переполняюсь ненавистью от того, что они даже думают в этом направлении. То, что они втягивают людей, с которыми я не живу с 14 или 15-ти лет. То, что они выкладывают расшифровки переговоров с моими бабушками, - это отвратительно. Уж лучше пишите про "мои" книжные магазины, а от родственников отстаньте.
Би-би-си: Ты в обозримом будущем собираешься вернуться в Россию?
М.П.: Я, конечно, посмотрю, что и как будет развиваться, но я хочу и буду приезжать в Россию, как я постоянно делала до этого. Часть времени я провожу в Великобритании, часть в России, это комфортная для меня схема, которую я себе выстроила. Я приезжаю в Москву и на выходные, и на большие отрезки времени. Я планирую сохранить эту возможность. И меня даже задевает, что кто-то может говорить: может быть, тебе это не надо, это небезопасно. Это решаю я, у меня есть дела, которые я хочу там делать.
Я не сделала ничего плохого, ничего противозаконного, даже того, что можно было бы наказать административным штрафом. С какой стати я должна менять свою жизнь.
Би-би-си: Несколько лет назад я бы сам посмеялся над этим вопросом, но сейчас все же спрошу: ты не боишься уголовного преследования? Ведь твой сотрудник Георгий Албуров вряд ли хоть когда-то думал, что станет обвиняемым в краже. Или же ваш Руслан Шаведдинов вроде бы не планировал сделать карьеру в вооруженных силах, но он сейчас в армии - против своей воли.
М.П.: Я же не в бессознательном состоянии пришла в ФБК, я их знаю, я с ними дружу. Я видела, что происходило с Любой Соболь прошлым летом, пальцев не хватит перечислять, сколько обысков и неприятностей произошло с каждым из наших сотрудников. Будет неправильно это сказать, но все же: какая-то форма иммунитета к этому вырабатывается.
Любовь Соболь задерживают на московском протесте в августе 2019 года
Би-би-си: Сейчас ты уже видела Навального?
М.П.: Периодически хожу навещать его. Он чувствует себя достаточно хорошо, чтобы передать тебе привет - когда узнал об этом интервью. Он еще очень далеко от полного выздоровления, очень много работы впереди. Он, безусловно, понимает, что происходит. Но любой человек даже в прекрасном и добром здоровье будет долго переваривать события такого масштаба. Я думаю, это еще займет какое-то время, чтобы даже самой светлой головой это осознать, не говоря уж о том, чтобы перечитать новости за такое количество дней. Он это делает, и я надеюсь, что в ближайшее время он вернется в свое нормальное состояние.
15 сентября в \"Инстаграме\" Навального появилось его первое после отравления фото с семьей
Он провел три недели в коме. Даже обычный человек после этого переучивается многим вещам. А последствия отравления таким боевым химоружием на себе испытали только три-четыре человека в мире. Давай так: он выглядит хорошо и замечательно - по сравнению с тем, как это было в Омске.
Би-би-си: Огромный международный резонанс что-то значит для вас?
М.П.: У меня даже не было возможности подумать об этом в последний месяц. Я просто не читала новости, потому что все новости происходили прямо у меня на глазах.
В плане международного восприятия реакция сейчас беспрецедентная, но, простите, какие события, такая и реакция - человека попытались убить боевым отравляющим веществом. Где-то посреди Сибири он почти умер, и, скорее всего, умер бы в Омске, если бы его не выпустили оттуда, где какие-то непонятные люди в серых пиджаках шныряли по больнице и делали все, что угодно, кроме спасения его жизни.
отсюда
submitted by Alex_Jew to CIS_Politics [link] [comments]


2020.09.19 06:44 Alex_Jew X сделали перепланировку дома как узаконить 2016

Мы не знаем, чем это лечить Как доктора и пациенты в России бьются за препараты от коронавируса — хотя они почти никому не помогают. Расследование «Медузы». ***Длиннопост *** В начале сентября число россиян, заразившихся коронавирусом, превысило миллион. Во многих регионах страны, судя по статистике, уже начинается вторая волна эпидемии. Однако в России до сих пор никто точно не знает, как наиболее эффективно лечить пациентов. Спецкор «Медузы» Светлана Рейтер и научный редактор Александр Ершов изучили, чем лечили (и лечат) россиян от коронавируса, кто зарабатывает на противовирусных лекарствах, почему COVID-19 почти не поддается терапии — и что с этим всем делать.
https://preview.redd.it/s9kspk1bu1o51.jpg?width=980&format=pjpg&auto=webp&s=83cce6f1ac901b4b2d9895a10937c2a3b32d854e
Схватка за лекарства «За время работы в России мы ко всему привыкли, но это был шок. На пике пандемии в регионах нашим дистрибьюторам открыто говорили: не отгрузите нам достаточное количество лекарств от ковида, можете забыть про наш рынок — мы вас выдавим», — рассказывает «Медузе» источник в «Санофи», одной из крупнейших фармацевтических компаний мира.
Весной 2020 года переговоры о закупках лекарств в России были напряженными. Собеседник «Медузы» вспоминает, что Москва и Московская область «подсуетились с заявками на лекарства» первыми, зато в регионах наблюдался «бардак»: нужного объема лекарств у поставщиков уже не было, местные власти осаждали дистрибьюторов. В итоге фармкомпаниям, как они сами утверждают, приходилось изворачиваться, чтобы обеспечить всех.
Основная борьба развернулась за противомалярийный препарат гидроксихлорохин — на пике пандемии он считался главным лекарством от ковида. «Мы договорились об экстренных поставках из Европы на наш склад в течение месяца — службе логистики удалось все протащить через еле работающую в карантин таможню. Пока груз ехал, наши дистрибьюторы выкручивались, как могли: сейчас мы дадим вам меньше, потом — больше, пандемия одним месяцем не ограничится, лекарства будут нужны еще долго», — рассказывает источник «Медузы» в «Санофи».
Опрошенные «Медузой» врачи из разных российских регионов подтверждают эти слова. «Проблемы были в начале: не было лекарств», — вспоминает врач одной из барнаульских больниц, согласившийся поговорить с «Медузой» на условиях анонимности. С ним соглашается инфекционист, доцент кафедры инфекционных болезней Дагестанского государственного медицинского университета (ДГМУ) Саният Магомедова: «Начальство пыталось достать [лекарства], не получалось. Говорили, что приезжали комиссии из Москвы: «Разве вам что-то нужно? У вас по статистике летальность низкая, дополнительно ничего не требуется»». Во время пика эпидемии Саният консультировала одну из больниц Махачкалы.
Бывало, что родственникам больного приходилось покупать лекарства за свой счет — не хватало даже простейшего антибактериального средства азитромицина, рассказывает «Медузе» на условиях анонимности врач Александровской больницы в Санкт-Петербурге.
«Все знали, что где-то там, в Китае, а потом уже и в Европе есть коронавирус. По факту, никто в России не был к этому готов. Доходило до такого: в одной больнице этого лекарства завались, а в соседней — ноль, одна клиника с другой не делится. Нам коллеги из других фармкомпаний, у которых родственники в больницах лежали, писали, просили дать им возможность хоть что-то купить», — вспоминает источник «Медузы» в «Санофи».
На пике эпидемии никто не знал, что лекарства, которых так не хватало, не в состоянии победить коронавирус. Не появились они и сейчас — но все их ждут.
Из пушки по воробьям 40-летний топ-менеджер Егор заболел коронавирусной инфекцией в конце апреля. Началось с температуры: в первый день она поднялась до отметки 37,5, за четыре дня дошла до 39 и не снижалась.
Егор, решив поначалу, что он простудился после бани, лечился чаем с лимоном и медом. Когда народные средства не помогли, сделал рентгенографию грудной клетки и компьютерную томографию (КТ): исследование показало двухстороннюю пневмонию. «Из поликлиники меня отправили домой и велели вызывать врача. Дальше я весь вечер вызванивал скорую помощь. По полису ОМС [обязательного медицинского страхования] меня положили в больницу частной компании «Медси» в Красногорске — ее как раз переоборудовали под ковидную инфекционку», — рассказывает Егор.
В больнице он провел две с лишним недели, и за это время ему трижды меняли план лечения. В больничных листах, которые Егор переслал «Медузе», в качестве препаратов первого выбора указаны антибиотики широкого спектра действия — «Амоксиклав» и азитромицин. В дополнение — витамины и отхаркивающий сироп «Лазолван». Температуру этот набор скинуть не давал, и Егор, посоветовавшись с братом, попросил врачей назначить ему гидроксихлорохин — препарат, изначально созданный для профилактики и лечения малярии, ревматоидного артрита и красной волчанки.
«Брат сказал: «Максимально настаивай на том, чтобы тебе его давали». В тот момент это было самое модное лекарство от «короны». Я сказал об этом врачу: «Брат советует, может, попробуете?» И мне начали давать гидроксихлорохин», — вспоминает Егор.
Список побочных действий от гидроксихлорохина довольно большой — от обильной диареи до фатального сбоя сердечного ритма, психозов и суицидального поведения. Медбрат одной из ковидных больниц в Нижнем Новгороде в разговоре с «Медузой» вспомнил пациентку, у которой от приема гидроксихлорохина была мышечная атония: «Не просто слабость, как у многих, а прям вставать не могла».
У Егора скакало давление: «верхнее» до 160 при норме в 119. Он пил новое лекарство шесть дней, но температура так и не упала. Врачи убрали гидроксихлорохин и вернули антибиотики. «Мне честно говорили: «В принципе, мы не знаем, чем тебя лечить. Долбим как из пушки по воробьям — может, попадем», — рассказывает Егор. Мужчина все-таки вылечился: организм, сделали вывод врачи, сам победил инфекцию.
«Мы начинали работать в апреле, Минздрав только утвердил методические рекомендации, по которым гидроксихлорохин следовало использовать в качестве противовирусного средства. Были работы, которые показывали, что он может быть эффективен — слабые доказательства, но ничего другого не было. При лечении пациентов в нашем стационаре какого-либо выраженного эффекта мы не наблюдали. К тому же многим он не подходил из-за риска сердечных осложнений, — рассказывает Дарья Камышова, клинический фармаколог Пироговского центра. — Позже появились данные исследований, что препарат, скорее всего, неэффективен — я этому даже не удивилась. Когда мы сократили использование гидроксихлорохина в лечении наших пациентов, не все врачи этому радовались — доктору сложно побороть желание лечить, даже если подходящих препаратов в принципе нет».
Обновление. После выхода текста директор по корпоративным связям «Санофи» в евразийском регионе Юрий Мочалин заявил «Медузе», что в первой половине года компания наблюдала «ажиотажный рост спроса на гидроксихлорохин» из-за публикации материалов, где рассказывалось «о потенциальной антивирусной активности препарата при COVID-19». «Однако эти публикации были основаны на предварительных результатах небольших исследований», — сказал Мочалин. По его словам, в этот период повышенного спроса «компания решила приоритетно обеспечивать пациентов по зарегистрированным показаниям», то есть не в связи с лечением ковида. Поставки же по заявкам региональных органов здравоохранения, которые заказывали гидроксихлорохин для антикоронавирусной терапии, компания «осуществляла в качестве исключения», сказали в «Санофи». 
Цена рекомендаций Несмотря на противоречивые клинические исследования, гидроксихлорохин до сих пор остается в клинических рекомендациях Минздрава — вместе с другими препаратами, рекомендованными ведомством для лечения COVID-19.
«Пандемия, ажиотаж, невероятное ожидание в части поиска какой-то панацеи, которая может всех спасти. Понятно, что это происходит во всем мире — и даже Трамп зачем-то принимает гидроксихлорохин для профилактики ковида. Но в России мы столкнулись с тем, что те правительственные институты, которые должны выступать в качестве буфера между производителями и потребителями, берут на себя, по сути, функции рекламных агентств и вносят в методические рекомендации то, что им нравится», — возмущается Светлана Завидова, представитель Ассоциации организаций по клиническим исследованиям.
В качестве примера она упоминает антималярийный препарат мефлохин: его производит предприятие «Химзащита» Федерального медико-биологического агентства (ФМБА); препарат был в рекомендациях Минздрава до начала сентября, в новой версии рекомендаций его нет.
Данные: Минздрав России, NIH
Глава ФМБА, бывший министр здравоохранения Вероника Скворцова несколько раз называла мефлохин действенным средством для лечения ковида. «Он полностью подавляет вирус за 48 часов и снижает действие вируса на 75% при профилактическом применении», — говорила Скворцова.
С февраля по апрель больницы закупили мефлохина на сумму в 7,6 миллиона рублей. В аптеках на него потратили 236 тысяч рублей. В 2019 году закупки мефлохина исчислялись всего 10 тысячами рублей (данные DSM).
«Препарат старый, тяжелый, с побочными реакциями, но в России он активно применяется при той же малярии. И у ФМБА возникла идея, что нужно его поставить в рекомендации для лечения ковида — вместе со схожим по действию гидроксихлорохином. Надо понимать, что мы, как ассоциация, никогда не влезали в вопросы лечения. Но тут мы даже написали в Минздрав, потому что сил терпеть не было: 10 апреля ФМБА опубликовало громкое заявление, что ими доказана вирусная активность мефлохина в отношении возбудителя COVID-19. Оказалось, они имеют в виду лабораторные исследование и влияние препарата на клеточную культуру в пробирке. Вы меня извините, но если клетки полить той же «Белизной», тоже будет вам нехилая противовирусная активность», — говорит Завидова.
«Медуза» поговорила об использовании лекарств с несколькими врачами из Москвы и регионов. Врачи из Барнаула, Краснодара, Петербурга и Нижнего Новгорода, говорившие с «Медузой» на условиях анонимности, ни разу не упомянули мефлохин в своих схемах лечения COVID-19. Не слишком активно им пользовались и в московских больницах.
«Мефлохин? Ой, нет, мы им не работали, — сказала «Медузе» Дарья Камышова, клинический фармаколог Пироговского центра. — Мне казалось, использовать мефлохин — сомнительная идея, если учитывать, что при COVID-19 его никто не исследовал. Не было рекомендаций по его использованию у зарубежных коллег. Зато у мефлохина есть побочные эффекты — в частности, развитие серьезных неврологических расстройств».
Мефлохин не используют и в ГКБ № 15 имени О.М. Филатова, главном ковидном госпитале Москвы, в котором на пике лечились 1700 человек, говорит главный врач клиники Валерий Вечорко. «Мы не давали мефлохин», — сказала «Медузе» главврач московской ГКБ имени И.В. Давыдовского Елена Васильева.
Представитель ФМБА Анна Спрогис не ответила на вопросы «Медузы», отправленные ей в мессенджер.
Лечение и бюрократия В начале пандемии, рассказывает источник «Медузы» в «Санофи», процесс получения лекарств замедляло то, что препараты, которыми врачи лечили COVID-19, были изначально зарегистрированы для других заболеваний. Из-за этого в больницах шли на хитрость: в заявках на закупки, которые согласовывались в профильных ведомствах, указывали заболевание строго по инструкции к лекарству. Так, заявки на тоцилизумаб — препарат, используемый при ревматоидном артрите, которым лечили тяжелую форму COVID-19, — подписывали ревматологи, вспоминают два собеседника «Медузы» в фармкомпаниях; эту информацию «Медузе» подтвердил врач в одной из региональных клиник.
«В начале больницы закупались по заболеванию, которое было указано в инструкции, иначе бы эти закупки не были оплачены. Дальше стали работать по новым правилам», — объясняет источник «Медузы», близкий к руководству Минздрава.
В конце марта министерство финансов упростило порядок закупок на время пандемии. В регионах сильно легче не стало. «Нам говорили, что стратегический запас держит Москва», — вспоминает Саният Магомедова из Дагестана. «Если бы постановление приняли раньше, люди не умирали бы от цитокинового шторма без тоцилизумаба», — категоричен источник «Медузы» в «Санофи».
В столице перебоев не было: тот же тоцилизумаб, рассказывает главврач московской ГКБ № 52 Марьяна Лысенко, показывал неплохие результаты в лечении пациентов с тяжелым течением болезни. Правда, клинические исследования говорят об обратном.
«Поскольку в Россию COVID-19 пришел позже Китая и Италии, мы уже имели их ценный опыт, нам было проще. Например, в Москве в протоколы лечения в большинстве клиник сразу вошли блокаторы цитокинового шторма. Мы широко и рано, при первых признаках шторма вводили тоцилизумаб. У многих больных клинический эффект был несомненным», — убеждена Елена Васильева, главврач московской ГКБ имени И.В. Давыдовского.
В больницы, как правило, попадали те, кто уже некоторое время лечился дома — под наблюдением участкового врача из ближайшей поликлиники. В поликлиниках лечили по рекомендациям Минздрава. «Росздравнадзор и фонд ОМС требуют дословного соблюдения методических рекомендаций Минздрава. Раньше это была просто бумажка, но правительство РФ издало распоряжение, что с 8 июля рекомендации обязательны для применения — вместе со всеми арбидолами, что там налеплены», — рассказывает врач из Петербурга, говоривший с «Медузой» на условиях анонимности. При этом доктора должны были еженедельно отчитываться руководству — с точным указанием количества выписанных препаратов.
45-летний журналист Ильяс заболел ковидом в мае одновременно с мамой — она переносила болезнь гораздо хуже, чем сын. «Я просто просидел дома на карантине, принимая все лекарства, которые мне дали в поликлинике. Там ты делаешь КТ, садишься в кабинете врача, он говорит: «У вас есть показания к приему препаратов от коронавируса», ты подписываешь согласие на экспериментальное лечение, получаешь азитромицин и гидроксихлорохин. У меня был один побочный эффект — сильная диарея. Маму лечили тем же — но у нее пульс был 130 (при норме 60-100), она начала задыхаться. Ее госпитализировали в Пироговский центр и две недели лечили».
Телеведущий Павел Лобков переболел COVID-19 дома. «Мне врачи из поликлиники сразу нанесли всяких разных препаратов — и «Калетру», и гидроксихлорохин. Мой сосед по дому Денис Проценко сказал: ничего не пей, просто наблюдай за собой, будут проблемы с дыханием — положим». Сам Денис Проценко — главврач ГКБ№ 40 в Коммунарке, где централизованно лечили COVID-19 — не нашел времени для разговора с корреспондентом «Медузы».
Противовирусную «Калетру», комбинированный препарат лопинавира и ритонавира, активно использовали в самом начале пандемии — и заметной эффективности в лечении пациентов не наблюдали, отмечает Камышова. «В нашей больнице в локальный протокол мы не включили «Калетру» и гидроксихлорохин, поскольку на мой взгляд уже в апреле было ясно, что доказательств пользы от этих препаратов нет, а побочных действий много», — добавляет главный врач ГКБ имени И.В Давыдовского Елена Васильева. «Калетра» присутствовала в рекомендациях Минздрава с апреля до сентября — сейчас этого препарата там нет. Очень жаль, что там до сих пор остался гидроксихлорохин, добавляет Васильева.
Равны перед болезнью У терапевта Василия Купрейчика руки покрыты татуировками. При встрече с корреспондентом «Медузы» Купрейчик берет татуированной рукой сигарету, закуривает — и цитирует фильм «Изображая жертву»: «Как я в такое ********** [идиотство] вляпался?»
В апреле Купрейчик работал в приемном отделении Первой Градской больницы в Москве. Его первая смена была 17 апреля; за четыре дня после этого все места, отведенные под ковид, оказались заняты. «По первости основные лечебные силы направлялись на «Калетру», гидроксихлорохин и антибиотики, — рассказывает Купрейчик. — В какой-то момент акцент стал смещаться, а я по картине поступающих пациентов заметил, что у них есть склонность к тромбозу, и надо заниматься профилактикой тромбоза, а не давать почем зря «Калетру», от которой пользы ноль, а побочек много. Я написал об этом в фейсбуке». (Среди побочных эффектов «Калетры» — диарея, тошнота, рвота, мигрень и повышение артериального давления.)
Медики московской больницы № 52 изучают протокол лечения от COVID-19 и пневмонии. Июнь 2020 года
Закуривая очередную сигарету, Купрейчик вспоминает: «Дальше понеслось. Куча комментариев. Алексей Свет, главврач [моей] клиники, говорит мне: «Может, тебе попробовать поработать в отделении терапии?» Я иду в отделение терапии. Там люди работают как машины. В отделении — сто пациентов. Врачи в три смены заполняют четыре вида разных дневников». (Главврач Первой Градской Алексей Свет отказался разговаривать с корреспондентом «Медузы».)
В итоге Купрейчик ушел из Первой Градской — и теперь, по его словам, консультирует «всяких топчиков», то есть обеспеченных людей; мэр Москвы Сергей Собянин в начале пандемии обвинял именно «топчиков» в том, что они завезли в страну «чемодан вирусов» из Куршевеля.
Терапия, которую им назначают, часто не отличается от стандартной. «Медузе» удалось ознакомиться с протоколом лечения мэра столицы одного из южных регионов России. Чиновник заболел в конце июля (официально об этом не сообщалось), ему сразу назначили «Калетру».
«Все надеялись, что если есть бабло, тебя откачают, — рассказывает на условиях анонимности помощник живущего в Европе олигарха, входящего в первую сотню списка Forbes. — Когда шарахнуло, стало понятно, что протоколов нет, доказательств нет, где и что покупать, как и чем лечиться — непонятно. Начальник купил парацетамол и пару упаковок гидроксихлорохина — кажется, он их даже не открыл. Попытался зарезервировать палату в госпитале, но ему отказали». По словам помощника, сперва у его начальника были иллюзии, что можно купить домой аппарат ИВЛ, но быстро стало понятно, что аппарат без специалистов бесполезен.
Российские чиновники и бизнесмены спасались от ковида по-разному — от иглоукалывания до тибетской медицины. Один из крупных российских бизнесменов на всякий случай забронировал за собой палату в частной клинике недалеко от Рублевского шоссе: реанимационную палату он держал за собой с начала и до конца карантина, что обошлось ему в несколько миллионов рублей. Об этом «Медузе» на условиях анонимности рассказал сотрудник больницы и подтвердил врач другой клиники, знакомый с руководством той больницы.
Многие выбирали для лечения комфортабельную клинику «Лапино» — она принадлежит известному акушеру-гинекологу, деловому партнеру Сергея Чемезова Марку Курцеру. В этой клинике, в частности, лечился старший партнер GHP Group и бывший член совета директоров ОАО «Роснефть-Сахалинморнефтегаз» Марк Гарбер.
Он переболел COVID-19 в марте и лечился по следующей схеме. «Протокол лечения изначально — «Калетра». Потом — наше все, антималярийный гидроксихлорохин, антибиотик азитромицин и витамины поддерживающие — C, D, цинк», — сказал сам Гарбер «Медузе». В дополнение он пил противотревожные лекарства, «поскольку антималярийные препараты могут вызывать депрессию, вплоть до суицида». Все это время Гарбер был на связи со своими однокашниками в Израиле и Америке — «они работали в [лос-анджелесском госпитале] Cedars Sinai и присылали протоколы лечения, по которым работали; протоколы были примерно такими же, как у нас».
Миллиардер Дмитрий Босов принимал для профилактики ковида несколько таблеток гидроксихлорохина в день, рассказали «Медузе» двое его близких знакомых. «Я не буду комментировать жизнь своей семьи», — так вдова Дмитрия Босова (он покончил с собой в начале мая) Катерина ответила на вопрос «Медузы».
Американская панацея По словам Ярослава Ашихмина, терапевта и советника гендиректора Фонда Международного медицинского кластера, его обеспеченные клиенты готовы выложить 10 тысяч долларов за коробку ремдесивира — американского противовирусного препарата, который считается главным фармакологическим оружием в коронавирусной войне. Клиенты говорили ему, что всерьез собираются добыть препарат, рассказывает Ашихмин. В ответ он объяснял им, что эффективность ремдисивира — под вопросом.
Специальным препаратом, «который производится только в США», в мае лечили от коронавирусной инфекции и премьер-министра Михаила Мишустина, утверждала «База»; опровержения этой информации не было. Глава правительственной пресс-службы Борис Беляков не ответил на вопросы «Медузы» о том, в какой клинике лечился Мишустин и получал ли он ремдесивир.
«На пике ремдесивир, на который возлагали большие надежды, в нью-йоркских больницах можно было получить только двумя способами. Организовать клиническое исследование и получить на него одобрение комитета больницы — стандартный протокол, но он занимает время. Второй вариант — compassionate care, то есть помощь из сострадания. Производитель препарата, компания Gilead Sciences, заявила, что для молодых пациентов, а также для детей и беременных они готовы сделать исключение и дать им этот неизученный, но, возможно, работающий препарат. Таким образом мы получили четыре курса — очень маленькая выборка», — рассказывает «Медузе» реаниматолог The Brooklyn Hospital Centre Евгений Пинелис.
Результаты интерпретировать трудно. «Одна пациентка после того, как мы ей стали давать ремдесивир, совершенно невероятно улучшилась, исход ее госпитализации был неожиданно хорошим — хотя до этого ей было очевидно плохо и были сомнения, что она выживет. Была ли в этом заслуга ремдесивира или какие-то силы природы и ее организма, сложно сказать», — объясняет Пинелис.
Когда пациентку уже выписали, вышло исследование, доказавшее, что в реанимации ремдесивир не подходит. «Он действует, как и положено противовирусному препарату, только на ранней стадии: если пациента поймали до развития тяжелой дыхательной недостаточности или в самом ее начале, исход улучшается. Позже — препарат, похоже, не работает. Проблема в том, что пациенты на таких ранних стадиях редко попадают в больницу — так что у нас в реанимации, скорее всего, пациенты улучшились благодаря поддерживающей терапии, а не ремдесивиру», — объясняет Пинелис.
Флаконы с ремдесивиром. США, Калифорния. Март 2020 года
Несмотря на это, правительство США выкупило у компании-производителя Gilead Sciences почти весь запас препарата.
Летом в России начали клинические исследования препарата. Одно из исследований — по лечению ковида комбинацией тоцилизумаба и ремдесивира — сейчас проводит компания Roche совместно с компанией Gilead Sciences. В клиническом исследовании — 160 пациентов из шести российских медучреждений.
Российский ответ Вероятно, за ремдесивир в России можно будет не переплачивать: сейчас идет наблюдательная стадия клинического исследования его первого российского дженерика, препарата «Ремдеформ» иркутской группы компаний «Фармасинтез».
«Фармасинтез», который производит «Калетру» для терапии ВИЧ-инфекции, во время пандемии нарастил обороты — с февраля по июнь включительно компания заключила контракты на сумму около двух миллиардов рублей. В 2019 году цифры за тот же период были в полтора раза ниже (данные DSM). Основатель «Фармасинтеза» Викрам Пуния с гордостью называет корреспонденту «Медузы» финансовые показатели своей компании: в 2010 году ее оборот составлял один миллиард рублей, сейчас — 30 миллиардов.
Уроженец индийского Джайпура, Сингх Викрам Пуния в Россию попал в 18 лет по бесплатной программе для студентов — и остался. В прошлом студент Иркутского мединститута, на жизнь Пуния зарабатывал мелкой торговлей и возил в Иркутск все, что пользовалось спросом — от индийских колготок до индийского же пива. Позже, влюбившись в иркутянку Ирину Полякову, Викрам основал компанию «Фармасинтез» вместе с ее троюродным братом Русланом Поляковым.
Дженерик ремдесивира «Фармасинтез» сделал еще в феврале. Несмотря на то, что патент на оригинальное лекарство принадлежит компании Gilead Sciences как минимум до 2031 года, Пуния считает свои действия правильными: «На сегодня компания Gilead Sciences не предприняла каких-либо мер для того, чтобы ремдесивир был доступен на рынке. Я не знаю, насколько компании Gilead Sciences важны жизни россиян, но они важны для нас. Мы хотим, чтобы у нас тоже была возможность получить эффективное лечение и шанс на полное выздоровление. «Фармасинтез» неоднократно обращался в Gilead Sciences с предложением выплаты роялти в размере 2% от объема продаж за добровольную лицензию, но обратной связи мы не получили».
В клинических испытаниях «Ремдеформа» участвуют 23 российские клиники. 220 участников получили по 10 флаконов препарата. На пятый день, рассказывает Пуния, у тех, кто получил препарат, «произошло явное улучшение по категориальной шкале ВОЗ [шкала тяжести симптомов] и снизилась вирусная нагрузка». Ни одного летального случая, утверждает Пуния, не зафиксировано. Все участники, сообщили «Медузе» в компании, были «средней степени тяжести» и выздоравливали за неделю — вместо стандартных двух. Проверить эти слова, пока не опубликованы результаты исследования, нельзя.
Среди крупных ковидных клиник, получивших «Ремдеформ» для исследований, — Центральная клиническая больница управделами президента. Больница не входила в список клиник, перепрофилированных под массовое лечение COVID-19. Здесь стандартно обслуживают «спецконтингент» — чиновников аппарата правительства, премьер-министра и президента. Заведующий инфекционным центром ЦКБ Георгий Сапронов в телефонном разговоре сказал «Медузе», что в больнице «проводилось лечение коронавирусной инфекции у контингента» — и что больница была «одним из центров, где проводилось исследование» ремдесевира. Вопрос о том, сколько пациентов участвовали в исследовании, Сапронов назвал «провокационным». В ответ на просьбу корреспондента «Медузы» уточнить количество пациентов, лечившихся в ЦКБ от COVID-19, Сапронов сказал, что журналист «некрасиво с ним играет» и заблокировал его номер.
Массовое производство ремдесивира обещают наладить в октябре-ноябре. Для этого Пуния планирует обратиться в правительство за получением принудительной лицензии (которая позволяет в определенных случаях использовать изобретение без согласия того, кто владеет патентом), чтобы «Фармасинтез» производил ремдесивир без разрешения Gilead Sciences.
Свой дженерик ремдисивира недавно сделала и российская компания «Р-Фарм» — один из крупнейших поставщиков препаратов, рекомендованных Минздравом для лечения COVID-19. Глава «Р-Фарм», председатель «Деловой России» Алексей Репик сказал «Медузе»: «Мы закончили с мышками и сейчас будем проводить клиническое исследование с людьми».
Субстанцию ремдесивира собирается производить петербургская фармкомпания «Активный компонент», поставляющая сырье крупным российским производителям — «Фармстандарту», «Нижфарму» и «Вертексу». По словам президента компании Александра Семенова, разработку субстанции «инициировали в марте — на случай, если осенью она будет востребована в связи с новой волной пандемии».
Японский вариант »Нам сильно помог »Авифавир» (действующее вещество фавипиравир), люди стали выписываться не за три недели, а за неделю», — хвалится в разговоре с корреспондентом «Медузы» чиновник городской администрации в одном из регионов центральной России.
Применять фавипиравир против коронавируса без особого успеха пробовали в Японии — при помощи препарата «Авиган». Самые известные российские дженерики этого препарата — «Коронавир» и «Авифавир» — разработали две компании: «Р-Фарм» и «Химрар».
В июне Минздрав упомянул фавипиравир в своих рекомендациях: до этого ведомство одобрило клинические исследования «Коронавира» от «Р-Фарм» и «Авифавира» от «Кромис» — совместного предприятия «Химрара» и Российского фонда прямых инвестиций (РФПИ). Фонд активно инвестирует в бизнес, связанный с коронавирусом — от тестов до вакцины, разработанной в исследовательском центре эпидемиологии им. Н.Ф. Гамалеи. Глава РФПИ Кирилл Дмитриев дважды переносил интервью корреспондентам «Медузы» — а в итоге так и не нашел времени для разговора.
Новые упаковки «Авифавира», который активно используют в России для лечения ковида
В «Кромисе» «Медузе» сказали, что дженерик «Авифавир» для клинических исследований получили в 51 регионе 30 тысяч пациентов: все они «внесены в регистр, на основе которого составлен промежуточный отчет». Препарат, сказали в компании, помогает врачам подавить заболевание на ранней стадии и не дать пациенту перейти в стадию более тяжелую.
«В начале эпидемии китайские врачи перепробовали несколько десятков лекарственных препаратов для лечения больных COVID-19. В середине марта только по одному препарату было уверенное заявление о его эффективности для лечения коронавирусной инфекции. Это был фавипиравир», — добавила представитель «Кромиса». Теперь компания готова производить до 600 тысяч курсов лекарства ежемесячно.
У главврачей больниц, которые вошли в клиническое исследование по фавипиравиру, единого мнения нет. Лекарство хвалит главврач московской ГКБ № 52 Марьяна Лысенко: «В «клинике» препарат давали 20 пациентам, в наблюдательном исследовании — 60 пациентам. Он, безусловно, требует медицинского сопровождения из-за тератогенного эффекта (препарат запрещен к применению у беременных и планирующих беременность женщин из-за высокого риска пороков развития у плода, — прим. «Медузы»), но по ПЦР [полимеразной цепной реакции] мы видим явное снижение вирусной нагрузки».
«Мне рано четко занять позицию: есть больные, которые выздоравливают на приеме фавипиравира, но есть больные, которым мы отменили этот препарат — увеличились печеночные ферменты», — объясняет главврач ГКБ № 15 имени О.М. Филатова Валерий Вечорко.
«К тому моменту, когда появился фавипиравир, я стала гораздо более осторожно относиться ко всему, что не имеет доказанной эффективности, а доступных исследований с хорошей доказательной базой по препарату нет. По итогам нашего опыта какие-либо выводы делать сложно: в рамках клинического исследования препарат получали только шесть пациентов стационара. Вау-эффекта не было: был пациент, состояние которого ухудшилось до развития цитокинового шторма, у кого-то отмечено развитие нежелательных реакций. Были пациенты, у которых можно было отметить клиническое улучшение на фоне приема лекарства», — рассказывает Дарья Камышова, клинический фармаколог Пироговского центра.
«Я убил коронавирус за три дня фавипиравиром», — убеждает корреспондента «Медузы» председатель совета директоров «Р-Фарм» Алексей Репик (49-е место в списке Forbes, состояние 1,2 миллиарда долларов). Коронавирусную инфекцию Репик выявил у себя в июне сам: принимая дженерик фавипиравира «Коронавир» миллиардер делал тесты — тоже самостоятельно. К четвертому дню вирусная нагрузка, по его словам, «полностью исчезла». Несмотря на многочисленные побочные эффекты, Репик считает фавипиравир однозначным «препаратом выбора для амбулаторных пациентов» — потому что в этом случае можно будет поймать болезнь «на раннем моменте». Раньше фавипиравиром лечили только в больницах — с 17 сентября он разрешен Минздравом для амбулаторного лечения, препарат может поступить в аптеки уже 21 сентября.
Мощную рекламную кампанию — а «Коронавир», «Авифавир» и еще один российский дженерик фавипиравира «Арепливир» СМИ объявляли «первыми эффективными российскими препаратами от ковида» — испортило исследование университета Fujita. Фавипиравир в лечении коронавируса не помогает, сказали ученые. В «Химраре» ответили, что корректным это исследование считать нельзя, и вместе с РФПИ начали масштабные поставки дженерика фавипиравира в Бразилию.
Российские больницы уже потратили на фавипиравир 367 миллионов рублей (данные госзакупок). «Мы лично продали 17 тысяч упаковок по 12 тысяч рублей. Получили порядка 200 миллионов рублей», — подсчитывает Репик.
При этом считать доходы фармкомпаний от пандемии неправильно, уверен бизнесмен: «Во-первых, упали продажи лекарств, которые требовались нашим пациентам с хроническими заболеваниями — они сидели на карантине и не могли даже дойти до больницы, поликлиники или аптеки. На самом деле, трагедия. Во-вторых, можете посчитать сами: на начало сентября мы заработали на препаратах от коронавируса около миллиарда рублей. При этом объем инвестиций в эти лекарства — в разработку, клинические исследования, производство — пять-семь миллиардов рублей».
Старый знакомый По подсчетам компании DSM Group, выполненным по просьбе «Медузы», на лекарства от коронавируса с февраля по июнь включительно в больницах и аптеках было потрачено больше 10 миллиардов рублей.
В расчет брались противовирусные препараты, рекомендованные для лечения именно COVID-19 (а не его осложнений) из действующих на тот момент рекомендаций Минздрава (предпоследняя, седьмая версия). Подсчет делался с февраля, поскольку в конце января в России были зафиксированы первые случаи заражения коронавирусом и резкий рост числа внебольничных пневмоний.
https://preview.redd.it/u1omcxz0w1o51.jpg?width=980&format=pjpg&auto=webp&s=f58f17a4c74b32021affa65ef8b8f7d5f1c61b03
По этим данным в аптеках на противовирусный «Арбидол» (действующее вещество умифеновир) с февраля по июнь включительно потратили почти четыре миллиарда рублей — в четыре раза больше, чем в 2019 году. Производитель лекарства — компания «Отисифарм» — связана с компанией «Фармстандарт», который принадлежит Виктору Харитонину, давнему знакомому семьи вице-премьера Татьяны Голиковой. Сама она возглавляет федеральный оперативный штаб по борьбе с коронавирусом.
Рекламу «Арбидола» в качестве лекарства от COVID-19 признала незаконной Федеральная антимонопольная служба, он не зарегистрирован в США и отсутствует в рекомендациях ВОЗ по лечению гриппа, но продажи препарата только растут: «Арбидол» есть во всех рекомендациях Минздрава, его выдают больным ковидом в поликлиниках и приносят на дом участковые врачи.
Десять лет назад его искал в аптеке президент Владимир Путин; теперь его скупают в Москве и регионах. «Даже всякие «топчики», которые консультировались у лучших врачей — даже англоязычных, ели гидроксихлорохин и — по привычке — «Арбидол»», — говорит «Медузе» терапевт Василий Купрейчик.
В бизнесе по производству лекарств от коронавируса участвует и компания «Нанолек». Ее президент Владимир Христенко — сын Виктора Христенко, мужа Татьяны Голиковой и бывшего главы Минпромторга. До «Нанолека» Христенко-младший работал в «Фармстандарте» (а эта компания, как уже отмечалось выше, принадлежит знакомому семьи Голиковой-Христенко Виктору Харитонину).
В мае 2020 года «Нанолек» подал в Минздрав РФ документы на регистрацию дженерика гидроксихлорохина, в июне выпустил первую партию препарата на заводе в Кирове. Вдобавок крупнейший российский производитель гидроксихлорохина — компания «Биоком» (принадлежит АФК «Система» и «Ростеху») — зарегистрировала «Нанолек» в качестве дополнительной площадки для производства своего препарата. Как сказал «Медузе» представитель «Биокома», сделано это для того, «чтобы максимально подстраховаться и обеспечить страну необходимым количеством препарата на случай, если ситуация с COVID-19 ухудшится».
До пандемии, сказали «Медузе» в «Биокоме», объемы производства гидроксихлорохина составляли до четырех тысяч упаковок в год; с начала пандемии до апреля 2020-го это число выросло до 170 тысяч.
Вторая волна Главврач больницы в Коммунарке Денис Проценко обещал, что второй волны в России «не будет», но страна по-прежнему остается на четвертом месте в мире по числу зараженных COVID-19. В России каждый день выявляют больше пяти тысяч новых зараженных, и этот показатель плавно растет (с 4 828 до 5 762 человек в день за последний месяц).
«Мы в ноль никогда не уходили, но у нас в середине лета было меньше ста пациентов [с ковидом одновременно], а сейчас — 200», — рассказывает исследователь Дагестанского медицинского университета Саният Магомедова про больницу, которую она консультирует. В терапии, говорит говорит Магомедова, появился новый фаворит — гормональный препарат «Дексаметазон». Он доступен, недорог, и, как говорят, помогает подавить цитокиновый шторм.
В Москве число пациентов с COVID-19 тоже увеличивается: в сентябре в городе начали фиксировать более 700 случаев заражения ежедневно (мэр города Сергей Собянин заявил, что это связано с увеличением количества тестов). В ГКБ № 15, главном ковидном госпитале Москвы, в июне было меньше тысячи пациентов, сейчас их — 1300.
У самого главврача ГКБ № 15 Валерия Вечорко в анализе обнаружились антитела к ковиду, хотя он и принимал регулярно для профилактики гидроксихлорохин. Переболела и клинический фармаколог Пироговского центра Дарья Камышова. Болезнь, сказала она «Медузе», протекала в легкой форме: сильная головная боль и повышенная температура.
— И чем вы лечились?
— Обычным пломбиром.
— Мороженым?
— Да, обычным мороженым. Это приятно и жар снимает.
Больше Камышова, по ее словам, ничем лечиться не пыталась.
Главврач одного из самых крупных «ковидариев» столицы — ГКБ № 52 — Марьяна Лысенко считает, что доктора научились бороться с осложнениями от вируса, хотя пока и не могут его убить в самом начале. «Вы хотите, чтобы вам сказали, как лечится коронавирус — при этом, чтобы это была одна таблетка, и чтобы мы с этим вирусом научились жить. Но так произойти не может, средства Макропулоса нет, пока коллективный иммунитет не сформирован, помочь может только вакцина», — рассуждает она. Однако в широком доступе вакцина появится в лучшем случае только в феврале 2021 года; пока вакцины нет, врачи лечат тем, что есть.
Вся территория ГКБ № 52 уже несколько месяцев остается «красной зоной». У входа в корпуса устало переговариваются медики в защите, в парке при больнице стоят «редеры» — белоснежные полевые госпитали со свежеотделанными палатами, куда положат новых больных.
отсюда
submitted by Alex_Jew to CIS_Politics [link] [comments]


2020.08.30 19:10 5igorsk Как узаконить сделали x перепланировку дома 2016

Это проекция ада на земле
https://i.redd.it/y1k5d01xu6k51.gif
Белорусский IT–предприниматель с иракскими корнями Амир Аль–Хайдар рассказал в Facebook историю своего задержания и нахождения в тюрьме на Окрестина.
«Друзья, хочу извиниться, что так долго тянул с опубликованием истории нашего с Настей задержания и нахождения в тюрьме, а точнее концлагере, на Окрестина – иначе это место не назовешь. Все это время после выхода я занимался срочными делами – обратился к травматологу в районной поликлинике, подал заявление в Следственный Комитет, прошел освидетельствование побоев в судмедэкспертизе, был на приеме у невролога в частном медицинском центре.
Теперь, когда все эти неотложные меры приняты, собрался с мыслями и решил написать обо всем, что произошло. Сразу хочу предупредить, это действительно будет лонгрид: я постараюсь изложить не просто сухие факты, но добавить мысли, размышления и инсайты, которые пришли ко мне в основном там – я очень много всего передумал, а также после выхода. В той мере, в какой это возможно, постараюсь снабдить свой рассказ смешными историями, ибо юмор помогал нам держаться и отвлечься от навязчивых мыслей о безысходности.
Нас задержали Минске в ночь с 11 на 12 августа на пересечение улиц Куйбышева и Богдана Хмельницкого в 500 метрах от нашей квартиры по ул. Якуба Коласа. Мы ехали в машине вместе с медиками–добровольцами, которые любезно согласились подвезти нас домой – в городе перестал ходить транспорт, хотя табло на остановке вот уже как полчаса показывало, что через 3 минуты придет троллейбус. Поворачивая на улицу Богдана Хмельницкого, мы заметили, что сотрудник ОМОН вяжут парня, а ближе к универсаму «Рига» увидели большое количество сотрудников внутренних дел и людей, лежащих на земле. Водитель нашей машины приостановился и мы – о это была большая глупость – спросили у сотрудников ОМОН, не нужна ли медицинская помощь. ОМОНовец что–то рявкнул в нашу сторону, но видимо, наш водитель на расслышал и пытался переспросить. В этот момент ОМОНОвец подбежал к автомобилю, бросил в сторону машины гранату, наставил на нас винтовку, приказал выйти из машины и лечь на пол. Все развивалось очень стремительно: было недостаточно времени, чтобы все осознать. Я услышал взрыв под колесами, потом увидел ствол винтовки перед своим лицом и в следующую секунду я уже нырял руками вперед в асфальт – это не такая простая задача выскочить из минивэна и быстро лечь на землю.
Нам приказали лечь и взять руки в замок над головой. В первые секунды я почувствовал огромное чувство обиды, что нас схватили в пустом городе, рядом с домом. Следующим чувством был страх, что будут бить ногами, а ты не можешь защититься. Мне приказали вытащить из кармана телефон и показать приложение «Галерея». Я достал телефон из кармана, он был разряжен. Продемонстрировав это, я извинился перед сотрудниками ОМОН. Они приказали вернуть телефон в карман. Забрезжила надежда, что нас могут отпустить. Я услышал, что Насте приказали подняться и она стоит возле автомобиля милиции. Ее спрашивают, кто мы, что делали и почему здесь оказались. Судя по разговору, она почти убедила сотрудников, что мы тут живем и что оказались тут совершенно случайно – мы не имеем отношения к ребятам–медикам (позже я узнал, что в эту ночь они лютовали против медиков, мол, как это так медики помогают протестующим? Тут, дескать, не война, чтоб красный крест участвовал). Пока я лежал и внимательно слушал разговор с Настей неожиданно почувствовал хлопок и жжение в области ягодиц – это был первый удар резиновой палкой за ночь. Поскольку я не ожидал этого, боли в момент удара практически не почувствовал, лишь после. Поймал себя на мысли, что если это и есть эффект от удара дубинкой, то не все так плохо — не так уж больно. Через пару минут я получил удар по спине, и сотрудник ОМОН задал мне вопрос: «А сейчас почувствовал боль?». Я решил подыграть ему и ответил: “Да”. Он схватил за шнурок с крестиком на моей шее, хотел вырвать и спросил: «Сколько мне заплатили за это?». Я ответил, что это крестик, я православный. На что сотрудник сказал: «Ок, крестик можно». Видимо, он думал, что у меня есть какая–то символика на шее. Рядом сильно били медиков, и я подумал, что, наверно, Насте удалось доказать им, что мы случайные люди. С одной стороны, очень надеялся, что нас отпустят домой, с другой – решил, что, даже если не отпустят, все не так уж плохо — пройдем все это, раз нас уже приняли, — увидим как все происходит изнутри (я и догадываться не мог, что нас на самом деле ожидало в ту ночь)! Затем подошли еще сотрудники ОМОН. Видимо, среди них был какой–то командир, который принимает решение, забирать нас или нет. Он быстро решил, что мы их клиенты, что нас надо паковать. Руки нам не связывали, так как у них закончились стяжки. Нам приказали встать и бежать в милицейский микроавтобус. По пути нас били – я запомнил удар кулаком в левый висок. На секунду я был оглушен этим ударом. Но осознал, что удар был короткий, так что никакого сотрясения быть не должно. Я лег на двух людей, которые были в салоне автомобиля. На меня лег один из медиков – они оба были очень крепкого телосложения. От веса тела мужчины болела спина, зато меня не били — били того, кто лежал сверху, так что в чем–то повезло.
Мы ехали в машине с минуту. Как только машина остановилась, нас начали по одному выпускать. Из машины меня вывел сотрудник ОМОНа, по голосу молодой парень. Он сказал мне дословно: “Братан, на бойся, все будет хорошо!”. Он положил меня на траву и попросил показать мое лицо. Я посмотрел на него. Он сказал лежать спокойно, руки взять за голову в замок. Подошел какой–то другой сотрудник, по голосу мужчина лет за тридцать. Он обзывал нас и избивал медиков. Грозился, что будет массажировать им простату дубинкой. Меня обзывал петушарой и бил ногой по рукам, которые были за головой. Я несколько раз ударялся лицом об землю и думал лишь о том, чтобы он мне не разломал череп. Потом он подошел сзади меня и начал давить на стопы ног, будто угрожая мне, что переломает лодыжки. Я лежал и не двигался. Меня спросили, где меня задержали. Я ответил, что возле дома. А где мой дом — улица Я Коласа. А где задержали – я ответил Куйбышева. Сложилось впечатлении, что эти ребята плохо знают Минск. Наверно, они из других городов, подумал я.
Нам приказали лечь набок, ноги под себя, встать на колени – это не так просто сделать из такого положения – и повели в автозак. Нужно было держать голову ниже, а я держал ее прямо, за это меня на пороге автозака много били. Мне пришлось симулировать, что у меня сердце заболело, я начал дрожать. Они спросили, что с тобой? Я ответил: сердце. – «А когда на улицу выходил сердце не болело?» Но бить перестали. Когда запихивали в автозак, заставили достать из карманов все вещи и бросить внутрь машины. Увидев мой мобильник один из сотрудников ОМОНа совершенно нормальным голосом спросил: “Что это за телефон, Xiaomi?” – “Нет, iPhone XR”, ответил я. “Ааа, понятно”, услышал в ответ. Запихнули меня в камеру в автозаке – там было еще два человека. Я сидел у них на коленях. Так мы ехали минут 10–15.
Машина остановилась и я услышал голос Насти. У нее спросили, все ли вещи с собой, на что она ответила утвердительно. Затем ее выпустили. Также я слышал женский голос надзирательниц тюрьмы. Я почему–то тогда поверил в то, что Настю выпустят сразу же из автозака и скажут идти домой, раз вещи при ней. Это предположение было ошибочно – она провела там на 1 сутки меньше, чем я. Но это ошибочная догадка дала мне силы верить, что с ней все в порядке и ее нет в этом ужасном месте.
Мы несколько минут сидели в камере в автозаке, ожидая что нас начнут выпускать. Сотрудники ОМОН смеялись, говорили о чем–то своем, предупредили нас, чтобы при выходе мы бежали очень быстро. Я понял, что издевательства и побои не закончатся.
Вот нас уже выводят, руки за спиной голова вниз – я не вижу ничего кроме асфальта и земли. Нам приказывают встать на колени на траву вдоль металлического забора тюрьмы, голову положить на землю, а колени поджать под грудь – так. наз. “поза эмбриона”. В такой позе мы провели 5 часов. Стоять так очень сложно, ноги затекают, а если попробуешь выпрямить ноги – сразу бьют дубинкой. Я перекладывал вес тела попеременно с одного колена на другое, потом переносил вес тела на голову. В один момент я почувствовал хруст в шейном отделе позвоночника. Я испугался, что могу сломать шею, поэтому начал больше нагружать ноги. Справа от меня были парни, которые знали друг друга, может быть братья, а может друзья. Я советовал им двигаться и менять положения, насколько это возможно, чтоб ноги не затекали. Охранял нас надзиратель тюрьмы, не ОМОНовец. Он бил дубинками по ягодицам, но без остервенения. Хуже всех били ОМОНовцы. Очень крепко били медиков, парня, у которого был нож, парня, который был с дредами – его не только били, но еще состригли волосы – им не понравилась его прическа. Где–то справа от меня очень сильно избивали человека. Он много говорил с избивающими, умолял их не бить больше, а потом от отчаяния встал и пытался защитить себя от ударов. За это сотрудник со словами: «На что ты рассчитывал, когда пытался кинуться на меня” нещадно стал избивать его дубинкой. По голосу сотрудника я определил, что он взрослый – ему точно за тридцать и более менее развитый, так как смог сформулировать такой сложный речевой оборот – «на что ты рассчитывал)».
Но самое страшное, что творилось в том дворике – это избиение людей поодаль от нас. Где–то в глубине двора людей избивали бесчеловечно, их били так часто и с таким остервенением, что я никогда не слышал ни таких стонов и криков, ни таких звуков от ударов по телу. Было такое ощущение, что бьют по какой–то наполненной пластмассовой бочке или канистре. Несколько человек били одного, и я не могу поверить, что один человек может вынести столько ударов. Я лежал, прислушивался, молился Господу Богу, чтоб меня не сделали инвалидом и одновременно морально готовился достойно стерпеть все эти удары. Думаю, что каждый из нас вновь привезенных туда, готовился стать следующим. Парни, которых избивали, умоляли не бить больше, уважительно просили ОМОНовцев: “братцы”, “мужики”, “товарищ командир”, не бейте больше». Но те не унимались, более того – зверели и били с большим остервенением, вкладывая в удары весь вес своего тела, наносили удары с криками и кряхтя на выдохе. Угрожали, что убьют людей, спрашивали риторически: перемен захотел, воевать захотел и тд. Один парень от отчаяния начал кричать “Позор”, и те его просто забивали как поросенка. Другой сказал: “Мужики, лучше застрелите меня. Я больше не могу!”.
Я задумался над тем, что это все же не тюрьма, это не концлагерь, — это проекция ада на земле. Как будто недра земли разверзлись и кусочек ада вылез из породы наружу. И мы все здесь должны пройти 9 кругов ада согласно тем ‘грехам’, которые совершили. У кого–то был нож, кто–то был в камуфляжных штанах, кто–то в берцах, у кого–то при себе были рации, противогаз, у кого–то якобы обнаружили взрывпакет, кто–то, не дай Бог, оказывал сопротивление, кто–то стоял в сцепке, кто–то был медик, у кого–то на руке была белая лента, у кого–то БЧБ–флаг, кто–то был одет в белое. Всех они классифицировали, помечали баллончиком с краской, на майках, байках писали нож или рисовали крест. Соответственно, каждого из нас ждала кара соразмерно его “греху”. У меня ничего не было, каким–то образом нам с Настей, видимо, удалось убедить их, что мы не медики, так что меня не избивали очень сильно.
Я прислушивался, о чем говорили между собой сотрудники между всеми этими зверствами. Обычный разговор: кто–то просит сигарету, кто–то воды, кто–то смеется, обсуждали что надо ввести комендантский час и проч. Потом у нас спросили ФИО и дату рождения. При этом били. Меня ударили 2 раза дубинкой. При втором ударе сотрудник МВД сказал: ”Хач е..аный”. В эти моменты словесные оскорбления никак не действовали на психику, мне было все равно кем и чем меня обзовут – лишь бы сохранить здоровье. Также спросили: “Гражданин чего?”. Я побоялся тогда сказать, что у меня есть второе гражданство Республики Ирак, потому что мой паспорт истек еще 10 лет назад, для его продления нужно было ехать в Ирак, а там было не менее опасно, чем сейчас в Беларуси. Быть может, меня отведут, начнут наводить справки по базе иностранцев, обнаружат, что я числюсь как гражданином РБ, уличат во лжи и изобьют до смерти. Также я не знал степень их юридического образования. Возможно, они не поверят, что у гражданина РБ может быть второе гражданство и они, как некоторые несведущие люди, считают, что это невозможно, — будут избивать.
В “положении эмбриона” мы провели не менее 5 часов. Затем нам велели подняться и бежать по диагонали в помещение тюрьмы. Пока мы бежали, нас били. Мне прилетело как минимум 3 удара дубиной по разным местам. Мы забежали внутрь помещения, нас заставили встать на колени вдоль стены и раздеться. Пока раздевались, вещи обыскивали. сзади нас я видел 2 пакета: один большой холщевый, второй маленький целлофановый. Я подумал, неужели нас здесь убьют, а пакеты для трупов?. У меня во внутреннем кармане джинсовой куртки нашли браслет с фестиваля Lolapolooza в Берлина. Сразу спросили – это что (видимо думал, что какая–то символика? Ответил. Дальше реплика – Круто. Там был Рамштайн? Я сказал, не было, а были Imagine Dragons. “Класс” слышу в ответ. От любого человеческого отношения и общения там сердце радуется и наполняется надеждой, что не все потеряно, раз там могут быть нормальные ребята. После этого разговора отогнал мысли о гибели. Нам приказали все ценности и шнурки сложить в маленький пакетик. Я решил спросить, что делать с крестиком – очень не хотелось с ним расставаться. В ответ получили какую–то угрозу. В общем, решил, что безопаснее все же будет снять крестик и сложить в пакет.
Далее нам приказали взять нашу одежду и голыми бежать вереницей по коридору. Мы прибежали в помещение 10x10 на улице, где было много парней, стоящих на коленях и локтях головой вниз. Так, голые мы тоже стали, ожидая, что же с нами будет дальше. Откуда–то из застенков доносились ужасные звуки избиений, стоны и адские крики. У нас спросили, хотим ли мы туда, в кровавую баню. – «Никак нет, товарищ командир!”. Нам приказали, стоя на коленях, одеться. Зачет по последнему. Кто оденется последним из 10ти, тот получает. Начал быстро одеваться, у меня была куртка – как минимум на одну вещь больше, чем у тех, кто был легко одет. Одев всю верхнюю одежду, понял, что остались носки. Было желание не надевать носки, но потом я подумал, что это будет нечестно по отношению к другим, а также, что носки будут скомканные в кроссовках под ногами – это неудобно и холодно. Я оделся последним. Охранник сказал: «Можешь уже не спешить, прими достойно!”. Я подготовился, продышался и получил один сильный удар по спине. Был очень рад, что не последовала серия ударов. Кстати, это был последний удар, который я получил. Охранник с периодичностью в несколько минут бил других парней, задавал вопросы, проводил лекцию политинформации для нас: «Зачем вам это надо? Вам что плохо живется? Зачем Вам эта Тихановская, она же домохозяйка! Посмотрите на Ваши крутые шмотки! У вас же у всех айфоны! (про айфоны уже второй раз за ночь услышал) 26 лет жили спокойно, стабильно, сыто! Вы хотите воевать с нами? Мы не хотим с Вами воевать! Мы хотим Вас защищать! Вы думаете, мне нравится то, что я делаю сейчас? Мы боремся с убийцами, насильниками, ворами, почему мы должны бороться с Вами!» Что я заметил из этого разговора. Мне показалось, что политическая часть напоминала какое–то шоу, будто охранник говорил на публику. И не был заметен какой — то энтузиазм и искренность в его словах. Когда же он говорил, что это не его работа с нами разбираться, что он хочет нас охранять, его клиенты — это убийцы и проч. – я почувствовал, что человек говорит искренне. В общем, сложилось ощущение, что они там соревнуются, кто больше охваливает власть, чтоб показать лояльность перед своим и смежным ведомствами.
К часам 8–9 утра нам разрешили встать. На этой площадке, не знаю, что это карцер или прогулочная, мы простояли до вечера. Слава Богу, у меня была куртка, мне не было холодно. С нами был парень без майки, он замерзал. Я ему периодически давал надеть куртку, чтобы согреться. Казалось, что все пытки позади, выглянуло солнце и мы расслабились. Начали знакомиться, общаться. Обсуждали и гадали, что нас ждет дальше. Надеялись, что нас отпустят в виду того, что тюрьмы, должно быть, уже переполнены, и силовики попросту не знают, куда нас девать. Много было разных разговоров, не буду описывать их подробно, да уже и не помню всего, что говорилось. Помню, что гадали, куда мы попали. Бывалые правонарушители и манифестанты зорким глазом сразу определили, что мы на Окрестина. Сверху на террасе за нами следил сотрудник ВД в маске, ни на какие вопросы не отвечал. Слава Богу появилось ведро, и впервые за 12 часов я смогу справить нужду. Нам сбросили несколько бутылок воды, но до меня она не дошла. Воды давали мало и редко. Поскольку я стоял далеко от террасы, я так и ни разу не попил до вечера. Те кто ловил, выпивали всю воду и делились только с рядом стоящими. Это такой показатель заключённых – в этих условиях все думают лишь о себе, о своем выживании. Начались небольшие перепалки между заключёнными из–за воды. Помню еще, что, когда человек в очередной раз попросил воды у стоящего сверху надзирателя, последний ответил: “Посцать бы на тебя!”.
Некоторые люди стучали в дверь, звали сотрудников ВД, просили еды, жаловались на холод. Мы осуждали такое поведение. Я понимал, что с нами нарочно обращаются как со скотом, чтоб дать понять, что мы самые недостойные люди в стране в данный момент. Мы опасались, что из — за недовольства отдельных личностей, нас изобьют или не выпустят. Мы слышали, что возле здания на Окрестина образовался пикет и девушки скандируют “Позор”, “Выпускай”, другие кричалки. Это нас раздражало, так как мы опасались возмездия за это. В соседнем карцере были задержанные девушки. Они возмущались, спорили. Я в чем–то завидовал их отваге. Все же девушек не должны бить так как нас, и они могут себе позволить возмущаться.
Пока мы там стояли, я думал: как так происходит, что люди c образованием и интеллектом ниже среднего избивают и глумятся надо мной, человеком с высшим образованием, с 11–летним опытом работы юристом и на руководящих должностях, говорящего на 4 языках. Такое государство просто недостойно меня. Как так вышло? Ко мне пришла мысль и я высказал ее ребятам вслух, что сейчас для власти мы хуже бандитов, убийц и самых отъявленных злодеев. Поэтому лучше ничего не требовать, не возмущаться, а достойно молча ожидать свою судьбу.
Нам сказали, что сейчас приедет судья и будут суды. Постепенно начали вызывать людей на суды. Из 127 человек, которые были на площадке вместе со мной вызвали максимум 30–40 человек. Люди возвращались. Кто–то признался, что он нарушал ст. 23.34 КоАП «Нарушения порядка организации или проведения массовых мероприятий», кто–то отказывался. Мы сразу окружали вернувшихся с судов, чтоб расспросить, что там происходит и как лучше себя вести на судах. Те, кто признавался получали по 10–11 суток ареста. Те, кто спорил – 15 суток – максимальное наказание. Заключенные разделились на 2 лагеря: те, кто хотел признаться лишь бы выйти поскорее и лишь бы не били; и те, кто не соглашался. Поскольку большинство людей, как и я, участие в митинге не принимали, этот выбор был мучителен для нас. Поступиться своей совестью ради здоровья, либо рискнуть здоровьем ради правды. Я сказал, что я юрист с большим опытом. Начал консультировать людей. По закону, конечно, я должен был всем советовать не признаваться. Но в этот день в этом месте в этих обстоятельствах закона не было, он не работал и был жестоко попран грубой силой и безнравственностью силовиков. Я много думал и переживал, как поступить в моей ситуации, что посоветовать другим. Самое лучшее, что мне пришло на ум, это выжидать и надеяться, что нас выпустят без суда, так как тюрьмы переполнены. А уже если дойдет до суда, то поступать по ситуации и попробовать поговорить с судьей, спросить, дадут ли меньший срок, если согласишься или нет. Также с прагматической точки зрения я понимал, что никакой возможности привлечь свидетелей, истребовать доказательства, заявлять жалобы, ходатайства, отвод судье, а уж тем более потребовать записи видеокамеры на улицах в месте задержания, нам не дадут. Я отрезвил некоторых ребят, раскрутив им сценарий того, что будет. Я видел перед собой вопрошающие глаза людей. И советовал им соглашаться, так как сутки или штрафы дадут в любом случае. Сказал, какая у нас цель? Наша цель, выйти отсюда как можно скорее, сохранив здоровье, а не добиваться правды. Поэтому лучше согласится и не бесить этих чертей. Это было тяжело, но я решил для себя, что так будет лучше. К счастью, судов против остальных людей кроме тех 30–40 не было, и этот моральный выбор отпал сам собой.
Целые сутки я не спал. Место для того, чтобы расположиться для сна всем 127 человека, не было. Мы придумали ложиться на пол на спину и каждый следующий человек ложился между ног лежащего сзади – выстроили такие шеренги вагончиков людей вдоль стен помещения. Лежать на полу было холодно, но зато мне удалось подремать минут 30–40. Сон придал сил ждать. Погода резко портилась, намечался дождь. Мы молили небеса, чтобы не полило. К счастью, небо в тот день к нам было благосклонно. Где–то через час наши вагончики развалились, затекали ноги, в таком положении проспать долго было невозможно. И к лучшему: это нас спасло от переохлаждения.
Мы встали и простояли еще несколько часов, пока нас не начали отводить по камерам. Это тоже была пытка, так как начиная с обеда привозили новых заключенных, и они проходили круги ада: мы слышали из–за стены как черти в черном кричали, избивали и издевались над людьми. На нас гаркнули стать к стене и по 10 человек со словами: “Вы жаловались на холод, сейчас мы вам сделаем погорячее” стали куда–то угонять. Мы запомнили, что на экзекуцию ночью и рано утром тоже гнали по 10 человек со словами: «Этих я уже отработал. Давай еще десяточку на отработку”. Мы стояли лицом к стене и прислушивались, последуют ли крики. Криков не было. Выводили по 10 человек достаточно быстро, а также мы слышали, как гремят двери в камерах, на основании чего я сделал вывод, что скорее всего нас сортируют по камерам. Когда же охранник сказал: «Вам тут было тесно. Сейчас будете гулять по хатам”, на сердце отлегло, так как я понял, что действительно нас ведут в камеры. Забегание в камеру это еще та история. Ты держишь руки за спиной, голову вниз, твое тело согнуто почти под углом 45 градусов, шея повернута влево. И в таком положении, словно овца, ты бежишь в свой загон. Я видел по телевизору, что так конвоируют людей в колониях строгого режима, осужденных за совершение особые тяжких преступлений, но никак не мирных манифестантов.
В камере мы встретили трех парней, они были бодры, смеялись. Они были задержаны во время протестов 9–10 числа. Двое из них было осуждены на сутки административного ареста, один парень еще ожидал суда. В двухместной камере нас оказалось 22 человека. Никакого негатива постояльцы камере в связи с пополнением не высказывали, а напротив угостили нас хлебом, объяснили правила, помогли расположиться. Места было очень мало, первую ночь спать было невозможно – я спал сидя. Вдруг вспомнил про нашу кошку – Клепу, она осталась дома одна без еды. Так как мы с женой оба оказались тут, очень разнервничался, что нам дадут по 15 суток, а кошка умрет от голода. Потом я вспомнил, что предусмотрительно оставил ключ под передним амортизатором своей машины и сказал маме и сестре, где лежит ключ. Но я боялся, что на стрессе они забудут про это и не покормят нашего любимого зверька. Спросил у ребят, сколько кошка может прожить без еды. Они ответили, что 10 дней может прожить, она будет есть обои, цветы и тд. На сердце немного отлегло, но я решил, что буду признаваться, чтобы дали меньше суток. Окно нашей камеры выходило на улицу прямо напротив ворот ЦИП Окрестина. Я лежал на Пальме (на фене так называемое верхнее лежачее место на нарах) и смотрел в окно. Вдруг сквозь решетку в окне я увидел, что на улице напротив окна сидит девушка с русыми волосами в джинсовой куртке и светит какими–то фонариками. Присмотревшись, я понял, что она держит какого–то зверька под курткой, похоже, кошку. Долго присматривался сквозь решетку, потом позвал сокамерника посмотреть. Он подтвердил, что видит девушку с кошкой. Около часа я смотрел в окно, но лица девушки рассмотреть не мог. В общем, мне удалось убедить себя, что с 90% вероятностью – это была Настя с нашей любимой кошкой. Удалось отогнать дурные мысли, и стало легче. Забегая вперед, скажу, что ошибся.
В камере мы много общались, шутили. Из смешного запомнилась демонстрация друг другу синяков и гематом от дубинок на спине, плечах и задницах. Мы смотрели на форму синяков и угадывали в них очертания различных вещей, контуров карты Беларуси и других стран. Также бодрились, что Ленин сидел, Сталин сидел, Якуб Колас сидел, Пушкин был в ссылке – каждый нормальный мужик должен отсидеть хотя бы раз. В ту ночь я смог поспать совсем немного, так как спать можно было только сидя.
Утром нам дали чай, 3 буханки черного и 2 – белого хлеба, а также сечку. Помню момент, когда один парень решил попросить у кухарки мобильный телефон, чтоб сделать звонок маме. Она ответила: “E..нулся?” Некоторые ребята не ели или не доели кашу. Возвращая тарелки у кухарки спросили, а что делать с оставшейся едой, может вернуть ее Вам, чтоб не выбрасывать? На что получили ответ от рядом стоящего охранника тюрьма, что–то вроде: “Щас я тебе въе..у – быстро вымыл!”. Постепенно наша камеру пустела – кого–то отпустили, кого–то вызывали на суды, кого–то, как мы решили, перевезли отбывать сутки в Жодино. На протяжении целого дня к нам каждые полчаса–час приходили сотрудники тюрьмы и называли фамилии людей, а также заставляли нас писать список нашей камере не листке бумаги. Какая–то неразбериха у них была. К часам 5–6 дня нас осталось 11 человек в камере.
Днем нас вызвал наш охранник – мы узнали, что его зовут Сергей – и повел на третий этаж помещений изолятора. Он сказал, что мы можем уже идти нормально, не сгибая головы. Также использовал к нам слова: “мужики”, мне показалось, что на второй день к нам уже улучшилось отношение. Там нас вызвали к какому–то важному офицеру на допрос. Я шел вторым. Первым вышeл мой сокамерник cо словами: “Свобода! Cегодня нас выпускают!”. Я зашел в кабинет, там был приятной наружности офицер лет 45. Он мне сказал: я вправе решать, кто отморозок, а кто вменяемый человек. После 15–20 минут беседы, он сказал, что меня отпустят. Я подписал бумагу, что нарушал закон, раскаиваюсь и если меня еще раз задержат на митинге, то будет уголовная ответственность. Подождав остальных парней, мы вернулись назад в камере в полном воодушевлении. Обращение с нами по пути назад было нормальное.
Мы убрали камеру и приготовились, что с минуты на минуту нас могут выпустить. Разделили и доели остатки черного хлеба. Прошел час, второй, третий, но никто к нам не пришел. Часть ребят начали засыпать. Ночью раздался грозный голос: “Встать! Лицом к стене!”. Мы встали, но к нам никто не зашел. Заметили, что это не голос Сергея. Хоть бы не ОМОН, подумали мы. Простояв с полчаса, некоторые опять вернулись спать на кровати и на пол. Я стоял возле окна и с сокамерниками смотрел, что происходит за территорией изолятора. Там образовался большой пикет. Кто–то сказал, посмотрите сколько там людей: стоят с котами, собаками, шашлыки жарят. Потом мы узнали, что это волонтерский лагерь и родственник заключенных. Начинали отпускать людей, и мы смотрели в окна. Когда выходили заключенные, люди аплодировали. Но людей выходило немного. Потом вместо людей начали выезжать скорые, я насчитал штук 5–6, а может и больше. Также выезжали милицейские грузовики и машины. Люди на улице начали возмущаться, требовали показать людей, кричали имена. Обстановка была очень нервозная. Это было, наверно в 2–3 часа ночи.
Вся наша камера спала, я был единственный, кто не мог заснуть. Слышал в коридоре беготню ОМОНовцев, лязг ключей и дверей, шум где–то в глубине здания. Людей из соседних камер выводили, куда–то гнали. Я начал думать и соотносить выезжающие скорые, весь этот шум, и стал опасаться, что они дополнительно избивают людей до того, как выпустить (я не знал тогда, что некоторым тяжело избитым не вызывали медицинскую помощь своевременно). Из соседней камеры вывели людей. Я слышал, как один заключенный сказал, что не может встать, так как ему сломали позвоночник. Сотрудник ОМОНа крикнул ему: “Встать!”. Люди побежали куда–то вправо, через кормушку в двери камеры я видел бегущих “космонавтов”, потом через некоторое время слышал, как заключенные бежали из правой стороны влево. Далее я услышал, как кого–то тащат по полу. Видимо, тащили того человека, который не мог встать. Потом тащить перестали. Видимо он сел, опираясь на стену между дверьми двух соседних камер. Я слышал его дыхание. Он дышал, словно у него была дырка в груди, как будто через трубку. Мороз по коже был от этих звуков. Думал, не дай Бог нас отправят домой на скорой. Открылась наша дверь, нас спросили, когда задержаны. Мы ответили, что 12 и что нас должны выпустить. На что сотрудник милиции спросил, почему это он должен нас выпустить? Мы пояснили. Он сказал: ”Ну раз подполковник из центрального аппарата сказал, то отпустим”. Где–то через час нас вывели и построили вдоль стены. Был один сотрудник в милицейских штанах и черной байке, без маски, не ОМОНовец. Он спросил, кто задержан 11 числа, подозвал к себе несколько человек по одному и запихнул их в другую камеру. Затем он спросил, кто задержан 12 числа. Подозвал к себе 1 человека чтобы запихнуть в другую камеру. Следующим должен был идти я. Пока мой товарищ шел в камеру, я уловил взгляд сотрудника тюрьмы и посмотрел ему в глаза просящим взглядом, мол, не калечь меня. Он подозвал меня, спросил гражданство и кем работаю. Я сказал, что у меня гражданство Беларуси, но еще Ирака, и что у меня ИП и я директор собственной фирмы. Он сказал мне вернуться в строй со словами: “Судьба тебе дала второй шанс”. Нам приказали бежать вниз. Внизу было больше сотни людей. А также сотрудники тюрьмы и военные с автоматами в защитной форме. Был также тот сотрудник, который сортировал нас на выход, еще одного я запомнил – он вызывал нас на суды. Мы стояли вдоль стены, а напротив другой стены лежали наши вещи, разбросанные, как на барахолке. Военный сказал, что есть минута осмотреться вокруг и найти взглядом свои вещи. Я понял, что это невозможно, да и было одно желание быстрее выйти отсюда и попытаться спасти ребят, которых, как я предполагал, сейчас избивали. Нас заставили еще раз подписать признание и предупреждение об уголовной ответственности, назвать анкетные данные для включения в базу. Кто–то вперед меня залупался с военными по поводу вещей. Я не понимал этого: “Убегай скорее, а то заберут в камеру и искалечат”, мысленно я давал совет тому человеку. По пути я спросил у двух разных сотрудников насчет Насти, отпустили ли ее, и как это узнать. Мне сказали, что девушек всех отпустили. У второго сотрудника, молодого мента, я спросил, били ли девушек. Он мне ответил, что здесь никого не бьют. В тот момент на секунду злость резко вскипела в жилах, но рационализм взял верх – мне оставалось несколько шагов до выхода.
Как только я переступил порог тюрьмы, моя мама обняла меня (позже я узнал, что Настя прислала ее встретить меня). Следом я увидел давнюю знакомую и подругу жены. Удивился, зачем они тут. Оказалось, их родственники тоже на Окрестина. Я взял телефон у мамы и позвонил Насте, спросил били ли ее, как там кошка и что надо срочно спасать людей. Попросил свою знакомую написать другу, у которого есть связи в силовых ведомствах, чтобы спасти ребят. Но было около 6 утра – люди спят в это время. Мой выход затянулся на добрые полчаса. Я ходил взад–вперед по волонтерскому лагерю и начал плакать от отчаяния. Стрельнул у кого–то сигарету, выкурил и почувствовал себя плохо. У меня было давление 190/100 – это мой рекорд на сегодняшний день. Мне вкололи магнезию в скорой, давление нормализовалось. Волонтеры опросили указать свои ФИО в списках, что я сделал. Давать интервью отказался. В некоторых людях усматривал признаки тихарей. Ко мне подошел человек, он оказался доктором, но до знакомства с ним я сразу спросил, Вы не силовик?:)
Еще не знал, что происходит в стране, что включили интернет, рабочие бастуют, а люди массово выходят на митинги. Когда я выходил, думал, что все страдания зря. Еще в камере решил, что пусть его хоть коронуют, но ни одна человеческая жизнь не должна быть отнята или искалечена. Как только узнал все, что произошло за эти 3 дня, воодушевился – понял: все было не зря. В волонтерском лагере было очень много добрых людей: я поел, выпил воды, предлагали чай, кофе, сигареты, мед помощь, психологи, транспорт. Прям попал с корабля на бал. Приехала Настя. Мы побыли еще какое–то время в лагере, а затем парень волонтер довез нас до дома моих родителей. Там я еще раз вызвал скорую, давление уже было 155/100, что в принципе достаточно норм. Мне сказали мониторить и выпить каптоприл, если повысится. Я не мог уснуть, все время беспокоился о ребятах, которые там остались. Нашел в fb профиль и связался с племянницей моего сокамерника – известного художника, который там остался. Рассказал ей все, но без подробностей. Информации о нем не было ни в больнице, ни в списках. Это был хороший знак. Как только увидел новость в 10 утра о том, что его выпустили, сразу успокоился. Потом я узнал, что их не избивали, а продержали еще несколько часов в камерах и выпустили. Моя догадка, что скорые увозят только что покалеченных людей не оправдалась. Я и допустить не мог, что силовики додумаются до того, чтобы вообще людям не вызывать скорые и держать их покалеченных в камерах. Когда я лежал головой в пол с согнутыми ногами, то подсматривал между ног, что происходит. Видел, что во дворике тюрьмы были скорые прямо во время избиений. Один раз слышал, что “отработав” человека по–полной ОМОНовец кричал: “Скорую!”. Эта дикость еще укладывалась в моей голове, но не вызывать людям скорую в принципе – моя фантазия здесь оказалась бессильна.
Наверно, можно было всю эту историю существенно сократить, уместив в 2 буквы – АД. Короче слово вряд ли можно придумать. Я читал «Записки из мертвого дома» Достоевского, «Архипелаг Гулаг» Солженицына, «Другой мир» Герлинга–Грудзинского. Там описаны быт и испытания узников лагерей, в том числе политических заключенных. В этих произведениях свидетельства пыток, унижений, суровых условий труда заключенных. Наверно, что–то близкое к этому, но интенсивом, выпало испытать нам. Однако у меня сразу появилась другая аналогия, еще там, когда головой в пол на коленях сидел во дворике изолятора – это монолог Князя Мышкина из романа Достоевского «Идиот» о ценности времени и жизни перед казнью. Меня этот монолог сильно тронул, и когда читал книгу, и в исполнении Евгения Миронова просто талантливо сыграно. Так вот, я испытал что–то похожее, когда был там в ожидании своей участи. Я думал очень четко и планировал, что буду делать при различных исходах. А также слушал и анализировал по поведению и словам ОМОНовцев, чего стоит ожидать. Кого, как бьют и за что. Все было очень четко и ясно в сознании. Понятно, если убьют, то и планировать нечего. Страх смерти был пару раз и исчезал быстро – все–таки не верилось, что будут убивать. Страха физической боли не было, так как уже испытал ее. Самый большой страх был – остаться инвалидом. И вот это ожидание и подготовка к неминуемой своей участи, это самое страшное. Эти часы и минуты тянулись очень долго. А на утро, когда вся эта вакханалия прекратилась, было действительно облегчение и осознание того, что жить хорошо. И что постоять 12 часов на ногах на открытом воздухе без еды и питья не так уж плохо
В заключение одна важная мысль. Когда я слышу обвинения каких–то чиновников в адрес «провокаторов», наркоманов, алкоголиков, ранее судимых, что, оказывается, их можно бить до полусмерти, что их жизнь за половину идет жизни человеческой, не могу понять, где росли, учились люди, которые это все говорят, какая мать их воспитала. Мне как юристу — это вообще непонятно.
Несколько слов про провокаторов и тех, кто сопротивлялся сотрудникам ОМОН. ОМОН вышел с оружием, техникой, гранатами, щитами, дубинками, водометами, газом против мирных людей в шортах и майках, навязал им бойню, в которой люди не хотели участвовать. Кто–то из демонстрантов не смог терпеть насилие, начал защищаться. Это нормальная реакция людей на угрозу жизни – защищаться. Мы социальные животные, так или иначе ведомые инстинктами. Не все готовы как поросята лежать и выносить удары, когда есть хоть малейший шанс этих ударов избежать. В итоге ОМОН победил человека в неравном бою. В бою, который ОМОН развязал сам. Но потом, после боя, уже побежденного и беззащитного человека они калечили и мстили лишь за саму попытку защититься. Это вдвойне подло.
Про наркоманов, алкоголиков, безработных – это просто какая–то классовая вражда, сродни кулакам, врагам народа и контрреволюционерам. Как достижение Лукашенко приводят то, что он в 1994 разобрался с бандитами и “ворами в законе”. Мол, дали им 24 часа, а кто не уехал, расстреляли. Об этом слагают легенды и поют ему дифирамбы. Даже сам на недавнем выступлении сказал про это. Так вот, я думаю, что тогда, c первого дня мы и начали свой путь к тому, что имеем сейчас. Нельзя грязными и незаконными методами установить мир и законность. Нельзя проливать кровь сейчас во имя того, чтоб не пролилась кровь в будущем. Попирать закон чьими–то понятиями, суждениями и представлениями о справедливости тоже никому не позволено».
https://charter97.org/ru/news/2020/8/28/391242/
submitted by 5igorsk to Tay_5 [link] [comments]


2020.08.17 05:43 Tom_Noir X сделали перепланировку дома как узаконить 2016

[ENG] There are thousands of trainings and articles, of varying degrees of quality, on how to say the word "No". And I`ll try to explain - why.
When we are asked for something, for example, to trade a shift at work, to lend some money or to go somewhere together, on our sluggish "Sorry, I can’t" immediately responds with "but, why????". This is an attempt at manipulation and to respond to it is already defeat. Think about it, a person wants something from us. We have already indicated that we do not want to do this. A person wants to hear what motives we were guided by and devalue them, or even refute them altogether - to prove to us that our logic is worse than his, which means that WE must do what HE wants.
Consider the ten-step concept. At this stage, we are approximately in the middle, i.e. that our voice and the voice of the one who "asking" has approximately the same weight (which by the way is already wrong in itself). It is very difficult for us to leave the question unanswered. On "WHY ???" we answer, they say, I'm busy that evening, I have no money, I want to stay at home, something like that - and this is already a concession. This means that we conditionally agreed to do what we are asked to do, but circumstances prevent us. Perhaps the further dispute looks like an attempt to convince us to do this, but in fact (especially in the mind of the person asking), we have already been convinced, now we need to be convinced that the circumstances are not so important (what can you do so important? Watch some lam TV shows again? - depreciation) or even catch a lie (wait , there was a prepayment yesterday! You have money!). And now we suddenly have already taken a step, or even two towards human. Any attempt to counter-reason is almost a surrender. You if you keep arguing that TV shows can be important - you make an excuses. You say that you will study for an important certification or that you need that for something - and now you are already asking permission to use of YOUR money and YOUR time. And that person have right to judge what is more important for YOU. Doesn't sound very logical? But this is how our subconscious works. Furthermore. If you brought up immediately, for example, three reasons why you cannot / do not want to do this, you will most likely start with the most important and weighty ones. And the person will start break the weakest of them and each of his success (a new round argument-counterargument) devalues the original arguments, even if you do not discussing them! Of course this works in negotiations too.
What's next? This continues until either time runs out (external interference), until one of the parties gives in (and it is you, the "oppressive" side by default cannot give in), or until one of the parties radically withdraw from the negotiations ("Oh, to hell with it, I'm leaving." Actually, thats why the oppressive side cannot yield; its concession is always not an agreement with your arguments, but a withdrawal from the negotiations).
Once again: by starting to explain "why" - you already deprive yourself of the chance to win. Because the best possible option is to keep the original position, and the worst is to fully agree to the terms of the "oppressive" one. Well and, the whole gradient in between. So in general, you have no option to win (by the way, this explains one of the ways to say no - if at the first request you immediately announce some kind of price, not necessarily in money, then the opponent loses the main advantage - the absence of risks)
But there is one more moment, which is the main danger and problem in all of this. Perhaps you think that the worst thing that can happen to you is that you have to borrow someone a powerdrill, take someone else's shift, or go on a boring date. This is not true. Every time you exchange arguments, they try to devalue your choice, your reasons for not doing it. They ask you, but subconsciously, for all those participating and even simply observing, it's you who asking for permission to keep your original plans. So, it's not only your choices which is devalued, but also yourself. And your opponent asserts himself at your expense and raises his rating in the team and / or relationships (even if this is a relationship between just two). So that's it. Try not to explain your "no". Your "don't want" should be enough. Although difficult)
[RUS] Почему фраза "Нет" или "Не хочу" должна быть достаточной. Существуют тысячи тренингов и статей, разной степени качественности, как говорить слово "Нет". А я хочу немного объяснить - зачем. Когда у нас что-то просят, например подменить на работе, дать взаймы или составить компанию, на наше вяленькое "не могу" сразу идёт ответка "ну почемуууу???". Это попытка манипуляции и ответ на неё - уже поражение. Вдумайтесь, человек от нас что-то хочет. Мы уже обозначили, что мы этого не хотим. Человек хочет услышать, какими мотивами мы руководствовались и обесценить их или вообще опровергнуть - доказать нам, что наша логика хуже чем его, а значит мы должны делать то, что хочет он, а не мы. Вспомним про концепцию десяти шагов. На этом этапе мы находимся примерно на середине, т.е. что наш голос, что голос "просящего" обладает примерно одинаковым весом (что кстати само по себе уже неправильно). Нам очень сложно оставить вопрос без ответа. На "нупачееммуу???" мы отвечаем, мол я занят тем вечером, нету денег, хочу посидеть дома, etc - это уже уступка. Это означает, что мы условно согласились выполнить то, о чём нас просят, но нам мешают обстоятельства. Возможно дальнейший спор выглядит как попытка нас убедить сделать это, но на самом деле (особенно в мозгу просящего), нас уже убедили, теперь нас нужно убедить в том, что обстоятельства не такие уж и важные (да чем ты таким можешь быть занят важным? Опять смотреть сериалы? - обесценивание) или вообще поймать на лжи (да вчера же был аванс! У тебя есть деньги!). И вот мы внезапно уже сделали шаг, а то и два навстречу человека. Попытка контраргументировать - это уже почти капитуляция. Вы продолжаете доказывать, что сериалы могут быть важны - оправдываетесь. Вы говорите, что будете учиться на важную сертификацию или что аванс вам нужен для другого - и вот вы уже как бы просите разрешения распоряжаться ВАШИМИ деньгами и ВАШИМ временем. И отдаёте человеку право судить что для ВАС важнее. Звучит не очень логично? Но именно так и работает наше подсознание. Более того. Если вы привели сходу например три довода, почему вы не можете/не хотите этого делать, скорее всего вы начнёте с наиболее важных и весомых. Человек же начнёт разбивать самый слабый из них и каждый его успех (новый виток аргумента-контраргумента) обесценивает изначальные доводы, даже если вы их не обсуждаете. Конечно же это работает и в переговорах тоже. Что дальше? Это продолжается либо пока не закончится время (внешнее вмешательство), либо пока одна из сторон не уступит (причём именно вы, "давящая" сторона по умолчанию не может уступить), либо пока одна из сторон не выйдет радикально из переговоров("Всё, к черту, закрыли разговор, я ушёл". Собственно поэтому давящая сторона не может уступить; её уступка - это всегда не согласие с вашими доводами, а именно выход из переговоров). Ещё раз: начав объяснять "почему" - вы уже лишаете себя шансов на победу. Потому что лучший возможный вариант - это сохранение исходной позиции, а худший - полное согласие на условия "давящего". Ну и весь градиент между. Т.е. у вас в принципе отсутствует вариант оказаться в выигрыше (кстати, это объясняет один из способов говорить нет - если на первую просьбу вы сразу озвучиваете цену, не обязательно в деньгах, то оппонент теряет основное преимущество - отсутствие рисков). Но есть ещё момент, который и является главной опасностью и проблемой в подобном. Возможно вам кажется, что худшее что может случится - это вам таки придётся одолжить человеку дрель, выйти на чужую смену или пойти на скучное свидание. Это не так. Каждый раз, когда вы обмениваетесь аргументами - пытаются обесценить ваш выбор, ваши причины не делать этого. Просят вас, но подсознательно, для всех участвующих и даже просто наблюдающих, именно вы просите разрешить вам сохранить изначальные планы. Т.е. обесценивают не только ваш выбор, но и вас самих. А ваш оппонент самоутверждается за ваш счёт и поднимает свой рейтинг в коллективе и/или отношениях(даже если это отношения изначально всего двоих). Вот так вот. Старайтесь не объяснять своё "нет". Ваше "не хочу" - должно быть уже достаточным. Хотя это и сложно)
submitted by Tom_Noir to NeuroPsy [link] [comments]


2020.08.13 04:02 postmaster_ru X сделали перепланировку дома как узаконить 2016

- 88-летняя старушка умерла, отравившись угарным газом. В морге я никак не мог вскрыть её череп. Оказалось, что толщина черепа 3-4 см, а значит у неё очень маленький мозг, самый маленький из тех, что я видел. Но, судя по всему, этот никак не отразилось на её жизни. У неё был свой бизнес по производству мягкого сыра. Физически ничего примечательного тоже не было. Никаких деформаций снаружи, ни на теле, ни на лице. Мы включили информацию в отчет о вскрытии, но, поскольку она не была связана с причиной смерти, дальнейшее расследование не проводилось.
- А какая средня толщина черепа?
- 6,5 мм.
- Меньше сантиметра? То есть её череп в 4 раза толще обычного. Удивительно. Значит ли это, что ей труднее было получить сотрясение?
- Нет. Потому что при сотрясении мозг бьётся о стенку черепа, так что толщина не влияет.
- Я работал в морге и делал рентгены тел людей, погибших при странных обстоятельствам, убитых и т.д. Однажды мы делали снимок брюшной полости одного парня, найденного в пруду на поле для гольфа. Когда я перевернул его, чтобы взять из-под него пластину, из его задницы пыталась выбраться лягушка. Мы посадили её в банку. Мой коллега выяснил, что вид лягушки характерен для местности, где нашли тело, поэтому отвёз её в тот самый пруд. Сомневаюсь, что друзья-лягушки поверят её истории.
- Разговаривал с одним патологоанатомом на конференции. Она рассказывала, что когда проходила практику, они делали вскрытие найденного в реке тела. Компьютерная томография показала что-то странное в животе. Живот разрезали, оттуда выскочила змея и укусила одного патологоанатома.
- У Стивена Кинга есть классный рассказ "Секционный зал номер четыре" с похожим сюжетом, советую прочитать.
- Мать одного английского гангстера умерла от инфаркта, когда к ней в дом вломились грабители. Ей было 87 лет. Грабители искали наркотики и деньги. Следов насильственной смерти на теле не было обнаружено, но, учитывая обстоятельства смерти, надо было провести полный осмотр тела.
В результате вскрытия в заднем проходе было обнаружено 57 г героина.
- Вот мне интересно, она подготовилась на случай ограбления или просто решила, что так будет безопаснее хранить герыч? Может, она спрятала наркотики для сына?
- Осматривание ануса после смерти от сердечного приступа
- это стандартная процедура?
- При обычном вскрытии надо подтвердить причину смерти. При подозрительных обстоятельствах смерти (в Великобритании) надо провести специальное вскрытие для обнаружения улик.
- Вскрывали одного старика, умершего в одиночестве у себя дома. Никаких подозрительных обстоятельств. В прямой кишке у него обнаружили маленький телефон-раскладушку.
- Возможно, дедуля звонил на него с другого телефона, а тот вибрировал. Только как он его заряжал?
- Один мой друг рассказывал, что в 75-летней старушке, умершей от инфаркта, обнаружил при вскрытии 24 шурупа. Вероятно, она страдала извращённым аппетитом.
- Почти шесть долларов монетками по одному центу мы нашли под кожей на ногах и руках одного мужика. Умерший жил отшельником. По всей видимости, он годами хирургическим путем имплантировал себе в кожу пенни. Ума не приложу, зачем он это делал.
- Я, конечно, не эксперт, но разве вместе с монетками нельзя занести инфекцию? - Американские и канадские пенни покрыты медью, а медь обладает довольно мощными антимикробными свойствами.
- Однажды к нам привезли парня, который умер за границей на отдыхе. В стране, где он скончался, уже проводили вскрытие, но мы тоже обязаны были сделать вскрытие. Его забальзамировали и репатриировали на родину.
При первом вскрытии его мозг должны были извлечь и препарировать, а череп закрыть. Мой коллега вскрыл череп заново, чтобы убедиться, что в другой стране всё сделали правильно. Полость черепа была заполнена трусами. При этом тело прислали вместе с вещами погибшего, среди которых тоже были трусы.
- Я учился в мединституте в Гватемале и ещё до начала занятий нам предложили записаться на подготовительные занятия, организованные студенческой ассоциацией. Ассоциация дала взятку коронеру и нас допустили до вскрытий в морге. Самое интересное, что в морге за нами никто не присматривал, а занятиями руководил проваливший экзамены студент второго или третьего курса.
В морге было около 20 тел, и мы делали с ними что хотели. Я помню, что одному мужику почти оторвало голову, она держалась на клочке кожи, а другого пристрелили. Первому мы крутили голову, второму отрезали яйца, потом играли в чревовещателя его губами, в конце концов, просто засунули ему всё в грудную клетку и зашили. Так что я не удивлюсь, что в какой-то стране третьего мира кому-то засунули трусы в голову.
Самое жуткое, что через пару недель я встретил мужчину как две капли воды похожего на труп, с которым мы "играли". Он вместе с дочерью сел напротив меня в пустом автобусе. Девочка смотрела на меня всю поездку. Я совсем не горжусь тем, что мы тогда делали. Я просто хотел избавиться от страха смерти, но до сих пор сожалею о своих действиях.
- Нам однажды привезли парня, которому выстрелили в затылок. Мы сделали рентген и обнаружили, что у него в голове нет пули. Входное отверстие есть, а выходного нет. Мы извлекли мозг и выяснили, что пуля вышла через ноздрю, не оставив никакой выходной раны.
А ещё нам как-то привезли бомжа, скончавшегося от употребления опиатов. При внешнем осмотре мы нашли у него в штанах 40 упаковок бекона. Оказалось, что он своровал бекон в магазине, потом забрался в какой-то заброшенный дом, где и умер с беконом в штанах.
- Моя преподавательница по анатомии работала какое-то время помощником коронера. Она рассказывала историю о мужчине, которого нашли мёртвым в машине на обочине дороги. Следов аварии не было. Коронер предположил, что причиной смерти стал инфаркт. При детальном осмотре тела в черепе было обнаружено пулевое отверстие, выходного отверстия не было.
При вскрытии черепа они обнаружили пулю и превращённый ей в кашицу мозг. Заключение коронера было таким: шальная пуля с достаточной для пробития черепа скоростью залетела в открытое окно автомобиля. Как только она пробила череп, она ещё потеряла в скорости и вместо того, чтобы выйти, долбилась о стенки черепа, перемалывая мозг, пока не остановилась.
источник: рунет
submitted by postmaster_ru to Pikabu [link] [comments]


2020.08.07 21:11 Russian_partisan X сделали перепланировку дома как узаконить 2016

Как произошло вмешательство в американские выборы. Почему институт президенства особенно хорошо подходит банановым республикам. Отвечает Гугл, я ему помогаю. Попробуем разобраться при помощи специальных инструментов Гугл, как до Трампа проходили выборы в США.
У Гугла была специальная программа, которая, кстати, вызвала множество нареканий, когда они сканировали и распознали огромную часть книг и газет в мировых библиотеках. Разумеется, такая большая работа была проделана не для того, чтобы сделать нам всем хорошо, а чтобы потом зарабатывать денежки на этих общедоступных материалах. Чем, кстати, Гугл сейчас и занимается. Побочным продуктом этой программы стал Books Ngram Viewer, который по правильно составленному поисковому запросу выдает количество упоминаний заданного выражения за указанное время. Длительное время гугл придерживал данные за новейшую историию (после 2010 года), а теперь вот вдруг открыл. Спешите видеть, шоу начинается.
Послевоенные Президенты США:
  1. Harry S. Truman, Democratic , April 12, 1945 - January 20, 1953
  2. Dwight D. Eisenhower, Republican, January 20, 1953 - January 20, 1961
  3. John F. Kennedy, Democratic, January 20, 1961 - November 22, 1963
  4. Lyndon B. Johnson, Democratic, November 22, 1963 - January 20, 1969
  5. Richard Nixon, Republican, January 20, 1969 - August 9, 1974
  6. Gerald Ford, Republican, August 9, 1974 - January 20, 1977 (1 срок)
  7. Jimmy Carter, Democratic, January 20, 1977 - January 20, 1981 (1 срок)
  8. Ronald Reagan, Republican, January 20, 1981 - January 20, 1989
  9. George H. W. Bush, Republican, January 20, 1989 - January 20, 1993 (1 срок)
  10. Bill Clinton, Democratic, January 20, 1993 - January 20, 2001 (1 срок)
  11. George W. Bush, Republican, January 20, 2001 - January 20, 2009
  12. Barack Obama, Democratic, January 20, 2009 - January 20, 2017
  13. Donald Trump, Republican, January 20, 2017 - ....
70% послевоенных президентов просидело в кресле два срока, если им позволяло здоровье, а также удавалось избежать скандалов.
За выделенный период было 6 демократов и 7 республиканцев. Хорошая симметрия! Наберем эти имена частями в Ngram:
Часть1
Что мы видим на этой картинке?
О Harry S. Truman начали ускоренно забывать, когда на взлет пошел Dwight D. Eisenhower. И произошло это примерно за 2 года до выборов 1953 года. Смотрим дальше. Dwight D. Eisenhower "протух", когда ракетой взлетел рейтинг упоминания Кеннеди. До выборов 1961 года оставалось два года.
Смотрим следующую серию "балета":
Часть2
В 1963 году Кеннеди убили, однако, замена по рейтингу к этому времени уже была готова, осталось только выбрать место и время. Понятно, что рейтинг упоминания Кеннеди продолжил рост и после убийства, покойник опасности для Джонсона не представлял.
В 1967 году, за 2 года до избрания президентом, начался взлет рейтинга Никсона, а про Джонсона разговаривать стало неприлично :) Случайность или договоренность? Не похоже на случайность, так как с Джеральдом Фордом картина повторяется. Ровно за 2 года до выборов (середина президенского срока!) Форд выныривает из неизвестности и начинает топить предыдущего президента. Пусть вас не смущают частые упоминания Никсона, он им не был рад. В то время произошел Уотергейтский скандал, высокий рейтинг Никсона поправили ложкой компромата. После выборов говно потеряло актуальность:
«Наш долгий национальный кошмар окончился», сказал Форд. Он помиловал Никсона «за все преступления, которые тот мог совершить», на что имел право, так как импичмент ещё не начинал рассматриваться в Сенате. Позже Форд отмечал, что считает это решение одной из главных причин его поражения на выборах в 1976 году.
Смотрим следующую серию:
Часть3
Не буду спорить с Джеральдом Фордом, но конец его президенской карьере по данным Ngram призошел еще в 1975 году, когда вынырнул из неизвестности Картер. Ровно за два года до выборов! В 1979 году Рональд Рейган без сожаления задавит Картера своим рейтингом, опять, ровно за 2 года до выборов.
Предпоследняя выборка:
Часть4
Все как обычно: ровно на середине второго срока предыдущего президента, в 1987 году из неизвестности появляется Джордж Буш (старший), а о Рональде Рейггане сразу, как по команде, "забывают". В 1991 году обычная история повторяется уже с Биллом Клинтоном. Вот как объясняет википедия поражение Буша (старшего) на выборах:
Однако экономическая рецессия и повышение налогов, которое в ходе предвыборной кампании он обязался ни в коем случае не применять, а также заметно увеличившаяся безработица (7,5 % трудоспособного населения в 1992 году) вызвали резкий спад в его рейтинге, и Буш проиграл на выборах 1992 года.
...
3 октября 1991 года Билл Клинтон выдвинул свою кандидатуру на пост президента США. Во время предвыборной кампании упор делался на непростом экономическом состоянии, в котором пребывала страна по итогам 12 лет правления республиканцев, и в частности Джорджа Буша—старшего. Огромный государственный долг, дефицит бюджета, растущая безработица и высокая инфляция позволили Биллу Клинтону проводить свою предвыборную кампанию под лозунгом «Это экономика, дурачок», обращённым в конечном счёте к действующему президенту Бушу.
Трудно сказать, кто из них глупее, но на стажерке в Белом Доме потом попался не Буш, а Клинтон :)
Вот мы и подошли к "вмешательству в выборы":
Часть5
Что мы видим на этой картинке:
  1. Барак Обама "протух" еще 2010 году, сразу через год после своего избрания. Для продолжения шоу его нужно было сменить на первом сроке, но он к этому времени еще не выслужил свою Нобелевскую премию мира «за экстраординарные усилия в укреплении международной дипломатии и сотрудничества между людьми» . Кстати, премия ему была дана для поддержки рейтинга, но она не сработала.
  2. В 2017 Хиллари Клинтон и Трамп стартовали одновременно, но Хиллари вытащили уже из бывших в употреблении карт. Не для того народ приходит на шоу, чтобы смотреть на бывших в употреблении престарелых актеров. При гораздо более частом упоминании на старте, Хиллари не смогла поднять интерес к своей персоне выше времен скандала с Клинтоном и Моникой. А Трамп смог, так как его никто ранее не знал в этом шоу. В головах обывателей от выборов до выборов теплится мысль, что новый кандидат будет лучше прежних. Точно в срок эти надежды по расписанию разрушают, но каждый раз история повторяется вновь.
Почему Трамп "вмешался" в выборы?
Его вообще не должно было быть на этом празднике жизни выпускников дома престарелых. Народ по планам должен был выбирать среди совсем засохших какашек или еще немного с запахом. Трамп сломал отработанную годами рекламную схему, а убрать его с выборов под каким-нибудь предлогом своевременно не смогли. Означает ли это, что он лучше других президентов США? Нет, не означает, он просто лучше почувствовал рынок "президентских услуг" и смог победить конкурентов.
На президентских выборах побеждает не лучший руководитель или начальник, а никому неизвестный чувак с хорошей актерской игрой и мощной финансовой поддержкой.
Теперь мы знаем про американские выборы все, осталось понять, какую функцию должен выполнять президент. Википедия) дает такой ответ:
Президент - это общий титул главы государства в большинстве республик. В политике президентом называют лидеров республиканских государств.
Функции, выполняемые президентом, варьируются в зависимости от формы правления. В парламентских республиках они обычно, но не всегда, ограничиваются полномочиями главы государства и, таким образом, носят в основном церемониальный характер. В президентских, избранных парламентских (например, Ботсвана и Южная Африка) [1] [2] и полупрезидентских республиках роль президента более заметна, охватывая также (в большинстве случаев) функции главы правительства [3]. ] В авторитарных режимах президентом также может называться диктатор или лидер однопартийного государства.
К чему это я? Для сильных независимых государств президент выполняет в основном представительские функции, его возможности сильно ограничены парламентом. В банановых республиках президент неизбежно превращается в диктатора, так как победа на выборах достается ему вовсе не за успехи в руководстве страной. Никто даже толком не представляет, чем он там должен заниматься. Оценивают беседы за столиком, упражнения за штурвалом или на спортивной арене. Президент является отличной мишенью для атак. Вы что-нибудь слышали о китайском диктаторе? Вот и я не слышал, пишут в основном про нехорошую компартию Китая :) Эффект уже не тот, что с КНДР. На президента легко надавить, запугать, он может сам умереть от болезней или по возрасту. Отличная уязвимость для неоколониальных стран.
Может ли маленькое государство иметь своего национального президента, который не превратится со временем в диктатора? Может, но только если он ничего решать не будет, например, как президент Швейцарии:
Президент Швейцарской Конфедерации (нем. Bundespräsident, фр. Président de la Confédération, итал. Presidente della Confederazione, романш. President da la Confederaziun) является председательствующим членом Федерального совета (правительства Швейцарии). Президент Швейцарии не является главой государства, поскольку функции главы государства выполняют коллективно все члены Федерального совета. Однако его голос является решающим при обсуждении текущих дел на Федеральном совете. Как первый среди равных, президент не имеет полномочий руководить другими членами Совета и продолжает возглавлять свой департамент. Избирается на один год парламентом из числа членов Федерального совета, высшего органа исполнительной власти, и обладает по преимуществу, представительскими функциями.
Во всех прочих случаях финансовый капитал найдет способ посадить на трон нужного человека. Эта история стара как мир, была описана О. Генри в "Короли и капуста" еще в 1904 году:
Мы уже упоминали о том, что с самого начала своего президентстве Лосада сумел заслужить неприязнь народа. Это чувство продолжало расти. Во всей республике чувствовалось молчаливое, затаенное недовольство. Даже старая либеральная партия, которой так горячо помогали Гудвин, Савалья и другие патриоты, разочаровалась в своем ставленнике. Лосаде так и не удалось сделаться народным кумиром. Новые налоги и новые пошлины на ввозимые товары, а главное, потворство военным властям, которые притесняли гражданское население страны, сделали его одним из самых непопулярных правителей со времен презренного Альфорана. Большинство его собственного кабинета было в оппозиции к нему Армия, перед которой он заискивал, которой он разрешал тиранить мирных жителей, была его единственной и до поры до времени достаточно прочной опорой.
Но самым опрометчивым поступком нового правительства была ссора с пароходной компанией «Везувий». У этой организации было двенадцать своих пароходов, а капитал ее выражался в сумме несколько большей, чем весь бюджет Анчурии — весь ее дебет и кредит.
Естественно, что такая солидная фирма, как компания «Везувий», не могла не разгневаться, когда вдруг какая-то ничтожная розничная республика вздумала выжимать из нее лишние деньги. Так что когда агенты правительства обратились к компании «Везувий» за субсидией, они встретили учтивый отказ. Президент сквитался с нею, наложив на нее новую пошлину: реал с каждого пучка бананов — вещь, невиданная во фруктовых республиках! Компания «Везувий» вложила большие капиталы в пристани и плантации Анчурии, служащие этой компании выстроили себе в городах, где им приходилось работать, прекрасные дома и до этого времени были в наилучших отношениях с республикой к несомненной выгоде обеих сторон. Если бы компания вынуждена была покинуть страну, она потерпела бы большие убытки — продажная цена бананов — от Вэра-Крус до Тринидада — три реала за один пучок. Эта новая пошлина — один реал — должна была разорить всех садоводов Анчурии и причинила бы большие неудобства компании «Везувий», если бы компания отказалась платить. Все же по какой-то непонятной причине «Везувий» продолжал покупать анчурийские фрукты, платя лишний реал за пучок и не допуская, чтобы владельцы плантаций потерпели убытки.
Эта кажущаяся победа ввела его превосходительство в заблуждение, и он возжаждал новых триумфов. Он послал своего эмиссара для переговоров с представителем компании «Везувий». «Везувий» направил для этой цели в Анчурию некоего мистера Франзони, маленького, толстенького, жизнерадостного человечка, всегда спокойного, вечно насвистывающего арии из опер Верди. В интересах Анчурии был уполномочен действовать сеньор Эспирисион, чиновник министерства финансов. Свидание состоялось в каюте парохода «Спаситель».
Сеньор Эспирисион с первых же слов сообщил, что правительство намерено построить железную дорогу, соединяющую береговые районы страны. Указав, что благодаря этой железной дороге «Везувий» окажется в больших барышах, сеньор Эспирисион добавил, что, если «Везувий» даст правительству ссуду на постройку дороги, — скажем, пятьдесят тысяч песо, — эта трата в скором времени окупится полностью.
Мистер Франзони утверждал, что никаких выгод от железной дороги для компании «Везувий» не будет. Как представитель компании, он считает невозможным выдать ссуду в пятьдесят тысяч pesos. Но он на свою ответственность осмелился бы предложить двадцать пять.
— Двадцать пять тысяч pesos? — переспросил дон сеньор Эспирисион.
— Нет. Просто двадцать пять pesos. И не золотом, а серебром.
— Своим предложением вы оскорбляете мое правительство! — воскликнул сеньор Эспирисион, с негодованием вставая с места.
— Тогда, — сказал мистер Франзони угрожающим тоном, — мы переменим его.
Предложение не подверглось никаким переменам. Неужели мистер Франзони говорил о перемене правительства?
Можно с уверенностью сказать, что излишняя публичность вредит качеству работы. Я не могу себе представить работу А. Н. Туполева под видеокамеру при создании нового самолета. Также меня не интересует, как он проводил свой отпуск. Я вижу отличные самолеты для того времени, поэтому понимаю, что человек был на своем месте Руководителя с большой буквы.
Как оценить работу президента, служебной инструкции для которого не существует, ответственности за срыв обещаний и сроков не предусмотрено? Таких работников можно часто увидеть на презентациях товаров, они ничего толком не умеют, но хорошо выглядят и привлекают доверчивых клиентов :)
Выводы:
  • Улучшить жизнь путем "выбора" президента невозможно.
  • Любой кандидат в президенты обязан обещать и не выполнять. Если бы их обещания сбывались, то был бы кризис перепроизводства президентов :)
  • Гарантировать результат может только личная борьба за свои интересы. В мире, где все продается и покупается, ваши интересы у президента быстро перекупят более богатые спонсоры :)
  • Самый лучший народный выбор - это отсутствие президента!
submitted by Russian_partisan to Russian_forest [link] [comments]


2020.08.05 05:44 Alex_Jew X сделали перепланировку дома как узаконить 2016

Мощный взрыв в Бейруте: власти заявили, что виновата селитра В результате двух взрывов в порту столицы Ливана Бейрута погибли по меньшей мере 78 человек, более 4 тыс. получили ранения, несколько кварталов города полностью разрушены. Согласно заявлениям властей, взорвалась большая партия нитрата аммония (также известного как аммиачная селитра), которая долгое время хранилась в порту без соблюдения мер безопасности.
Многочисленные свидетели взрыва опубликовали в социальных сетях кадры, на которых над портом сначала виден столб дыма, а затем - сильнейший взрыв, после которого над городом повисло облако в форме гриба. Взрывная волна разрушила множество зданий, в том числе расположенных на расстоянии нескольких километров от порта, и разбросала автомобили.
В результате взрыва был разрушен порт и прилегающие к нему районы
По данным местных средств массовой информации, число жертв может возрасти, поскольку под обломками зданий остаются люди.
Корреспондент Би-би-си на месте событий передает, что порту Бейрута нанесены сильнейшие повреждения, и работать он пока не сможет. Это тяжелый удар для страны, импортирующей практически всё необходимое.
"Все здания, которые находятся рядом, разрушены, - сказал один из свидетелей агентству Франс пресс. - Мне приходится идти по стеклу и обломкам в темноте".
Зона бедствия Взрыв был настолько сильным, что его слышали на средиземноморском острове Кипр, который находится на расстоянии 240 километров от Бейрута.
Ливанский Красный Крест сообщил, что больницы в Бейруте переполнены.
Президент Ливана Мишель Аун объявил в стране трехдневный траур, а также пообещал выделить для ликвидации последствий происшествия 100 млрд лир (66 млн долларов США). Бейрут объявлен зоной бедствия, власти получили право использовать армию для обеспечения безопасности.
Министерство иностранных дел Казахстана сообщило, что взрывной волной повреждено здание посольства этой страны и получил "незначительные ранения" консул.
Также повреждено здание российского посольства, в нем пострадала одна сотрудница, сообщили в дипмиссии агентству ТАСС.
ООН заявила, что в результате взрыва получил повреждения военный корабль ее миротворческой миссии в Ливане, несколько военнослужащих ранены. Среди пострадавших - также несколько сотрудников посольства Германии.
Аун заявил, что 2750 тонн нитрата аммония хранились в порту уже шесть лет, необходимые меры безопасности при этом не соблюдались. Он призвал наказать людей, виновных в этом происшествии. Премьер-министр страны Хассан Диаб также сообщил, что "опасные вещества" были конфискованы и находились в порту с 2014 года.
Что такое нитрат аммония
Нитрат аммония, также известный как аммиачная селитра, широко используется как азотное удобрение и в качестве взрывчатого вещества.
Продолжается масштабная спасательная операция
Он особенно взрывоопасен при контакте с открытым огнем. После взрыва аммиачной селитры в атмосферу могут выбрасываться токсичные газы, в том числе оксиды азота и пары аммиака.
Поскольку это вещество особенно опасно, к условиям его хранения предъявляются строгие требования. Одно из них - помещение, где находится нитрат аммония, должно быть пожаробезопасным, и в нем запрещено устанавливать какие-либо трубы, вытяжки или другие каналы, где могут накапливаться взрывоопасные вещества.
Эксперты сообщают, что дым красного цвета, который был виден над портом после взрыва, также может свидетельствовать о том, что речь идет именно о взрыве аммиачной селитры.
Версии прессы Ливанский телеканал LBC International передает со ссылкой на свои источники, что во время заседания совета безопасности страны под председательством президента Ауна была обнародована версия произошедшего. Согласно этим сведениям, в порту велись сварочные работы, во время которых произошло возгорание пиротехники, после чего огонь перекинулся на нитрат аммония. Независимых подтверждений этих сведений нет.
Эксперты говорят, что дым красного цвета свидетельствует о взрыве селитры
Кроме того, агентство ТАСС сообщает со ссылкой на свои источники, что взорвавшаяся селитра была доставлена в Берут на молдавском судне Rhosus, которое перевозило взрывоопасный груз в Африку, но было задержано ливанскими властями из-за нарушений правил эксплуатации. Об этом же сообщает канал LBC International, хотя других подтверждений этой информации нет.
По данным ТАСС, экипаж судна был украинским, однако в марте 2104 года агентство Интерфакс сообщало, что в Ливане задержан молдавский сухогруз Rhosus с грузом нитрата аммония, на борту которого были моряки-россияне. Тогда они жаловались, что их оставили в порту без средств к существованию.
Что говорят очевидцы
Хади Насралла, свидетель происшествия в интервью Би-би-си:
Я увидела огонь, но еще не было понятно, что произойдет взрыв. Мы зашли вовнутрь. Внезапно я оглохла, потому что, видимо, оказалась очень близко. На несколько секунд я вдруг перестала слышать - тогда стало ясно, что что-то случилось.
Правообладатель иллюстрацииEPA
Некоторые районы Бейрута напоминают зону военных действий
И тут внезапно в машинах рядом с нами посыпались стекла. И в соседних машинах, в магазинах и домах тоже. Просто отовсюду сыпалось стекло.
Практически по всему Бейруту люди звонили друг другу из районов в разных концах города - и везде было одно и то же: стекла разбиты, здания трясутся. Громкий взрыв.
Мы были потрясены, потому что обычно, когда такое происходит, последствия взрыва чувствуются только в одном районе. А на этот раз - во всем Бейруте, даже за городом.
Суннива Роуз, журналист:
Мы приехали в Бейрут на машине ранним вечером, когда еще не стемнело, и везде царил абсолютный хаос. На улицах полно битого стекла. Машинам скорой помощи было трудно проехать - повсюду были кирпичи, бетонные блоки. Обрушились целые дома.
Когда мы подъехали к порту, стало ясно, что его оцепили военные. Они сказали нам, что нужно держаться подальше, потому что может снова произойти взрыв.
Дым поднимался над портом до позднего вечера. Весь город почернел. Ходить по улицам было очень сложно: нам встречались окровавленные люди. Я видела, как врач оказывает помощь 86-летней женщине, он только что выбежал с аптечкой из своего дома. Машины были полностью разбиты камнями.
В моей собственной квартире тоже все стекла разбиты. Масштабы повреждений просто невероятные.
Реакция мира Ливанский премьер-министр Хассан Диаб призвал страны мира помочь стране. "Я хочу срочно попросить дружественные нам и братские страны стать рядом с Ливаном и помочь нам вылечить эту глубокую рану", - сказал он.
Очевидцы описывали облако в форме гриба
Премьер-министр Великобритании Борис Джонсон написал в "Твиттере": "Я потрясен сегодняшними фотографиями и видеокадрами из Бейрута. Все наши мысли и молитвы - с теми, кто пострадал в этом ужасающем происшествии".
Президент США Дональд Трамп выразил сочувствие пострадавшим, назвав произошедшее "ужасным нападением". Американский госсекретарь Майк Помпео написал в "Твиттере": "Мы следим за ситуацией и готовы помочь народу Ливана пережить эту ужасную трагедию".
Франция заявила, что отправляет в Ливан помощь и необходимое оборудование.
Министр иностранных дел Ирана написал в "Твиттере", что предложит стране "всю необходимую помощь".
Власти Израиля сделали заявление, в котором сообщили, что "по международным дипломатическим каналам обратились к Ливану и предложили ливанскому правительству медицинскую и гуманитарную помощь".
Что происходит в Ливане В пятницу на этой неделе трибунал ООН должен огласить вердикт четырем заочно обвиняемым в убийстве премьер-министра страны Рафика Харири. Харири погиб в 2005 году в результате мощного взрыва заминированного автомобиля.

https://preview.redd.it/pwsk0zigg4f51.jpg?width=624&format=pjpg&auto=webp&s=b5ffe66b4e0509517d8f4baf20481efcaf020b9d
В этом взрыве обвиняли поддерживаемое Ираном военизированное движение "Хезболла", в котором состоят все четверо обвиняемых. Оно неизменно отвергало все обвинения.
Ливан в последние месяцы переживает острый экономический кризис, еще более усугубившийся из-за эпидемии Covid-19. Его называют самым глубоким после гражданской войны, продолжавшейся в стране с 1975 по 1990 год.
На улицах не стихают демонстрации, участники которых обвиняют правящую верхушку в том, что она беспокоится только о собственном богатстве и не может провести необходимые стране реформы. В Ливане периодически происходят отключения электричества, здесь недостаточно питьевой воды, медицинские службы истощены.
Кроме того, обострилась ситуация на границе Ливана с Израилем, власти которого на прошлой неделе сообщили, что предотвратили попытку "Хезболлы" проникнуть на израильскую территоию. Однако, несмотря на многочисленные теории в ливанских соцсетях, высокопоставленный представитель израильских властей сообщил Би-би-си, что к взрыву в Бейруте "Израиль отношения не имеет".
Анализ Себастиан Ашер, эксперт Би-би-си по Ближнему востоку
Видеокадры и фотографии происшествия - не только самого мощнейшего взрыва в Бейруте, но страшных разрушений на расстоянии многих километров - вызвали в Ливане новую волну тревоги и шока. При этом страна и так находится на грани полного экономического коллапса.
Всего за несколько часов до взрыва около министерства энергетики Ливана произошли столкновения полиции с участниками антиправительственных демонстраций, которые снова требовали ответа от лидеров страны.
Эксперты предупреждают об угрозе голода - или возобновления межконфессионального конфликта, если экономическая ситуация ухудшится.
И этот взрыв напомнит многим о бомбе, которая убила Рафика Харири.
Ливанцам только остается надеяться, что нынешние события - это случайная трагедия, а не спланированный заранее акт.
submitted by Alex_Jew to RussNews [link] [comments]


2020.07.27 18:01 srz2010 Дома сделали узаконить как перепланировку x 2016

http://dziennik.com/featured/te-obrazy-zostaly-w-mojej-pamieci-na-zawsze/
Эти изображения навсегда остались в моей памяти
Волынская бойня глазами ребенка
ИНТЕРВЬЮ ВОЙТЕКА МАГЛАНКА |07/11/2020
«Украинцы сначала разрезали свои животы, вырезали языки и, наконец, выбили им глаза, чтобы убитые могли видеть все как можно дольше. Детей сначала убили, чтобы их родители увидели это и услышали их крик, а затем они сделали бы то же самое с ними », - говорит Галина Залевская (урожденная Недзиела), которая пережила волынскую бойню, будучи восьмилетним ребенком.
Галина, расскажи, пожалуйста, о своей семье и о своей жизни до начала войны. Я был ребенком, у меня была старшая сестра Мечислава, которая умерла, и младший брат, Тадеуш. Наши бабушка и дедушка, то есть родители моего отца, жили в деревне Луковка, недалеко от Ковеля, и мы жили в одноименной колонии. Нас разделяли только железнодорожные пути. Поэтому мы жили очень близко и часто посещали их. Тогда наша жизнь была мирной и веселой. Через некоторое время мои родители стали все чаще говорить о том, что украинцы нападают на разные деревни. Я слушал эти истории, но, будучи ребенком, я не слишком заботился о них. Однажды я был с отцом в деревне, чье имя, к сожалению, не помню. Там проживало около 300 семей. Однажды, где-то между 3 и 4 часами дня, появилась женщина, которая кричала, что украинцы напали на деревню и убивают людей. Мой отец быстро взял меня на тележку и начал убегать. Когда он заметил та часть банды преследует его, отрезает веревки, крепко схватила меня и вскочила на коня. Таким образом нам удалось сбежать. Там было убито много людей, которым было негде спрятаться или убежать, потому что было светло, и вы могли видеть все. В то время мы уже были серьезно напуганы, и папа все больше и больше думал об уходе. Однако ему было трудно расстаться со всеми своими достижениями, потому что он имел большую ферму и занимался чеканкой (отжимом) масла. Когда мне было 11-12 лет, я спросил его, почему он не решил бежать с Волыни в то время. Он ответил: «Дитя, ты думаешь, что можешь просто оставить все это и уйти ...». И вот он ушел ... все ... которому некуда было спрятаться или убежать, потому что было светло, и вы могли видеть все. В то время мы уже были серьезно напуганы, и папа все больше и больше думал об уходе. Однако ему было трудно расстаться со всеми своими достижениями, потому что он имел большую ферму и занимался чеканкой (отжимом) масла. Когда мне было 11-12 лет, я спросил его, почему он не решил бежать с Волыни в то время. Он ответил: «Дитя, ты думаешь, что можешь просто оставить все это и уйти ...». И вот он ушел ... все ... которому некуда было спрятаться или убежать, потому что было светло, и вы могли видеть все. В то время мы уже были серьезно напуганы, и папа все больше и больше думал об уходе. Однако ему было трудно расстаться со всеми своими достижениями, потому что он имел большую ферму и занимался чеканкой (отжимом) масла. Когда мне было 11-12 лет, я спросил его, почему он не решил бежать с Волыни в то время. Он ответил: «Дитя, ты думаешь, что можешь просто оставить все это и уйти ...». И вот он ушел ... все ... почему тогда он не решил сбежать с Волыни. Он ответил: «Дитя, ты думаешь, что можешь просто оставить все это и уйти ...». И вот он ушел ... все ... почему тогда он не решил сбежать с Волыни. Он ответил: «Дитя, ты думаешь, что можешь просто оставить все это и уйти ...». И вот он ушел ... все ...
Откуда твоя семья? Папа (Людвик Недзиела) приехал из Веловежа около Сандомира, а мать (София Герчель) из Брно около Мелеца. Я не знаю точно, как это случилось, что родители моего отца решили поселиться в Луковке, но мой дед (Леон Недзиела) хотел иметь много земли после возвращения из Америки и купил ее на Волыни. Он уехал оттуда, хотя в Велове было два дома: старый и новый. Последний продал его своему двоюродному брату и поселился в Луковке. Также моя бабушка из крутой мамы, как вдова с семью детьми, получившая большое наследство от моего деда, который также вернулся из Америки, уехала на Волынь и купила немного земли. Все они жили близко друг к другу, и так папа встретил мою маму. Там они тоже поженились и жили. Происхождение моей семьи было довольно сложным. Мой прадед по отцовской линии женился на еврейке, которая, как сказал мне мой папа, была очень красивой женщиной. В свою очередь прапрадед был румыном. Моя мать, с другой стороны, была коренной полькой, несмотря на то, что у нее была немецкая фамилия Герчель.
Когда начались украинские нападения на польские семьи? Это было после начала Второй мировой войны или даже раньше? Украинские банды начали убивать поляков гораздо раньше. Об этом говорили родители, и еще до войны они задавались вопросом, что делать.
Как вы помните момент, когда началась война? Я помню только тот период, когда немцы приходили к нам и приносили семена рапса, чтобы мой отец разбивал их маслом для армии. Он сделал это. У дяди Янека, в свою очередь, была пекарня, которая пекла для них хлеб. Поэтому в нашем районе было хорошо и мирно, потому что украинцы стали немного бояться немцев. Однако через какое-то время их убили все ближе, ближе и ближе к нашему городу.
... В конце концов они также напали на Лукувку. Я точно не помню, когда это было, но, конечно, после войны. За день до нападения отец Арчип, богатый украинец, который жил по соседству с нами, посетил его и задал ему много вопросов. Он также призвал его пить водку. Я думаю, что он отвечал за эти атаки, и папа тоже так думал. Однако ранее Архипп предупредил нас о нападениях и даже дал нам убежище. Именно тогда начались первые атаки на поляков в нашем районе. Затем он сказал моему отцу: «Людвик, беги, иначе тебя убьют, потому что они готовятся к тебе». Папа ответил ему: «Что я с ними сделал? Я даю им работу, я даю им еду, так чего они могут от меня хотеть? » И он не собирался покидать Лукувку. Однажды Арчип пришел к нам и сказал нам укрыться с ним, потому что украинцы нападают на нашу колонию. Итак, мы побежали по зерновым полям, а он спрятал нас в бункере под своим сараем. Когда к нему пришли люди из украинских банд, они начали вбивать вилки в солому и сено в сарае. Таким образом, они проверили, был ли кто-то внизу. К счастью, мы были в бункере. Я думаю, что Бог защитил нас тогда и хотел, чтобы мы жили. После этого действия Архипп сказал своему отцу: «Теперь я сохранил тебя, но больше не смогу». Вот почему позже папа был настороже, и когда он собирал зерно с поля, он построил огромный стек и сделал углубление внутри, где мы ложились спать по ночам. Это было очень опасно, потому что украинцы уже убивали в нашем районе. Это было примерно через год после того, как мы нашли убежище у Архиппа. Когда мы входили в нашу пустоту, мой отец сидел у снопа, прикрывающего вход, и слушал. Однажды около 12 или 1 утра он услышал крики и стоны от своих соседей. У соседей было шестеро детей. Все они были убиты. Отец на мгновение высунулся из-за стека, чтобы закрыть вход снопом. Один из украинцев заметил его тогда и крикнул по-русски: «Куда!» и побежал за ним. Мама услышала это и сказала мне убежать. Она взяла моего брата и тоже убежала. Опять мы только услышали: «Где, черт возьми», и украинец отрезал маме голову и лицо. Когда она упала на землю, он подумал, что убил ее. Мама медленно ползла между бороздами, где росли бобы, и лежала на земле лицом вниз. Я, с другой стороны, прятался между большими бревнами и оставался там до утра. Я проскользнул спиной, потому что папа научил меня, как это делать раньше. В конце концов, папа побежал за немцами, и как только они появились, они начали стрелять, а украинцы сбежали. Позже немецкий врач лечил мою маму и сшивал ее рану. По его словам, она выжила только потому, что, удерживая голову в борозде, она блокировала кровь. Папе удалось сбежать от украинцев, потому что, пробежав через сад этого архипела, который жил в 100-200 метрах от нас, он сломал ульи, и пчелы напали на преследующих его бандитов. Благодаря этому он бежал через поля в Гривятки, где находились немцы.
Вид после этой бойни был, вероятно, ужасен ... Зрелище было ужасно. Язык соседки был отрезан, ее глаза выбиты, она была обнажена и прорезана сверху донизу. Ее детям - девочке и мальчику, которым было около 17 и 18 лет, - также отрезали языки, выкололи глаза и все отрезали. С другой стороны, маленький 10-месячный ребенок был ранен ножом в стену и умер. Его голова и ручки свисали вниз, и по стене текла кровь, она была так замерзла. Я помню это по сей день, и я никогда не забуду это. Следующих соседей не было дома, потому что они куда-то уехали, но их две дочери остались. Оба были убиты и разрезаны. Я больше не ходил в третий дом, я ужасно плакал и кричал, пока какой-то немец не сказал моему отцу, чтобы я больше не смотрел его. Однако то, что я увидел, было ужасно. Я видел своих убитых и убитых соседей своими глазами. Из разговоров моего отца с немцами я знаю, что украинцы сначала разрезают живот, режут языки и, наконец, выбивают им глаза, чтобы убитые могли видеть все как можно дольше. Сначала детей убивали, чтобы их родители увидели это и услышали, как они кричали, а затем сделали то же самое с ними.
Украинцы напали в основном ночью, когда люди спали. Да, они убили ночью в нашем районе, потому что Повурск был поблизости, где был вокзал, а немцы были размещены, украинцы боялись. Вот почему они не напали на нас в течение дня. Они напали на нашу колонию ночью и убили почти все. Они грабили дома, фермы, брали скот и поджигали дома, а также сжигали стог, в котором мы изначально прятались. Люди пытались спасти и бежать, но они убили любого, кого поймали сразу.
Кем были эти украинцы? Это были жители ближайших деревень или совершенно неизвестные люди? Они были организованными бандами. Так было везде, где жили поляки, в направлении Вильнюса, в Луцке, в Ковеле и т. Д. Было много таких украинских головорезов.
Как вы думаете, что было главной причиной украинских чисток? Я думаю, что они боялись, что поляки заберут у них свою землю, потому что они богаты и будут покупать все, и им, как бедным людям, придется работать на них.
Поляки из вашего района пытались как-то защитить себя? Было трудно защитить себя, когда украинцы тайно атаковали топорами, вилками и ножами, и их было так много, и, кроме того, практически все знали, кого убивать. Они были прекрасно подготовлены к нападениям, и они знали все о жителях отдельных домов, о количестве людей в данной семье и т. Д. Если бы не предвидение папы, вероятно, никто из нас не выжил бы. Поляки там были слабы, у них не было полиции или армии. Никто не защитил нас. Был только один маленький партизанский отряд, но когда он появился в одном месте, украинцы напали и убили в другом.
Сколько семей жило в Луковке? В нашей колонии было около 18-20 семей. Среди них были и украинцы. Две такие семьи жили рядом с нами.
Каковы были отношения между вами? Они были вообще бедными людьми. Исключением был Архипп, который был очень богат. Более бедные работали на польские семьи, и это также было с нами. Украинцы, живущие в нашей колонии, имели хорошие отношения с поляками. Это не они напали, эти банды были из других деревень, но их было много.
Ваша история показывает, что в то время немцы были благоприятны для вас. Тогда еще да. Они захватили эти районы и были размещены здесь. Позже они отправились на фронт сражаться с русскими, которые победили их и заставили вернуться. Давайте подумаем, что они убежали в Гривятки, где нас защищали немцы, а затем в Ковель, где мы пробыли немного дольше. Мы не могли вернуться домой, потому что украинцы постоянно болтали там и ждали тех, кто сбежал, а потом захотел вернуться в свои дома. Это было в случае с сыном наших соседей. Мой отец встретил его в Гривятках, когда он откуда-то возвращался, и рассказал ему, что случилось. Он заплакал и сказал, что собирается пойти посмотреть и похоронить их. Он пошел, и они убили его там.
Всем вашей семье удалось сбежать? Да, мы все сбежали. Мой дедушка умер раньше, но обе бабушки, сестра моей матери (Мария) и брат моего отца (Петр), которые работали на железной дороге, сбежали с нами. В Ковеле, где мы пробыли немного дольше, мой папа и его брат договорились с железнодорожником о квартире. Позже мы медленно продвигались по разным деревням, спасаясь бегством в Польшу. Мы остановились среди других в Красниставе, Стенице и многих маленьких городах, пока мы не добрались до Wielowieś.
Какой была ваша жизнь тогда? Мы бежали в основном по полям, но когда мы покинули Стенгицу, мой папа организовал переезд на поезде. Были польские железнодорожники, которые позже бросили нас через такой большой ров, к которому мы медленно спускались. Прогуливаясь по полям, нам иногда удавалось найти картошку и варить ее на костре, у нас была вода из лесных ручьев, и именно так нам удалось пережить период войны. В Стенице мой отец некоторое время работал на сахарном заводе, где было много русских. Однажды они сильно избили его и бросили в темницу, хотя мама просила их отпустить его. Затем она пожаловалась российским солдатам из НКВД, которые приказали вывести его оттуда и забрать домой. С другой стороны, те, кто издевался над папой, хотели стрелять, но мама попросила их не делать этого, потому что они были пьяны. Русские были ей очень благодарны за это. Как видите, среди этих солдат были разные люди. Так было и с немцами, которые приходили к моему отцу, чтобы добывать нефть. Они всегда приносили ему консервы, и у них были конфеты для нас. Некоторые из них были также честными людьми. Они даже предложили папе достать ему специальный документ, чтобы нас не отправили в трудовые лагеря и чтобы мы могли безопасно бежать в Польшу, чтобы избежать нападений украинцев. Но тогда он не был убежден. Когда моя мама заболела тифом, и это было уже в Велове, где мы жили в доме моей тети, ее сначала лечил немец, а потом русский врач. Моя мама была в старом доме, а мы в новом, и мы могли видеть ее только через окно. У нее не было ни единого волоска на голове, и ее папа должен был научить ее ходить снова, как маленький ребенок. который пришел к моему отцу, чтобы побить масло. Они всегда приносили ему консервы, и у них были конфеты для нас. Некоторые из них были также честными людьми. Они даже предложили папе достать ему специальный документ, чтобы нас не отправили в трудовые лагеря и чтобы мы могли безопасно бежать в Польшу, чтобы избежать нападений украинцев. Но тогда он не был убежден. Когда моя мама заболела тифом, и это было уже в Велове, где мы жили в доме моей тети, ее сначала лечил немец, а потом русский врач. Моя мама была в старом доме, а мы в новом, и мы могли видеть ее только через окно. У нее не было ни единого волоска на голове, и ее папа должен был научить ее ходить снова, как маленький ребенок. который пришел к моему отцу, чтобы побить масло. Они всегда приносили ему консервы, и у них были конфеты для нас. Некоторые из них были также честными людьми. Они даже предложили папе достать ему специальный документ, чтобы нас не отправили в трудовые лагеря и чтобы мы могли безопасно бежать в Польшу, чтобы избежать нападений украинцев. Но тогда он не был убежден. Когда моя мама заболела тифом, и это было уже в Велове, где мы жили в доме моей тети, ее сначала лечил немец, а потом русский врач. Моя мама была в старом доме, а мы в новом, и мы могли видеть ее только через окно. У нее не было ни единого волоска на голове, и ее папа должен был научить ее ходить снова, как маленький ребенок. что они подготовят для него специальный документ, чтобы нас не отправили в трудовые лагеря, и чтобы мы могли безопасно бежать в Польшу, чтобы избежать нападений украинцев. Но тогда он не был убежден. Когда моя мама заболела тифом, и это было уже в Велове, где мы жили в доме моей тети, ее сначала лечил немец, а потом русский врач. Моя мама была в старом доме, а мы в новом, и мы могли видеть ее только через окно. У нее не было ни единого волоска на голове, и ее папа должен был научить ее ходить снова, как маленький ребенок. что они подготовят для него специальный документ, чтобы нас не отправили в трудовые лагеря, и чтобы мы могли безопасно бежать в Польшу, чтобы избежать нападений украинцев. Но тогда он не был убежден. Когда моя мама заболела тифом, и это было уже в Велове, где мы жили в доме моей тети, ее сначала лечил немец, а потом русский врач. Моя мама была в старом доме, а мы в новом, и мы могли видеть ее только через окно. У нее не было ни единого волоска на голове, и ее папа должен был научить ее ходить снова, как маленький ребенок. Моя мама была в старом доме, а мы в новом, и мы могли видеть ее только через окно. У нее не было ни единого волоска на голове, и ее папа должен был научить ее ходить снова, как маленький ребенок. Моя мама была в старом доме, а мы в новом, и мы могли видеть ее только через окно. У нее не было ни единого волоска на голове, и ее папа должен был научить ее ходить снова, как маленький ребенок.
submitted by srz2010 to SafeArea [link] [comments]


2020.07.20 11:34 annavenriyeta X сделали перепланировку дома как узаконить 2016

За последние 20 лет благодаря быстрому развитию технологий люди получили достаточно большое количество полезных изобретений для дома, которые сделали жизнь проще и комфортнее. Так, теперь множество россиян устанавливают в своих домах и квартирах систему теплого пола. Благодаря этому ходить по дому возможно без тапочек и носков, не волнуясь за свое здоровье, кроме этого, теплый пол работает как дополнительный источник подогрева помещений дома. При помощи новейших электрических систем подогрева можно не только установить всегда теплый пол, но и избавиться от обледенения на трубах, фасаде и кровле. В интернет-магазине KatalogObogreva.ru вы отыщете комплектующие и приборы для электрического пола и систем обогрева для жителей Санкт-Петербурга, Москвы и регионов Российской Федерации. Прочитайте материал греющий кабель, чтобы больше ознакомиться с работой названного онлайн-магазина.

Сотрудники фирмы помогут не только с поиском и подбором материалов и приборов, но и с установкой обогревающих систем для фасадов, полов, кровли любых масштабов и сложности. Там вы отыщете товары для кабельного и пленочного подогрева пола, системы антиобледенения кровли и водостоков, системы подогрева канализации, резервуаров, пандусов, газона, дорог и полей, кроме того, есть системы для подогрева теплиц, ливневок, ступеней крыльца, дренажей и грунта. Из-за того, что в основном товары поставляются прямо от производителей, названный интернет-магазин формирует гибкие цены на продукцию и дает покупателям выгодные скидки. Все товары, собранные в каталоге названного интернет-магазина, выделяются отличным качеством и будут служить при грамотном использовании продолжительное время. На все товары дается до трех лет гарантии магазина, а на какие-то комплектующие - расширенная гарантия от производителя.
submitted by annavenriyeta to u/annavenriyeta [link] [comments]